Чтение онлайн

– Да, да, машина, – раздражаясь, поторопил его Антон.

Он ведь тут же понял, куда клонит его подруга.

– Она ведь ездит за рулем?

– Да, ездит. Есть у нее машина. «Хонда Цивик» две тысячи седьмого года, черного цвета.

– «Хонда»? – разочарованно протянула Саша и даже губу прикусила с досады. – А вы ничего не путаете?

– Знаете что! – возмущенно вскинулся молодой человек. – Я эту тачку самолично страховал. Еле уговорил Валентину это сделать. Та все на судьбу да на бога надеялась.

– А тачка-то, кстати, на месте? – Антон взял в руки рекламный полис «КАСКО», помахал им в воздухе. – Она где ее оставляла?

– Во дворе. У нас нет ограничений в этом плане. – И он тут же превратился в матерого страхового агента, глаза заблестели, руки запорхали, начав перелистывать бумаги. – Некоторые страховщики, когда страхуют от угона, требуют обязательно наличия гаража, представляете! Нет у тебя гаража, угнали машину ночью от дома, все, не страховой случай. А у нас таких ограничений нет и…

– Так машина-то во дворе или нет? – перебил его Антон.

– Не знаю. – Он снова взъерошил волосы, сделавшись похожим на растрепанного растерянного воробья, задумался. – К дому подъезжал. Поднимался на этаж, третий, кстати. Звонил долго. А машина… Слушайте, а ведь не было ее! Точно не было. Валечка всегда ее оставляла слева от подъезда. Прямо возле самой клумбы. Тетки еще ругались дворовые на нее за это. А когда я был, а был я за эти две недели там не один раз, то машины там не было.

– Может, она ее в другое место поставила?

– Нет, она ее всегда на одном месте оставляла. Это место из ее окон хорошо просматривается. Нет машины, точно!

Но они все равно решили съездить и посмотреть, есть машина во дворе или нет. А заодно тоже подняться на третий этаж. И позвонить в ее дверь. Кто знает, может, тетка Валентины уже вернулась с дачи, решив объявлять племянницу в розыск. И она сможет ответить хоть на какие-то вопросы.

Машины во дворе не было. Ни возле клумбы, ни на парковке, ни за детской площадкой, куда тоже некоторые ухитрились втиснуть своих железных коней. Тетка Валентины была дома. И судя по всему, накал ее тревоги за племянницу был в самом разгаре.

Голова перевязана полотенцем. Глаза заплаканы. В квартире стойкий запах сердечных капель.

– Что говорить? Что говорить-то?! – простонала она, пятясь в квартиру от них, как от захватчиков. – Нету нигде Валечки моей! Пропала красавица! Я уже вчера в милиции была, заявление написала. Они не верят. Говорят, вернется. Загуляла, мол. А с кем она загулять-то могла, если жених ее бросил!

Она зарыдала и, отвернувшись от визитеров, пошла, сгорбившись, в комнату.

Они, потоптавшись, двинулись следом. Специального приглашения не будет. Женщину ломало горе.

В квартире, состоящей из трех комнат, было богато и до стерильности чисто.

– Это все Валечкина заслуга. Все что-то переделывала, мастера из квартиры не уходили, – объяснила сквозь слезы ее тетка. – Как увидит в журнале какую картинку, так комнату переделывает. А зачем? Мне-то теперь это зачем?!

– Вы погодите так убиваться, – попросила ее Саша, присаживаясь рядом с женщиной на широкий угловой диван. – Давайте по порядку. Валентина когда пропала? Она не вернулась с работы или поехала к друзьям, или на отдых куда-то за город?

Женщина посмотрела на Сашу, задумалась. Потом вытерла слезы рукавом шелкового халата, тоже наверняка подаренного племянницей.

– С работы под выходные она вернулась это точно. Потому что она звонила мне из квартиры. – Тетка Валентины потыкала пальцем в диван, будто племянница именно с этого места звонила ей на дачу. – Дома она была, это точно.

– А потом, что потом? Куда она собиралась? Может, встретиться с кем-то планировала?

– Встретиться, – произнесла та снова сквозь слезы. – Так она с ним регулярно планировала встретиться. Караулила его даже, если честно.

– Кого его? – настырничала Саша, хотя прекрасно поняла.

– Серегу, кого же еще! Скот этот бросил Валечку прямо за неделю до свадьбы, представляете! Все уже готово было, все! Гости между собой договаривались уже, какие подарки покупать молодым. И тут он приходит вечером как-то, извини, говорит, свадьбы не будет.

– Так и сказал прямо?

Саша горестно поджала губы и глянула в сторону Марина с неприязнью. Будто он должен был держать теперь ответ за все прегрешения мужской половины человечества.

– Так и сказал. Валечка растерялась, смотрит то на меня, то на него. Ничего не понимает. Шутка, спрашивает, такая у тебя, Сережа? А он – я не шучу. Свадьбы не будет. А что, почему, ничего не сказал. Дверью хлопнул и ушел. И больше не позвонил и не приехал ни разу. А ведь любил Валечку-то, точно любил! Я же не слепая, видела. Так просто не станут ухаживать. Расчета никакого не было, мы не олигархи с ней. Средний достаток. Даже машину он ей подарить успел и назад потом не взял, сколько она ни настаивала. Что-то тут было не так. Я сразу это поняла. Это потом уже Валечка мне рассказала.

– Что рассказала? – вытянув шею, с напряженным вниманием слушала женщину Саша.

– Почему они расстались, рассказала. – Женщина вздохнула, посмотрела на Сашу. – Соперница! Она, проклятая, дорогу им перешла. Да была бы путная, ладно. А то ведь кошка драная.

– Вы ее знали?

– Не знала и знать бы не желала. Так она заявилась однажды сюда. И Валечке прямо в лоб: разговор есть. Кричали они что-то там за дверью, ругались. Потом эта кошка выскочила и смеется, как ведьма. А Валечка следом за ней плачет и кричит: убью, все равно убью, сволочь!

– Хм-мм… – многозначительно прокашлялся Марин и спросил: – Так позвонила вам Валентина в конце недели и что-то сказала?

– Что? Валечка? Позвонила, да…

Женщина поводила растерянным взглядом по комнате. Остановила глаза на Саше.

– Вы не из милиции ведь, так?

– Не из милиции, – кивнула Саша. Врать убитой горем женщине ей было совестно. – Мы разыскиваем Сергея, в частном порядке разыскиваем.

– Зачем? – тут же недовольно поджала та губы.

– Он… – Саша растерянно оглянулась на Марина, ища поддержки.