Чтение онлайн

Флинт топал по другую руку Карамона. Спустя некоторое время онивполголоса заспорили о том десятилетней давности случае с лодкой.

– Это же додуматься надо - ловить руками рыбешку!
– возмущенно бурчалгном.

Танис шел последним, вместе с варварами. Он все косился на ЗолотуюЛуну. Как ни слаб был серенький свет, сочившийся сквозь древесные кроны,Танис заметил морщинки у ее глаз; Золотая Луна выглядела старше своихдвадцати девяти лет.

~ Нам выпала нелегкая доля, - откровенно поделилась она с Танисом,пока шли.
– Мы с Речным Ветром много лет любили друг друга... но законмоего народа гласит, что воин, пожелавший взять в жены дочь своего вождя,должен совершить какой-нибудь великий подвиг и тем доказать, что достоинее. А с нами судьба обошлась еще хуже. Дело в том, что семья Речного Ветрамного лет назад была изгнана нашим племенем за отказ почитать умершихпредков. Видишь ли, его дедушка свято верил в древних Богов, тех, что былидо Катаклизма... хотя, правду сказать, мало что свидетельствует о нихнынче на Кринне. Мой отец решил, что такой неравный брак - это не дляменя. Он отправил Речного Ветра в поход за невозможным, наказав добытьсвященный предмет, который подтвердил бы истинность древних Богов. Оннадеялся, что Речной Ветер погибнет, а я полюблю другого... - Она сулыбкой посмотрела па рослого воина, шедшего рядом. Но его лицо былозамкнуто, он молча смотрел вдаль, и Золотая Луна, вздохнув, продолжала: -Речного Ветра не было несколько лет... Моя жизнь стала пустыней, я думала,сердце умрет во мне... И вот он возвратился - всего неделю назад.Возвратился полуживым, со страшной лихорадкой. Он бредил... Спотыкаясь, онвошел в лагерь и рухнул к моим ногам. Он горел в жару. Он сжимал в рукеэтот жезл, и мы едва сумели расцепить его пальцы. Даже в забытьи оннипочем не желал его выпустить... Он говорил в бреду о темной пещере, оразрушенном городе, над которым на черных крыльях реяла смерть. Слугампришлось привязать его к постели... А потом он вдруг заговорил о женщине,облаченной в голубой свет По его словам, она подошла к нему в темноте и,исцелив его, вручила ему этот жезл. Стоило ему вспомнить о ней - илихорадка стала ослабевать. И вот два дня назад... - Золотая Луназамолчала: неужели действительно минуло всего лишь два дня? Казалось -целая жизнь!
– Два дня назад он отнес жезл моему отцу, - продолжалаЗолотая Луна, - и заявил, что жезл вручила ему Богиня, - хотя имени ее онне знал. Взглянув на жезл...
– Золотая Луна высоко подняла его, - ...мойотец велел ему сотворить какое-нибудь чудо. Все равно какое. Но ничего непроизошло. Отец швырнул жезл Речному Ветру, во всеуслышание назвал егообманщиком и приказал людям побить его камнями до смерти в наказание засвятотатство!
– Золотая Луна невольно побледнела при этих словах, а лицоРечного Ветра стало еще более нелюдимым.
– Воины связали Речного Ветра ипотащили его к Стене Скорби, - почти прошептала Золотая Луна.
– Они сталибросать камни... а он только смотрел на меня с любовью... он крикнул, чтодаже смерть нас не разлучит... Я бросилась к нему: я все равно не смоглабы жить без него. Камни...
– Золотая Луна поднесла руку ко лбу, вздрогнувот воспоминания о боли, и Танис только тут разглядел на ее загорелой кожесвежий рубец.
– А потом вдруг вспыхнул слепящий голубой свет, - сказалаона.
– И мы с Речным Ветром обнаружили, что стоим на дороге недалеко отУтехи. Жезл сиял голубым, затем померк и стал таким, как сейчас. Тогда-томы и решили отправиться в Гавань и выяснить, что думают обо всем этомтамошние храмовые мудрецы.

– Речной Ветер, - спросил Танис обеспокоенно.
– Разрушенный город, окотором ты вспоминал... Где он?

Речной Ветер ответил не сразу. Он скосил на Таниса темные глаза, итот понял, что мысли варвара витали где-то далеко. Потом Речной Ветервновь уставился в сумрак под деревьями.

– Танис Полуэльф, - сказал он наконец.
– Это твое имя?

– Так зовут меня люди, - ответил Танис.
– Мое эльфийское имя слишкомдлинно, людям трудно его произносить.

Речной Ветер нахмурился.

– Почему, - спросил он, - тебя зовут "полуэльфом", а не"получеловеком"?

Танис ощутил этот вопрос словно пощечину. Ему показалось, его сбили сног и вываляли в грязи; он едва удержался от злого ответа. Впрочем, онзнал, что у Речного Ветра были причины об этом спрашивать, - варвар вовсене хотел его оскорбить. Танис понял, что это было в определенном смыслеиспытанием. И он ответил, старательно подбирая слова:

– Людям кажется, что полуэльф - это как бы добавление к целому.Получеловек - нечто ущербное, калека.

Речной Ветер обдумал услышанное, кивнул и только тогда ответил назаданный вопрос.

