Чтение онлайн

Эйлас и его спутники, ехавшие на север по Икнильдскому пути, прибыли к Зубчатому мысу через несколько часов после полудня. Поднявшись на гребень мыса, они придержали лошадей, чтобы оценить внезапно открывшийся перед ними простор – Камбермунд серебрился широкой извилистой полосой, удаляясь на запад и сливаясь с горизонтом; на востоке расширявшееся устье впадало в Кантабрийский залив.

Прилив еще не начался; паром стоял у причала под Зубчатым мысом. Пользуясь свежим ветром, дувшим к берегу, вглубь по эстуарию на всех парусах спешили несколько кораблей, в том числе двухмачтовая фелука под тройским флагом. Фелука направлялась к северному берегу и вскоре бросила якорь в Сланже.

Три всадника спустились к причалу, где паромщик ожидал подъема воды до максимального уровня.

Эйлас заплатил за проезд, и все трое въехали верхом на паром – тяжеловесную баржу длиной в пятьдесят и шириной в двадцать локтей, почти вплотную забитую телегами, скотом, лоточниками и попрошайками, направлявшимися на ярмарку; тут же сгрудились дюжина монахинь из монастыря на Пропащем острове – они совершали паломничество к Святому Камню, на котором святая Коломба приплыла из Ирландии.

В Сланже Эйлас сразу направился к тройской фелуке, чтобы узнать последние новости; друзья ждали его возвращения. Он вернулся в молчаливом и подавленном настроении. Взглянув на непогрешимый компас, показывавший зубом на север, Эйлас не удержался от огорченного восклицания.

– По правде говоря, – заявил он, – не знаю, что делать!

– Что сообщили из Тройсинета? – спросил Ейн.

– Говорят, король Осперо при смерти. Если он умрет, а меня не будет рядом, короноваться будет Трюэн – в полном соответствии с его планами… Мне нужно спешить на юг – но как я могу спешить на юг, если Друн где-то на севере?

Немного подумав, Каргус сказал:

– На юг ты не можешь ехать в любом случае, пока не начнется переправа в обратную сторону. Тем временем Аваллон всего в часе езды на север – кто знает, что мы там найдем?

– Кто знает? Поехали!

Погоняя лошадей, они проскакали последние несколько миль Икнильдского пути, разделявшие Сланж и Аваллон. Ярмарка все еще продолжалась, но уже не с таким лихорадочным смятением, как раньше. Оказавшись на выгоне, Эйлас снова сверился с магическим компасом. Зуб продолжал указывать на север – на противоположную сторону выгона, а может быть, и дальше. Эйлас раздраженно крякнул:

– Друн может быть здесь, на ярмарке, а может быть и в сотне миль отсюда или где угодно по дороге на север. Сегодня мы проверим окрестности, но завтра мне волей-неволей придется ехать обратно, чтобы успеть на полуденный паром.

– Разумная стратегия, – отозвался Ейн. – Еще лучше было бы найти какой-нибудь ночлег.

– Гостиница «Черный бык» неподалеку, – заметил Каргус. – По-моему, это приличное заведение. Мне не помешала бы пара кружек эля.

– Что ж, поедем в гостиницу – надеюсь, там найдется место, где можно прилечь.

Сперва владелец гостиницы развел руками, выражая полное отчаяние, но один из носильщиков, дежуривших у входа, слегка подтолкнул его в бок:

– Герцогский номер свободен, хозяин. Постояльцы не прибыли.

– Ага! В таком случае ночуйте в герцогском номере! Почему нет? Не могу же я ждать всю ночь, пока не соблаговолят явиться господа опоздавшие! – Хозяин гостиницы потер руки. – Мы называем этот номер «герцогским», потому что лет двенадцать тому назад нам оказал честь его сиятельство герцог Снель из Снельдайка. С вас серебряный флорин. Во время Столичной Ярмарки и за герцогский номер? Да, не меньше флорина.

Эйлас положил на прилавок серебряную монету:

– Принесите нам эля, мы посидим у стола под деревом.

Три компаньона присели, наслаждаясь освежающим вечерним бризом. Толпы посетителей ярмарки редели, оставались лишь припозднившиеся любители найти что-нибудь по дешевке и нищие, копавшиеся в отбросах. Музыка стихла; торговцы укладывали товары, акробаты, фокусники, мимы и жонглеры разошлись. Официально ярмарка заканчивалась завтра, но некоторые шатры уже снимали, многие временные лавки разбирали, телеги и фургоны громыхали по дорогам, ведущим с выгона на все четыре стороны света. Перед гостиницей «Черный бык» проехал разукрашенный фургон доктора Фиделиуса, запряженный парой черных двуглавых лошадей, – ими энергично погонял молодой аристократ впечатляющей внешности.

Ейн с изумлением указал на лошадей:

– Чудеса-то какие! Они такими уродились или это проделки колдунов?

– Предпочитаю животных, не привлекающих столько внимания, – заметил Каргус.

Эйлас вскочил на ноги, глядя вслед удаляющемуся фургону:

– Вы заметили, кто сидел на козлах?

– Конечно. Молодой вельможа решил позабавиться.

– Или сын богача, претендующий на знатность.

Эйлас задумчиво опустился на стул:

– Я где-то его раньше видел – в каких-то необычных обстоятельствах. – Приподняв кружку, он заметил, что она пуста, и подозвал паренька-слугу: – Принеси еще эля! Выпьем, а потом съездим туда, куда указывает компас, – до окраины или чуть дальше.

Эйлас, Каргус и Ейн замолчали, наблюдая за передвижением всадников и пешеходов, покидавших выгон. Подросток принес им по второй кружке эля; в ту же минуту мимо по улице проходил высокий человек с взлохмаченными темно-русыми волосами и тревожно блуждающими глазами. Он остановил паренька, возвращавшегося в гостиницу с пустыми кружками, и напряженно спросил:

– Я доктор Фиделиус. Вы не видели, случайно, мой фургон? Он запряжен парой черных двуглавых лошадей.

– Я не видел ваш фургон. Меня не было на улице, пока я не принес эль вот этим господам.

Эйлас сказал:

– Сударь, ваш фургон проехал мимо несколько минут тому назад.

– Вы не заметили, кто правил лошадьми?

– Меня этот человек заинтересовал, я его хорошо запомнил: он примерно вашего возраста, темноволосый, с красивым лицом и гордой, даже надменной осанкой. Он погонял лошадьми так, будто воображал себя божеством, скачущим по облакам. Кажется, я его раньше где-то видел, но я не могу припомнить, где именно.

Ейн указал пальцем на юг:

– Он уехал по Икнильдскому пути.

– Значит, ему придется ждать парома у Камбермунда. – Высокий незнакомец снова повернулся к Эйласу. – Имя Фод Карфилиот ничего вам не говорит?

– Так вот кто он такой! – Эйлас вспомнил события, забытые после казавшихся вечностью месяцев тяжелого труда, унижений, битв и странствий. – Я видел его на башне Тинцин-Фюраля!

– Вы подтвердили мои наихудшие опасения. – Шимрод повернулся к официанту: – Дружище, ты не можешь достать мне коня?

– Могу сходить к конюху, сударь. Но чем лучше лошадь, тем больше он заломит.