Чтение онлайн

Десантные корабли вскоре подняли аппарели и почти неслышно двинулись от берега навстречу гулкому шторму. Даже на мелководье чувствовалось, как яростно ударяют о форштевень пока еще бессильные волны.

Юрий прошел в ходовую рубку, где находился штаб командира сил высадки. Капитан третьего ранга поджидал его, поглядывая на карту обстановки.

– Каков прогноз погоды?
– поинтересовался Юрий.

– Неплохой. Море четыре-пять баллов, с ожидаемым ослаблением ветра. Но учтите, берег возле Мысового прикрыт от северо-западных ветров, так что высадка вполне возможна. Труднее будет основным силам: возле Сулимы море играет.

– Четыре балла тоже не шутка, - вздохнул лейтенант.
– У меня в десанте добрая четверть новичков, которые настоящего шторма не нюхали…

– Ничего, переход небольшой, сдюжат. Вы давно ротой командуете?

– Без году неделю.

– Однако же вам доверили выполнение непростой задачи.

– И на всякий случай приставили няньку с двумя просветами па погонах,- усмехнулся Юрий, кивнув на поднимающегося по трапу посредника.

– Судя по всему,- начал совещание капитан третьего ранга,- наша посадка прошла незамеченной разведкой «синих». Низкая облачность усложнила действия их авиации. Остается лишь возможность встречи с корабельными дозорами. Потому на переходе предприняты максимальные меры скрытности. Я прошу передать вашему личному составу запрещение жечь спички и курить на верхней палубе. И вообще доступ на нее должен быть ограничен…

Корабли вышли на открытую воду. Качка заметно усилилась, тяжко ухали валы под плоским днищем. И хотя Юрий уже не впервой попадал в болтанку, однако до сих пор не мог привыкнуть к неприятному ощущению, которое вызывала уходящая из-под ног палуба. Невольно хотелось схватиться за какую-нибудь неподвижную опору. С беспокойством думал он о молодых матросах: не скиснут ли они так, что потом не смогут сесть в бронетранспортеры.

– …В район развертывания подойдем в четыре утра,- уточнял плановую таблицу командир сил высадки.
– Огневую подготовку начнем после спуска десанта на воду либо с момента обнаружения нас «противником».

– В какой точке будем спускать на воду технику?
– спросил Юрий.

– Вот здесь, - указал место на карте капитан третьего ранга.
– Ближе подходить нельзя: мелководье и песчаные намывы. Место выбрано, скажем прямо, не из самых удачных.

– Зато «противник» вряд ли ожидает пас тут.

– В этом есть логика,- согласился моряк.

После инструктажа Юрий выбрался из душной рубки на крыло ходового мостика. Ветер сразу же рванул с головы берет, он едва успел придержать его руками. Когда глаза привыкли к полумраку, Юрий различил белые барашки возле борта, они тянулись вверх, будто привставали на цыпочках. Вдали не было видно ни единого огонька, но Юрий знал, что в охранении конвоя идут три ракетоносца.

Невольно вспомнился рассказ Шамшурина о десанте военного времени. Какой разительный качественный рывок сделан флотом с той поры! Тогда - наспех приспособленные мотоботы и тендеры, бойцы со стрелковым оружием, теперь - плавающие танки, бронетранспортеры и другая техника в трюмах внушительных, первоклассно оснащенных десантных кораблей. Если бы мог видеть эту мощь отец!

Сырость стала пробираться за шиворот. Сунув берет за пазуху, Юрий по наружному трапу спустился с мостика. Оказался на нешироком барбете, где, задирая к небу стволы, вращалась счетверенная зенитная артиллерийская установка. Из-под коробочного щита доносились негромкие отрывистые команды. Корабль шел, готовый в любую минуту встретить «противника» огненным шквалом. Миг, - п он ощетинится колючими снарядными трассами, которые могут смести любую цель.

Воздух каюты показался Юрию горячим и спертым. Не включая освещения, он попытался было, нарушив корабельные правила, отдраить ненадолго иллюминатор. Но в круглую отдушину плеснуло с такой силой, что брызги ударились о переборку. Юрий посочувствовал морякам, для которых шторм являлся обычной составляющей нелегкого труда.

