Чтение онлайн

— А тебе его зачем? – осматривая меня колючими черными глазами-смородинками, спросил мужик.

— Комнату надо. На неделю. Может, и на две. Посмотрю, как тут у вас…

— Я Марко. Есть комната на первом этаже…

— Не надо на первом. Надо на третьем. И хорошую, чистую, - я кривила губы, делая вид, что пытаюсь языком что-то выковырять из зуба.

— Есть. Только она на две недели сдаётся, не меньше.

— Показывай! – коротко приказала я и, не дождавшись приглашения, первой прошла в дом.

Как ни странно, но в подъезде со скрипучими деревянными полами и ещё более скрипучей лестницей с неудобными узкими ступенями было чисто. Пахло, будто варёной капустой и прогорклым жиром, но уже не мылом, как возле тех верёвок. И то хорошо.

— Стой! Куда? Две монеты за две недели! – он догнал меня на втором этаже и остановился возле приоткрытой двери.

— Одна монета! Цены знаю. И только попробуй кого подселить! Найду на тебя управу, есть люди!

— Да ты из этих? Из девок Марго? А чего ушла? Хотела на ферме отъесться? – он шарил своим цепким взглядом по моим рукам, по груди и лицу.

До меня дошло позже, что мой «загар» намекает, что я работала на улице.

— Нет. Мужа буду ждать. Как работу закончит, сюда приедет, - другого я не придумала, а надо было дать понять, что защита у меня имеется. – За мужа, как приедет, доплатим. А пока за себя только. Две недели монета, если комната понравится, - с этими словами я поднялась на третий этаж и встала между двумя дверьми на площадке.

— Сюда, - он мотнул головой на дверь справа. А потом, когда я отступила, толкнул дверь, и она открылась.

Замка на входе в эту “коммуналку” не было. И на мой вопросительный взгляд у него нашелся ответ:

— Я всё время тут. Никто лишний не пройдёт. Комнаты запираются на замок. Тут вот сразу кухня есть. А дальше комнаты. Твоя сразу после кухни!

По коридору направо, и правда, нашлась кухня. Кирпичный очаг, труба которого упиралась в потолок, три высоких стола, пара табуретов. На узком подоконнике пара чахлых луковиц с несколькими бледно-зелёными стрелками и роем мошек над миской с водой.

Комната рядом с кухней оказалась не подарком, но и не совсем пропащей. Окно во двор, кровать с железным изголовьем, шкаф с еле держащейся на петлях раскрытой дверцей. Стол, больше похожий на бывший секретер, стул со спинкой. Занавеска, отгораживающая угол, скрывала грязное ведро.

— Бельё дам за десять медяков, - озвучил хозяин, заметив, что я смотрю на жиденький грязный матрац и дырявое одеяло. Подушки вообще не было.

— Не надо. У меня есть, - я тряхнула мешком, вытащила из кармана кругляш, который, по всей видимости, можно было разменять на те самые медяки. Названия валюты никто не произнес вслух, и это мне следовало узнать как можно скорее.

— По рукам, две недели. Только за второго ещё одну монету за неделю. Так и быть… через пару месяцев цены подниму, - он постоял молча несколько секунд, потом вспомнил про ключ, которым отпирал замок, и передал его мне.

— Туалет где? – спросила я.

— Так вот, - он махнул на ведро.

— Выливаете куда? – уточнила я.

— На улицу, - хмыкнув, он посмотрел на меня, как на дуру, – только из окна не лей! Кто вас знает…

— Ладно, а вода? – я поняла вдруг, что хочу есть. – И где можно продуктов купить?

— Вода за домом. Там колодец. Чистого ведра нет. Могу продать…

— Не надо. Где купить можно хлеба и молока?

— На рынке, но сейчас уже поздно. Туда надо рано утром идти. Пара кварталов в сторону ферм. Они рано привозят. А если пойдёшь по улице в сторону фабрик, есть корчма. Выпивка плохая, а вот похлёбка у них ничего… можно есть! – хозяин или кто он тут еще раз посмотрел на меня, потом обвёл взглядом комнату и вышел в коридор.

Я закрыла за ним дверь, бросила мешок на кровать, вынула книжку и оставшиеся деньги, положила их в небольшую сумку, которую можно повесить на плечо, закрыла двери и пошла искать хоть какие-то блага цивилизации на первое время.

Рынка и вправду я не обнаружила, но нашла лавку, где продавали ткань. Купила отрез на постельное, ножницы и швейный набор. С одной монеты, прихваченной у тетки, мне отсчитали сдачу в пять кругляшей раза в два поменьше. На них, как и на крупных, по кругу имелась надпись, не говорящая мне совершенно ни о чём. А в центре, если очень присмотреться, можно было увидеть корону.

На один кругляш я плотно поела и прихватила с собой хлеб. Сыр и мясо у меня еще оставались от принесённых в деревне пареньком, который явно нажился на мне.

Дома я быстро разрезала ткань и получила простынь, пододеяльник и наволочку. Простынь даже подшивать не стала. Пододеяльник сшила за несколько минут. В наволочку пока решила сложить свои вещи.

За водой к колодцу я сходила со своим котелком и вечером приготовила чай из лесных травок.

Матрац решила прожарить. Для этого нагревала котелок с водой и проходилась им по матрацу. Пришлось, конечно, побегать, но так хоть могла избежать как минимум кожных заболеваний. Живности в постели, слава Богу, не обнаружила!

Спать легла рано, как только солнце начало клониться к закату. Наметила план: утром найти рынок и докупить пару вёдер. Грязное я выкинула. А в туалет ходила в лесок: это к слову, почти километр.

Особенно торопилась туда рано утром. Но успела вернуться к моменту, когда разгорится очаг. Тогда-то я и встретилась впервые с соседями. Возвращались они домой затемно, а рано утром толпились в кухне: пара женщин варили кашу. Ещё одна успевала стирать что-то в огромном тазу, а потом здесь же, в кухне, развешивала тряпьё на веревках.

Я вспомнила коммуналку, в которой жила первое время после университета, и сердце заныло от тоски по дому. Да, ничего особенно хорошего в этих воспоминаниях не было, но они были моими. И я проходила через все испытания для того, чтобы оказаться там, где находилась сейчас.

— На фабрике работаешь? – я сначала подумала, что вопрос задают не мне, поскольку уж больно он был прямым и личным.

— Нет, пока не работаю. Приехала вчера, - ответила я женщине лет тридцати, вокруг которой вилась десятилетняя или, может, чуточку старше девчушка.