Чтение онлайн

– Поторопитесь, – сказал он. – Я пока поищу парковочное место.

– У нас осталось всего тридцать минут, – сказала Рэйвен. – Надеюсь, она у себя в комнате.

Этот страх был вполне оправдан. Врачи уже много недель боролись за Софи и постоянно отправляли ее на все новые обследования. Мы бежали по коридорам, а пациенты, врачи и посетители расступались, как только нас видели. Мы открыли дверь в палату и оказались в совершенной пустоте. Я повернулась на каблуках и отправилась на поиски мед- сестры.

– Где Софи Эриксон? Скажите уже, куда вы ее дели?

Юная девушка посмотрела на меня глазами, полными непонимания, и лишь пожала плечами. К ней на помощь поспешила старшая коллега.

– Оставьте девочку в покое! – огрызнулась она. У меня не было времени на любезности, но при виде дракона перед собой я поняла, что нужно постараться сдержать свое нетерпение.

– Мы хотели бы навестить Софи Эриксон. Ее палата пуста. Скажите нам, где мы можем ее найти.

Дракониха еще мгновение изучала нас.

– Вы ее родственница? – нарочито медленно спросила она.

– Я ее племянница, – выдавила я. До этих пор я не знала, что у драконов бывают такие кустистые брови. Одна из них поднялась, и женщина с насмешливым видом посмотрела на меня. Я выдавила «пожалуйста» и, совершенно того не ожидая, пришла к успеху.

– Она в подвале. Отделение для впавших в ко- му. Она от вас точно никуда не убежит, – ответила она нам.

Мы повернулись и бросились к лестнице. Все это действо отняло у нас несколько ценных минут.

В коридоре отделения для впавших в кому висела тишина. Кровати выстраивались в ряды одна за другой.

Здесь больше не было одинарных палат. Очевидно, здесь личное пространство было не так уж важно для пациентов. Некоторые кровати были огорожены ширмами. Ну хоть что-то. К счастью, большинство кроватей оставались пустыми. Медсестра открыла дверь в отделение после нашего звонка и проводила нас к Софи. Она осторожно отодвинула занавеску. Рядом с кроватью Софи сидел доктор Эриксон и что-то читал ей вслух.

Я была поражена его заботливостью и почувствовала, как на мои глаза наворачиваются слезы. Он уже много недель не отходил от нее ни на шаг. Как же Софи с ним повезло.

Он удивленно поднял взгляд. На его лице появилась грустная улыбка.

– Рэйвен, Эмма, как хорошо, что вы пришли. С тех пор, как мы переехали сюда, прошло уже два дня. Слава богу, вы нашли дорогу, – виновато добавил он. – Врачи больше не знают, что делать.

Рэйвен не ответила ему, а лишь повернулась к медсестре. Она задвинула занавеску прямо перед ее носом. Возмущенный выдох дал нам понять, что и здесь мы друзей не нашли. Шаги тихо от нас отдалились.

– У нас с собой противоядие, доктор Эриксон, – обратилась к нему Рэйвен. – Вы должны дать его ей. Сейчас же. Где-то через пять минут оно утратит свой эффект.

Доктор Эриксон растерянно посмотрел на нее.

– Что на этот раз?

– Средство разработали наши лекари: они убеждены, что оно ей поможет, – нетерпеливо ответила Рэйвен.

– Последние четыре раза они тоже были убеждены, – упрямо ответил он.

У меня перехватило дыхание. Я и не знала, что уже было четыре попытки.

– В последний раз ее рвало несколько дней, – упрямо добавил он. – Я думал, она умрет на моих руках.

– Вы дадите ей противоядие, или мне это сделать? – голос Рэйвен был ледяным. – У вас всего две минуты.

Доктор Эриксон опустился на свой стул. Его руки беспомощно лежали на коленях.

– Я так больше не могу. Я уже утратил надежду, и теперь мы внизу, – он нарисовал круг в воз- духе.

– Тогда это сделаю я, доктор Эриксон, – вмешалась я. – Еще хуже ей стать не может. Софи бы никогда не хотела так жить.

Его едва заметный кивок я восприняла как согласие. Рэйвен передала мне крошечную бутылочку.

Одну руку я положила под голову Софи, другой поднесла бутылочку к ее губам. Надеюсь, глотательный рефлекс еще работает. Возможно, нам стоило проверить это раньше, но на это больше не было времени. Серебристая жидкость вытекла из ампулы и будто сама нашла дорогу к губам Софи. Противоядие было похоже на ртуть. Когда я была маленькой, я однажды разбила ртутный градусник, и из него вытекли крошечные серебристые шарики. Я зачарованно ими играла, пока моя мать не застукала меня за этим занятием и не отвезла меня в детскую больницу. Лишь много лет спустя я узнала о том, что эти милые шарики ядовиты. Надеюсь, эта микстура более безобидна. Последние капли исчезли во рту Софи, и я отдала пустую ампулу Рэйвен.

Я посмотрела на Софи. Ее щеки впали, как и глаза. Ничего в ней больше не напоминало о жизнерадостной женщине, любящей яркие цвета. Вокруг нас был только белый.

Мы услышали тяжелые шаги, доносящиеся из коридора. Питер нашел нас. Он отодвинул занавеску в сторону и с любопытством посмотрел на нас.

– Она уже получила противоядие? – спросил он, положив руку доктору Эриксону на плечо в знак приветствия.

Я кивнула.

– Надо подождать, – пояснила Рэйвен. – Противоядие должно распространиться по ее организму.

Питер вернулся в коридор и принес еще три стула. Мы стали ждать. Доктор Эриксон потянулся за книгой, которую оставил на краю кровати, и начал тихо читать.

– «Где же люди? – наконец спросил маленький принц. – Тут в пустыне как-то немного одиноко…»

Я улыбнулась. «Маленький принц» был любимой книгой Софи. Мы молча слушали доктора.

– «Среди людей тоже одиноко, – ответила змея. Маленький принц долго смотрел на нее. – Ты все-таки забавное животное, – сказал он наконец. – Тонкое, словно палец…»

Я погрузилась в рассказ и вспомнила о том, как Софи с торжествующим видом отдала мне свой личный многократно перечитанный экземпляр этой книги. В этой книжке было столько примечаний на полях, так много выделенных ярким маркером мест, что мне было трудно ее читать. Но я все равно поддалась ее чарам.

– «Я возвращаю земле всех, кто из нее вышел, – сказала она. – Но ты так чист, ты прибыл со звезды…»

Сможет ли Софи хоть раз в жизни подержать эту книгу? Будет ли она снова читать ее вслух детям в своем магазине? В это мгновение все это казалось мне нереальным. Это я была во всем виновата. Она этого не заслужила. Почему я была так неосторожна?