– Много долгих лет провел я в дороге, - сказал он.
– Часто я не имелникакого понятия о том, где нахожусь. Я шел по солнцу, по лунам, позвездам... А мой последний поход был и вовсе подобен дурному сну... - Онпомолчал немного, потом снова заговорил, и казалось, что его голосдоносился откуда-то издалека: - Этот город был когда-то прекрасен...высокие здания, мраморные колонны... Но теперь он выглядит так, как еслибы рука великана подхватила его и швырнула вниз с горы. Он очень стар, и внем поселилось зло.

– Смерть на черных крыльях, - тихо повторил Танис.

– Зло пришло туда, словно Божество, восставшее из тьмы. Его созданияс визгом и воплями поклонялись ему... - Варвар побледнел, и это былозаметно, несмотря на загар. Утренний воздух был холоден, но его прошибпот: - Я не могу больше о нем говорить!..

Золотая Луна взяла его за руку, и его лицо мало-помалу смягчилось.

Танис продолжал расспрашивать:

– Значит, из этого ужаса и появилась женщина, вручившая тебе жезл?

– Она исцелила меня, - просто ответил Речной Ветер.
– Я умирал.

Танис еще раз присмотрелся к посоху в руке Золотой Луны. Самыйобычный, простенький посох. Никто, в том числе Танис, не обращал на неговнимания - до известных событий. На его навершии был вырезан какой-тостранный символ, а вокруг висели перья из тех, что так нравятся варварам.И тем не менее Танис видел своими глазами, как этот самый посох сиялголубым светом, а его целительную силу испробовал на себе. Неужели этодействительно был дар древних Богов, явившихся помочь людям в час нужды?"Лишь чистые сердцем могут касаться этого посоха", - сказал Рейстлин.Танис задумчиво покачал головой. Вот бы это оказалось правдой...

Золотая Луна тронула его за плечо, и Танис, вскинув голову, увидел,как махали ему Стурм и Карамон. Полуэльф только тут заметил, насколько онивтроем отстали от остальных. Он побежал вперед:

– Что случилось?

Стурм сухо ответил, указывая:

– Разведчик возвращается.

И верно, Тассельхоф во весь дух мчался к ним по дороге. Вот он триждымахнул рукой на бегу.

– Всем - в лес!
– велел Танис немедля. Все поспешили прочь с дороги,в кусты и подлесок, густо разросшийся вдоль южной обочины. Все, кромеСтурма.

– Прячься!
– попробовал подтолкнуть его Танис, но рыцарь не двинулсяс места и холодно произнес:

– Я не собираюсь прятаться в канаве!

– Стурм....
– борясь с подступающим негодованием, начал Танис. Еще нехватало наговорить рыцарю резкостей, которые безвозвратно испортят ихотношения, а толку не будет все равно... Отвернувшись от Стурма, он плотносжал губы и в мрачном молчании стал ждать кендера.

Тас подлетел во всю прыть - многочисленные сумочки так и били его побокам.

– Жрецы!
– выдохнул он.
– Восемь штук! Целый отряд.

– Я-то думал, - фыркнул Стурм, - там самое меньшее отряд гоблинскойстражи. Что нам эти восемь жрецов?

– Ой, не скажи, - с сомнением ответил Тассельхоф.
– Знаешь, я видывалклириков со всех концов Кринна, но таких, как эти, - еще никогда! - Онобеспокоенно оглянулся назад, на дорогу, потом поднял взгляд на Таниса, итот заметил, что карие глаза кендера были необычно серьезны. - Помнишь,что говорила Тика о странных людях, которые появились в Утехе и всесшивались около Хедерика? Ну, о тех, в длинных таких одеяниях и надвинутыхкапюшонах? Так вот - это подходит к нашим клирикам один к одному. Знаешь,Танис, как посмотрел я на них... жуть да и только! - Кендер зябкопоежился.
– Они появятся через несколько минут...

Танис переглянулся со Стурмом, и рыцарь вопросительно поднял брови.Оба знали, что кендеры не ведали страха - и в то же время были необычайночувствительны к природе других существ. В былые годы Танис немалопутешествовал вместе с Тасом. При этом они попадали в самые разныепеределки, нередко очень опасные. Но чтобы кендер сказал о каком-нибудьобитателе Кринна: "Жуть, да и только!" - такого еще не бывало.

– А вот и они, - сказал Танис и вместе с Тасом и Стурмом отошел втень деревьев по левую руку от дороги, присматриваясь к выходившим из-заповорота жрецам. Пока они были еще далековато, и полуэльф затруднился бысказать о них что-либо определенное. Разве только то, что шли они довольномедленно, катя по дороге большую ручную тележку.

– Может быть, поговоришь с ними, Стурм?
– негромко предложил Танис.
– Надо расспросить, что там дальше на большаке. Только, друг, будьосторожен...

– Постараюсь, - улыбнулся Стурм. - Я, знаешь, вовсе не настроенпогибать без особой нужды.

И рыцарь стиснул руку Таниса в своей, принося безмолвные извинения.Потом проверил, хорошо ли ходит в старинных ножнах меч. И, перейдя дорогу,прислонился к траченному временем забору, склонив голову на грудь, - нидать ни взять путник, расположившийся на отдых. Танис постоял немного внерешительности, но затем повернулся и углубился в лес. Тассельхофпоследовал за ним.