Чтение онлайн

poMJ6. Людьми из войска Зухайра вполне могли быть и сакалиба, служившие Мунзиру.

Ибн ал-Хатиб сообщает, что гуламы, окружавшие правителя Сарагосы, были приобретены

лишь совсем недавно [151, с. 197]; сопоставление дат битвы между Бадисом и Зухайром

(1038) и убийства Мунзира (1039) подсказывает, что гранадские берберы могли продать

часть своих пленников, несколько десятков которых приобрел вскоре правитель Сарагосы.

Пожалуй, только при кордов-ском дворе присутствие евнухов-сакалиба вполне

закономерно. Двор, пусть не такой пышный, продолжал существовать, и сколько-то евну-

хоъ-сакалиба по-прежнему оставалось при нем.

Во второй половине XI в. упоминания о слугах-сакалиба в мусульманской Испании

становятся еще более редкими. Евнухов-сакалиба мы видим на помпезной церемонии,

устроенной Йахйей ал-Ма'му-ном, зуннунидским правителем Толедо (1043/44-1075), по

случаю обрезания его внука (и будущего преемника) Йахйи [251, ч. 4, с. 129]47.

Обнаруживаются спут-сакалиба и в Севилье, в правление последнего 'Аббадида

Мухаммада ал-Му'тамида (1069-1091), о чем свидетельствует приводимое во Введении

высказывание его придворного поэта Ибн ал-Лаббаны. Наконец, мы имеем два

упоминания о сакалиба в Гранаде. Последний зиридский правитель гранадской та ифы

'Абдуллах (1073-1090) особо останавливается в своих воспоминаниях на обстановке в

городе накануне его сдачи альморавидам (сентябрь 1090 г.), характеризуя отношение к

предстоящей капитуляции различных социальных и придворных групп. Говорит он и о

слугах-сакалиба, которых, что следует отметить, ставит в один ряд с рабами-инородцами

('абид а'ладж), а не с упомянутыми в том же фрагменте дворцовыми евнухами [145, с.

151]. Когда же 'Абдуллах выходит из города навстречу вождю альморавидов Йусуфу Ибн

Ташфину, чтобы официально передать ему власть над та ифой, несколько слуг-са-калиба

шагают впереди эмира [84, т. 2, с. 9].

* * *

Упоминаний о спугах-сакалиба в мусульманской Испании (за исключением разобранного

во Введении упоминания о правителе Бале-ирских островов Мубашшире) в источниках

более не встречается48. Дальнейшее восстановление их истории невозможно, и потому

сейчас нам, скорее, следует вновь окинуть взором нарисованную выше картину, чтобы

сделать некоторые общие замечания.

В общем виде история андалусских сакалиба выглядит следующим образом. Андалусские

сакалиба - практически исключительно евнухи; мы не видим в Испании ни одного

неоскопленного слуги-саклаби (гипотетическое исключение может составлять только

правитель Альмерии Афлах) и ни одной неволъницы-сдкадбнййу. Первое упоминание о

слугах-сакалиба в источниках относится к самому началу IX в., можно предполагать, что

их появление в Андалусии пришлось на последние десятилетия VIII в. Присутствие слут-

сакалиба заметно, в основном, при дворе, где прослеживается на всем протяжении IX

– начала XI в. Время от времени появляются и упоминания о слугах-сакялибя во владении

частных лиц. Наиболее многочисленными были слуги-сакалиба в периоды процветания

Андалусии, когда двор и иные покупатели могли позволить себе приобретать много

привозимых издалека рабов. Такую ситуацию мы наблюдаем во второй половине X -

начале XI в. После распада централизованного испано-мусульманского государства

историю сакалиба в отдельных та 'ифах удается проследить до начала 40-х гг. XI в. После

этого число упоминаний о сакалиба резко сокращается (для всей второй половины XI в.
–

лишь четыре фрагмента), а затем они пропадают совсем. Такое явление логичнее всего

объяснить заметным сокращением числа слут-сакалиба в мусульманской Испании; этот

вопрос подробно разобран в предыдущей главе.

Служа при дворе, сакалиба приобретали политическое влияние и принимали участие в

борьбе за власть: сначала после смерти ал-Хакама II в 976 г., затем после свержения

'Амиридов в 1009 г. Следует отметить, что в обоих случаях сакалиба выступали

солидарно. Источники по событиям 976 г. показывают нам сакалиба как единую силу. В

1009- 1013 гг. сакалиба, оказавшись первоначально в лагерях политических противников, затем сплотились ради воссоздания Омейядской державы, которое дало бы им

возможность восстановить утерянное влияние при дворе. Солидарность сакалиба

проявилась и в период раздробленности, когда они, собравшись в нескольких та'ифах, образовывали сплоченные группировки. Хайрана в Альмерии поддерживали сакалиба,

одного из которых - Зухайра - он назначил своим преемником. Зухайр, в свою очередь, опирался на другого саклаби - Хузайла, а часть отборного отряда в его войске составляли

сакалиба. Наджа', переправляясь из Африки в Малагу, всякий раз ставил править Сеутой

сакалиба. В 1042 г. он, собираясь в поход на Малагу, специально 16пригласил сакалиба

откуда только мог. Сакалиба, таким образом, очевидно, осознавали свою общность и

всегда стремились держаться вместе и помогать друг другу.

Между тем в ходе политической борьбы сакалиба постоянно терпели поражения.

Привести к власти своих ставленников - сначала ал-Мугиру, затем Хишама и ал-Муртаду -

не удалось, Зухайр уступил в борьбе Бадису и погиб в бою, а Наджа' так и не смог стать

единоличным правителем малагской та'ифы. Размышляя над причинами этих поражений,

мы должны прежде всего отметить, что сакалиба противостояли намного более сильные и

могущественные противники. В 976 г. Фа'ик, Джаузар, Дурри и их сторонники имели дело

с Мухаммадом Ибн Аби 'Амиром, будущим ал-Мансуром, великолепным мастером

придворных интриг, который, в конце концов, устранил со своего пути всех политических

противников, на каких бы высотах они ни находились. В 1009-1013 гг. сакалиба вместе с