Чтение онлайн

— Ты в порядке? — спрашиваю девушку, как только мы покидаем здание суда.

— Нет, но скоро буду, — говорит она, обнимая меня. — Спасибо тебе за то, что ты провернул с наручниками.

— Слегка свел с ним счеты, — бормочу я, наклоняя голову, чтобы прижаться губами к ее губам.

Прошло всего несколько дней, но я скучал по Антонии.

— Эй, — она отстраняется на дюйм и прикусывает нижнюю губу. Даже с опухшими от слез глазами, она все равно умудряется украсть мое дыхание.

Однажды вы просыпаетесь, и это просто происходит.

Не существует ни закономерностей, ни причин.

Вы машете белым флагом и сдаетесь.

— Не так давно я ходила на свидание с полицейским, — продолжает Антониа, выпуская губу и крепче обнимая меня. — Он водил меня в маленький ресторанчик недалеко отсюда, где готовят лучшие сэндвичи с копченой говядиной, непристойно разговаривал и обещал трахнуть меня как джентльмен.

— Да он просто находка.

— О, точно, а знаешь, что было самым лучшим? Оказывается, он держит слово.

— Все-таки трахнул тебя как джентльмен? — поддразниваю я, наблюдая, как Антониа запрокидывает голову и смеется.

— Именно, — улыбаясь, тихо произносит она. — Оказывается, он действительно хороший парень.

Хороший парень, который планирует снова купить сэндвичи с пастормой и оттрахать девчонку, как настоящий джентльмен.

Марко

— Съедобную фруктовую композицию уже доставили? — спрашиваю я.

Сорайя раздраженно выдыхает. Я мучаю ее с раннего утра, звоню и в офис, и на ее мобильный. Готов поспорить — первое, что она сделает сегодня вечером, вернувшись домой — покрасит волосы в оттенок, что в наши дни означает «чертовски злая».

— В пятый раз отвечаю, что сама позвоню тебе, когда прибудут эти гребаные фрукты! А теперь перестань названивать мне Пирелли!

— Это не фрукты, это дыня.

Линия обрывается, и я поворачиваюсь к Тигу.

— Еще не доставили. Может, позвонить им еще раз?

— Конечно, если хочешь, чтобы они плюнули на твои ананасы.

В отличие от Сорайи, Тиг не будет красить волосы, когда вернется домой, но не переживайте, он тоже меня ненавидит.

Ну что ж, не каждый день мужчина делает предложение.

Ничего, переживут.

Убирая телефон в карман, смотрю на бархатную дощечку передо мной и возвращаюсь к изучению трех обручальных колец. Последние два часа пытаюсь решить, какое из них будет идеально смотреться на пальце Антонии.

— Это уже не смешно, чувак, — умоляет Тиг. — Выбери чертово кольцо, скорее всего, ты все равно вернешься сюда на пятую годовщину свадьбы, чтобы заново купить эту гребаную штуковину.

Изначально я пришел сюда с твердым намерением подарить ей кольцо с огранкой «Принцесса». Затем ювелир показал оправу в виде ореола, и мы добавили в выбор и его. Но я продолжаю возвращаться к третьему. Оно простое и не такое броское, как два других. Думаю, оно будет идеально смотреться на изящном пальчике.

— Вот это! — восклицаю я.

— Спасибо тебе, Иисусе, — бормочет Тиг, свирепо глядя на ювелира. — Ну, не стойте же просто так! Упакуйте, пока он не передумал. Возьмите эти другие и уберите их, — командует он, подталкивая к продавцу бархатную дощечку.

— Для того, кто выиграл пари, ты ужасно нервный.

— Я ни хрена не выиграл, — утверждает он.

— Ты сказал, что мы будем покупать кольца через три месяца, и вот мы здесь.

— Должно быть, это мой счастливый день. Сделай одолжение. Когда вы двое решите завести детей, потеряйте мой номер. Я не хочу быть рядом с тобой, когда ты будешь пытаться решить, как, черт возьми, их назвать.

Три месяца назад я бы ломал голову над ответом, чтобы ляпнуть что-то не то и показаться нечувствительным к ситуации с бесплодием в его семье. Но Бог действует неведанными путями, и обычно, когда вы теряете надежду, то получаете свое чудо. Тиг и Делия узнали в прошлом месяце, что их маленькое чудо уже в пути, и через семь месяцев я буду сидеть в больнице, ожидая, когда брат выйдет из родильного отделения с широкой улыбкой на лице.

— Я уже выбрал имена детям. Марко, если будет мальчик, и Марка, если девочка.

Тиг приподнимает бровь.

— Марка?

— Да, Марша мне вообще не зашло.

— Ты чертовски безнадежен, ты в курсе?

— Но ты любишь меня.

— Примерно так же сильно, как и платить налоги. Давай, иди в кассу, иначе опоздаешь в суд.

* * *

Антониа

Убью Марко, когда вернусь домой, за то, что он прислал мне еще одну съедобную фруктовую композицию. Не поймите меня неправильно, это было очень здорово, но если бы мне не пришлось тащить ее в метро по дороге в суд, чтобы оспорить штрафы, которые Марко выписал мне в день нашей встречи, я вознаградила бы его минетом.

Теперь я сижу, держа эту нелепую штуковину у себя на коленях, и жду, когда судья назовет мое имя. По крайней мере, я здесь надолго не задержусь.

— Антониа Де Лука?

— Я!

Держа фрукты в руках, вскакиваю на ноги. Охранник странно смотрит на меня, но я одариваю его улыбкой и предлагаю клубнику.

Ну, с Джуди ведь это сработало.

Вхожу в зал суда, и улыбка сползает с моего лица — фрукты тоже падают.

И рассыпаются по всему гребаному залу.

— Что ты тут делаешь? — спрашиваю я Марко.

— Я офицер, который выписал штрафы. Находиться здесь — моя работа.

Если бы не было судьи, я могла бы… Стоп, а где судья? Мой взгляд бегает по сторонам, и я понимаю, что в зале только я и Марко.

Внезапно он опускается передо мной на одно колено, и мое сердце — орган, который я когда-то считала предательским, колотится в груди. Оно все-таки не предало меня. А привело к мужчине моей мечты. Мужчине, с которым я хочу провести остаток своей жизни.

— Антониа Де Лука…

— Да! — выпаливаю я.

— Что «да»? Я тебя еще ни о чем не спрашивал.

Ах, точно.

Наверное, нужно дать ему это сделать.

Улыбаясь, Марко лезет в карман и достает маленькую бархатную коробочку.

— Три месяца назад ты проехала на красный, и я остановил тебя. Ты сняла свой шлем, встряхнула волосами, и наши взгляды встретились. Я не осознавал, что впервые смотрел на свою будущую жену, и выписал тебе три штрафа.

— Это я помню.

Он смеется.

— Однако особенность штрафов в том, что они действительны только в том случае, если вся информация в них верна но, похоже, там несоответствие в фамилии.