Чтение онлайн

Кара помнила, что дед наполнял рот ее кровью, но вырвалась из него струя чего-то ярко-голубого — таких сочных цветов и в природе-то не было. Жидкость попала прямо в кукольное лицо Шиги, и, хотя Кара была уверена, что это лишь маска, тварь вдруг выпростала из кокона тонкие хитиновые лапки и, прижав их к белым щекам, принялась дико выть, растирая голубую жидкость по лицу. Казалось, о Каре с дедом она забыла.

— А теперь бежим! — рявкнул дед, да так властно, что Кара, приготовившаяся с ним ругаться, тут же повиновалась.

— Туда! — махнул старик, показывая на заросли волчеягодника. — Давай без троп, напролом, у нас минут пять, потом ничего не поможет.

И они рванули сквозь кусты, причем дед обогнал Кару уже на полпути и даже дожидаться на стал, когда она поскользнулась и едва не рухнула в овраг, по краю которого они удирали от Шиги Нечистоплотной. Впрочем, равновесие удалось чудом восстановить, и Кара, едва ли не лопаясь от злости на деда, уже бежала во весь дух следом. Догнать его ей так и не удалось. Дед остановился только раз, когда она замерла на кромке леса, догадавшись, куда они направлялись. Ягар вел ее обратно в их хижину, туда, куда враги нагрянут в первую очередь.

— В дом, — махнул он ей, указывая на родную избу. — Я там все заговорил, давай быстрее.

И уже не проверяя, следует ли она за ним или раздумывает, дед чесанул к дому, да с такой скоростью, что Кара всерьез задумалась, сколько ему лет на самом деле. Может, он и не старик вовсе, а просто притворялся? Впрочем, выбора особого не было. Других убежищ в лесу у нее не осталось, а до зимовки было далеко — Шига нагонит быстрее.

Едва Кара забежала в дом, как дед захлопнул дверь и трижды плюнул на засов, прежде чем повернуться к ней.

— Дерьмо собачье, — выругалась Кара, плюхаясь на скамью. — Вот же чертяка!

— Сопли Растерзателя, харкните духи в королеву, что это было? — в тон ей ответил Ягар. Подойдя к шкафу, он взгромоздился на табурет и мрачно уставился на полку, где раньше стояла бутыль с маковой настойкой, которую Кара стащила, готовясь к побегу и спрятала в тайнике в лесу. В том самом, где поселилась Шига Нечистоплотная. В ответ на гневный взгляд деда девушка закатила глаза, сделала вид, что ни при чем и пошла возиться с печкой, так как горячего чая хотелось нестерпимо. Да и промыть на руке рану от грязи и дедовых слюней тоже не мешало бы.

— Ты меня укусил, — мрачно заявила она, решив напасть первой, пока Ягар не накинулся на нее с обвинениями. Маковая настойка считалась в их доме неприкосновенной собственностью Ягара.

— Здесь безопасно, — пробурчал он, отвечая своим мыслям. — Какого такого потного морта ты пошла на старую мельницу? Разве я не говорил держаться от Асхара Ландэра подальше?

— Нет, не говорил.

— А, точно, не говорил, — согласился дед, хлопнув себя по лбу. — Забыл.

— Ты его в болоте утопил, — напомнила Кара.

— Было дело, — признался Ягар. — Но не вышло. Самое безопасное место во всей округе — это дом старого Ягара. Знаешь, сколько сил я угробил, чтобы его заговорить? Не знаешь, потому что сейчас ты глупая и наглая девка.

— Сейчас? — уточнила Кара. — Но были моменты, когда я такой тебе не казалась?

Дед пожевал губами и перевел тему:

— За маковый настой еще получишь от меня, но позже. Шига к дому не пойдет, хозяина у нее нет, по ней сразу видно, вот она и топчется на одном месте. Не знаю, откуда эта немертвия взялась, да и не хочу знать. Хорошо, что мы только Шигу встретили, а вдруг бы на Пустотела наткнулись?

Каре много что хотелось спросить у деда, например, что он такого знал про Асхара Ландэра, что решил сразу его утопить, но боль в ладони напомнила о ране.

— Вот, — она протянула руку, — лечи.

— Само заживет, — прокряхтел дед и, опустившись на колени, полез под свою кровать. Скрылся в темноте, будто демон, затем показался весь в паутине, с бутылью под мышкой. Кара закатила глаза.

— Укусил я тебя потому, что моя старая кровь для того заклинания не годилась, — дед точно был законченным алкоголиком, потому что от прикосновения к заначке у него даже лицо просветлело. — Садись со мной, выпьем. Потом же не свидимся. Сама знаешь, помру я на днях.

Кара скептически посмотрела на старика, который после бега по лесу даже за спину не хватался, тогда как она до сих пор в себя прийти не могла. Не верилось как-то в эту его смерть.

Хмыкнув, она плеснула теплой воды в таз, бросила пригоршню сушеных листьев лопуха, крапивы и подорожника, опустила в раствор раненую руку, шипя сквозь зубы. Кара поежилась, вспомнив Шигу. Ни за что в жизни она не хотела бы больше встретиться с такой тварью.

— Смотрю, не понравилась тебе Шига? — хмыкнул дед, опрокидывая уже второй стакан. Кара потянула носом — в воздухе пахло спиртом и смородиной. — А раньше пришла бы в восторг.

— Ты о чем? — буркнула Кара, перевязывая себе руку. — Надо бы деревенских предупредить. Утром кто-нибудь может на охоту пойти.

А сама подумала, что еще пару часов назад эти «деревенские» могли, не задумываясь, зарезать их на алтаре. Мир поменялся, и все в нем теперь было с ног на голову.

— Скажу им потом, — пообещал Ягар. — Как только ты свалишь отсюда.

— Так ты знал о побеге?

Дед хмыкнул.

— Я твой мешок с сухарями еще летом нашел. Одно время хотел тебя к охотникам в дальние леса отослать, да потом вспомнил, какое это гиблое дело — тебе перечить.

«Как и тебе», — хотела было ответить Кара, но вслух сказала:

— Я тебя здесь одного надолго не оставлю. И мне налей.

Дед скептически поглядел на стакан, который она ему протянула, отодвинул его, и достав из кармана рюмку, плеснул на донышко. Рюмка подъехала к Каре, оглушив ее ароматом сухих августовских трав. А ведь секунду назад ей казалось, что пахло смородиной.

— За твою человеческую жизнь, — сказал дед и присосался к горлышку.

Тост Каре не понравился, поэтому она произнесла свой:

— За свободу!

Опрокинув в рот те капли, что он ей налил, Кара не сразу поняла, что глотнула жидкого огня. Выпучив глаза, она закашлялась, уверенная, что вслед за слюной и соплями на пол полетят ошметки легких, но, видя, как зашелся в хохоте старик, бросилась к чайнику и припала к носику, заливая водой ярящееся внутри пламя. Получилось только хуже, потому что огонь взметнулся к горлу, и ее все-таки вырвало.

— Пить тоже не умеешь, — разочарованно протянул дед. — Еще налить?

— Нет! — прохрипела Кара, запихивая в себя краюху хлеба.