Чтение онлайн

От неожиданности Астра метнула фаерболл слишком низко. Огненный сгусток лишь обжег колени перепуганного жреца, с шипением влетел в стену. Служитель Абопа истошно заорал, хлопая руками по горящей одежде, кинулся к лестнице.

–  Уйдет, Голаф!
– крикнула мэги, не успевая исполнить новое заклинание.

–  В сторону!
– рейнджер толкнул ее за выступ стены - копье высекло каменную крошку точно там, где миг назад стояла Астра.

Вопли жреца слышались наверху. За поворотом, ведущем к подводному туннелю, еще прятался либиец, метнувший копье. Заслон магического пламени быстро угасал.

–  Шет! Все пропало, госпожа Пэй!
– Брис отступил за высокий пьедестал изваяния, злостно выругавшись, выхватил меч и ударил по уродливому либийскому изваянию.
– Все! Сейчас их свора здесь будет!

–  Может, еще успеем. Хотя бы Аниту разыскать! Бежим!
– решила Астра и бросилась по коридору, которым вел ее убитый жрец.

Глянув мельком на догоравшую полосу огня и поворот к залу с бассейном, Голаф подумал, что если не удастся освободить сестру сейчас, то потом вряд ли представится хоть малая возможность. Ведь они обнаружили себя, и слуги Абопа позаботятся, чтобы в храм больше не смог проникнуть никто, в ближайшие дни наверняка постараются разыскать, уничтожить своих неожиданных врагов. Нужно было выложиться сейчас, сделать все возможное, чтобы потом не укорять себя в малодушии. Госпожа Пэй была права, хотя рыскать по огромному подземелью святилища представлялось безумием. Наверху будто слышался топот ног и звон металла. Сунув меч в ножны, франкиец длинными прыжками бросился за мэги.

Между крашеных синих стволов колонн начинался широкий проход. Астра замедлила шаги, вглядываясь в сумрак, редко подсвеченный масляными лампами на длинных цепях. Слева, в неровной поверхности стены, тусклой бронзой блестело несколько дверей, впереди виднелись две лестницы: одна вверх, другая глубже в недра древнего храма. Мэги двинулась туда, надеясь, что в запертых комнатах окажется кто-нибудь из девушек, привезенных Давпером. Брис нагнал Астру на средине пути, подбежал к ближней двери и с силой потянул за кольцо. Скрипнули штыри в стене, но замок не поддался.

–  Эй! Есть там кто?!
– крикнула Астра, шлепнув ладонью по крепкой бронзовой обшивке.

–  Не ори!
– оборвал ее рейнджер. Вонзив острие меча в щель, он попытался взломать запор. Тем временем, Астра подбежала к входу в следующее помещение, рванула за кольцо, и, убедившись, что другая дверь тоже заперта, вытянула пальцы, нащупывая эфирное тело металла. Напрягаясь, попыталась сдвинуть его с места. Голаф справился быстрее - металл заскрежетал, треснул в пазах. Рейнджер ворвался в огромную темную комнату. Астра метнулась за ним, на ходу выпуская светляка, взлетевшего сразу к округлому своду. Пленниц здесь не было, на деревянных полках, поднимавшихся в шесть ярусов по стене, стояли горшки, расписанные красно-синими либийскими узорами, снопы сухих трав, изъеденные молью тряпичные свертки. Посредине стоял массивный стол с разбросанными в беспорядке железными инструментами. Из трещин в полу сквозило смрадной сыростью.

–  Бежим дальше, Голаф!
– Астра дернула его за рукав, догадываясь, что в ближайших комнатах их ждет подобное - пленницы были где-то в другой части храма.

–  Если успеем, - рейнджер выхватил лук из-за спины и вышел в коридор. На лестнице теперь отчетливо слышался топот и голоса растревоженных либийцев.
– Спрячься за колонной!
– успел он бросить мэги и спустил тетиву, пробивая насквозь грудь первого стражника.

Голоса слуг Абопа превратились в рев. Трое воинов с копьями наизготовку спрыгнули с последнего ряда ступеней и, прикрываясь плетеными щитами, понеслись к франкийцу. Из арки, выложенной синей с позолотой плиткой, показались люди с факелами, некоторые в длинных жреческих одеждах, другие в клепаных кожаных доспехах и ушастых шлемах. Астра метнула фаерболл в гущу толпы. Огненный шар ухнул, разлетелся искрами, воспламеняя одежды и отражаясь на лицах либийцев дрожащим красным ужасом.

–  Назад! Назад, Астра!
– вскричал рейнджер, сходясь с копейщиками. Выпустить еще стрелу он не успел, теперь в ход пошел меч. Тонкое лезвие сверкнуло, словно электрический зигзаг, и первый страж с воплем схватился за рассеченное до кости лицо. Двое других разом ударили копьями. Голаф отскочил, перехватил меч по-вильсски и, присев низко, с разворота полоснул по их незащищенным бедрам. Еще троих подоспевших стражей остановила вспыхнувшая стена пламени.