Он улегся на верхней койке, оставив нижнюю замполиту. Хотя вообще-то знал традицию, по которой нижнее место всегда предназначалось командиру.

Негромко стукнула дверь каюты. Замполит вошел, стараясь не шуметь, в темноте нащупал руками верхнюю койку.

– Я не сплю, - подал голос Юрий.
– Можете зажечь свет.

– Спасибо, - щелкнув пакетником, сказал Еськов.

– : Все в порядке?
– спросил Юрий.

– Несколько человек укачало. Но над ними взял шефство корабельный боцман. Выдал металлические щетки и предложил выдраить аппарели.

– Ну и помогло?

– Еще как! Спят сейчас в кубрике как младенцы.

– А что с бэтээром?
– спросил Юрий.

– В строю. Тимофеев с Файзулаевым поменяли прокладку картера и предъявили посреднику.

– Молодцы!

Сняв сапоги, Еськов выключил свет. Некоторое время оба лежали молча.

– Волнуетесь, Юрий Егорович?
– нарушил тишину замполит.

– Размышляю, Алексей Николаевич, - откликнулся Юрий.

– О чем же, если не секрет?

– Обо всем помаленьку. А больше о превратностях судьбы. Вы верите в зов крови?

– Что-то я не совсем улавливаю вашу мысль, - заворочался на койке замполит.

– Мой отец ведь тоже был морским пехотинцем. В сорок пятом воевал неподалеку от этих мест. После десятилетки меня потянуло в морское училище, но отчим отговорил. Потом, когда меня на сборах по военной подготовке одели в солдатскую гимнастерку, я был ему благодарен за это - так мне тошно стало от муштры. А теперь вот командую ротой.

– В зов крови я, Юрий Егорович, не верю. Ваши превратности - всего лишь выбор верного пути в жизни. Но у каждого он бывает простым и легким. Теперь вы его сделали. Вы же - прирожденный военный!

– Получается все-таки зов крови?
– усмехнулся Юрий.

– Нет, ярко выраженные способности к военному делу.

– Вы так думаете?

– И не я один. Наш комбат вас тоже раскусил.

– Зато Миронов обо мне совсем другого мнения.

– Вот он-то, как мне кажется, случайный в армии человек.

– Но он обязательно поступит в академию, закончит ее!

– К сожалению, академия не дает ни ума, ни таланта, - подытожил разговор Еськов.
– Предлагаю немного поспать. Свежую голову легче на плечах удержать, как говорит наш Ермоленко.

Усталость сморила и Юрия. И хотя он проспал несколько часов, они показались ему мгновением. Будто едва он смежил веки, как заливистый трезвон корабельной боевой трансляции сорвал его с постели. Он спрыгнул вниз и увидел, что койка замполита уже пуста и аккуратно заправлена. «Если кто прирожденный военный, то это он сам», - подумал о Еськове Юрий.

Плеснув в лицо пригоршню холодной воды, он поспешил на командный пункт.

– Существенных изменений обстановки нет, - сообщил ему командир сил высадки.
– Судя по этому, наше продвижение «синими» пока не замечено. До района развертывания осталось пять миль. Пора начинать готовить технику к десантированию.

В твиндеке замполит уже выстроил морских пехотинцев.

– Обстановка сложная, товарищи гвардейцы, - сказал Юрий.- Ветер, зыбь, прибойный накат. Водителям танков и бронетранспортеров надо быть начеку и не давать волне разворачивать машины боком. Автоматчикам на мелководье покидать бэтээры и выходить на берег в пешем строю. Сигнал окончания разминирования, товарищи саперы, - зеленая ракета настильно над водой… Есть среди личного состава такие, кто плохо себя чувствует и не может идти в десант? Нет никого? Отлично! Я высаживаюсь с первой волной. Мой позывной - «Дирижер», по-зывной командира сил высадки - «Хозяин». Кому что не ясно?