–  Давай, Брис! Уползай оттуда, шет тебя!
– мэги сцепила пальцы, откинув голову назад и впитывая кожей, всем существом драгоценные капли эфира. Огненный заслон получился на редкость мощным, полыхавшим до каменных брусьев свода. Неудачливый копейщик корчился в языках пламени, пока кто-то не вытащил его крючковатой палкой. Нечто зловещее шипели жрецы, став за огненным пологом в круг и скрестив посохи. Сначала в воздухе зазвенели пущенные наугад стрелы, а чуть позже, когда рейнджер начал пятиться к выходу, Астра почувствовала магию, чужую, неведомую, будто тени, похожие на серые бесплотные ленты, поползли вокруг. От их прикосновения тело немело, и пробирал ужас. Тени-ленты все ползли из-за толстых багровых колонн, со стороны украшенной изображениями нагов арки, даже через стену затухавшего огня. Трепещущие, словно змеиные жала, они касались то рук, то ног, проникали под одежду, и тогда воздух в груди становился каменным.

–  Змея!
– прохрипел Голаф и, подняв меч, неуклюже двинулся к мэги.

–  Ты… ты сума сошел!
– Астра едва успела уклониться от удара клинка. Ее одеревеневшее, будто покрытое толстой коркой льда тело, едва слушалось.
– Это я, Голаф! Это я!
– вскричала она, ощущая, как серое волшебство, насланное жрецами, все сильнее захватывает ее саму: лицо рейнджера превращалось в желтозубый оскал морка.
– Голаф! Это я!
– повторила она и, собрав гаснувшую от страха волю, шагнула к франкийцу, обняв его, прижавшись грудью.

Мутно-ледяные глаза Бриса, будто оттаяли. Отгоняя видение, он тряхнул головой.

–  Бежим! Шевелись!
– Астра толкнула его к выходу. Стена огня затухала. Вокруг по-прежнему метались ленты неведомого колдовства. Храмовые стражи, подняв копья, были готовы переступить сдерживавший их рубеж.

Брис оглянулся на либийцев, столпившихся у взломанных дверей, и побежал за Астрой. Едва он достиг арки с фигурами нагов, как пламя позади погасло. Слуги Абопа, издав вопль торжества, бросились вдогонку. Воины, вооруженные луками, пустили стрелы, и Голаф, замычав глухо от боли, повалился наземь. Одна из стрел пробила ему бедро, вторая глубоко распорола плечо.

–  Вставай, милый! Ну!
– Астра схватила его липкую от крови ладонь, мысли неслись вихрем. На новый фаерволл, достаточно мощный, чтобы задержать врагов, не было сил.

–  Алко-ода-фог-спелл!
– бросила она, с кончиков пальцев потекли ядовито-желтые струи. Все пространство между колонн накрыло густое удушливое облако. Копейщики, почти достигшие арки, рухнули на пол, потирая слезящиеся глаза и давясь кашлем.

Рейнджер, поскрипывая от боли зубами, потянулся за луком. Он готовился принять бой, последний для него, но Астра подхватила его под руку и заставила двигаться дальше. Волоча пронзенную стрелой ногу, хватаясь за мэги и кое-как опираясь на меч, Голаф доковылял до поворота. Здесь было светлее: факелы в кривых лапах статуй бросали широкие отблески пламени. Возле стены в луже масла лежал жрец-либиец с вывернутой шеей.

–  Идут, собачьи дети, - услышав приближавшиеся сзади шаги, Голаф остановился и, отталкивая Астру, сказал: - Беги к амфитритам. Меня уже не доволочить. Знаешь, сдохнуть приятнее на суше, чем захлебнуться.

–  Рена Пресветлая, с кем я связалась?! Устыдись! Мы выбрались почти!
– мэги вцепилась в его мокрую, затрещавшую рубаху и поволокла за собой.

До поворота к бассейну оставалось не более двадцати шагов, в этот момент на лестнице, видневшийся в конце прохода, появился жрец с татуированным на лбу знаком-змеей. За ним выскочило двое лучников, тут же изготовившихся к стрельбе. Прежде чем они выпустили стрелы, мэги успела выкрикнуть заклинание айсщелид. Это было спасением - стрелы застряли в плотном слое ледяной пыли. С другой стороны, возле изваяний с факелами, появились тени копейщиков, но Астра уже втянула рейнджера в коридор, ведущий к бассейну. Из темноты донесся плеск воды и голоса амфитрит.

–  Стреляйте в колдунью!
– ударив посохом в пол, приказал Хемихех, добежавшим до угла лучникам.

Грозно и звонко пропели тетивы луков. Астра ответила фаерболлом, только раньше, чем пламенный шар обжег либийского стрелка, Голаф упал на пол. Из его живота торчал железный наконечник стрелы, по рубашке растекалась кровь.

–  Коралисс! Помогите же!
– призвала Астра.
– Ради всего! Мне его не донести!
– она на мгновенье склонилась над смертельно раненым франкийцем. Губы ее задрожали, из груди вырвался всхлип бессилия и ярости. Сам эфир вокруг будто свернулся тугой пружиной отмщения.