Чтение онлайн

И все же командир полка Гризодубова и мы, работники штаба, до сих пор разделяем мнение руководителей партизанского движения, что командование авиации дальнего действия было далеко от понимания конкретных нужд партизанских соединений. Оно мало уделяло внимания обеспечению партизан всем необходимым для выполнения крупных операций в тылу врага. А между тем летчики, которые садились на партизанские площадки, своими глазами видели нужды отрядов и отлично понимали значение их действий в тылу врага. О положении в отрядах и нуждах партизан они докладывали Гризодубовой, а она в свою очередь — командиру дивизии Виктору Ефимовичу Нестерцеву. Но интенсивность полетов к партизанам от этого не увеличивалась.

Как ни странно, в отношении посадок на партизанских площадках стал колебаться и заместитель командира полка по политчасти Николай Александрович Тюренков. Но это был наш, домашний человек, поэтому на очередном партийном собрании коммунисты назвали его близоруким. Оставшись при своем мнении, Тюренков в политдонесении написал:

«Сложность обстановки в районе действия партизан не обеспечивает сейчас возможности полета к ним с посадками, которые временно необходимо отменить, и производить вылеты только с выброской груза на парашютах».

— Знаете ли, Александр Михайлович, — говорил потом Тюренков, — сверху бывает виднее. Я не меньше вас знаю, что, летая к партизанам, мы вооружаем тысячи людей, но вот беда: где взять эти самолеты, чтобы их на все хватало?

Может, все это действительно так, может, в конечном счете все это и привело к резкому сокращению полетов к партизанам в феврале 1943 года. Но червь сомнения точил нас.

Сторонники ограниченного числа посадок самолетов к партизанам усилили свои позиции после аварии Васильченко в ночь на 25 февраля. Взлетная полоса была подготовлена плохо, снег не убран. Самолет, перегруженный боеприпасами для орловских партизан, при взлете оторвался от земли на малой скорости, повалился на нос и упал на границе аэродрома. Васильченко получил тяжелое ранение и вышел из строя летчиков до конца войны. Такая же участь чуть не постигла и Лунца. Его самолет тоже оказался перегруженным и при взлете долго не отрывался. Но осторожный Лунц вовремя прекратил взлет, спас самолет и экипаж. В связи с этим Гризодубова подписала приказ: «Впредь боеприпасы без взвешивания в самолеты не грузить. На каждом мешке груза должна быть бирка с указанием веса». В этом же приказе летчикам вменялось в обязанность давать партизанам инструктаж о правилах и требованиях, предъявляемых к посадочной площадке для тяжелых самолетов, и как эти площадки надо готовить.

Валентина Степановна сказала летчикам:

— Подмечать ошибки других — ума много не требуется. В том, что партизаны не умеют готовить посадочные площадки, есть и наша вина. И сколько бы мы ни ругали их, они от этого лучше делать не научатся. А если мы сами поможем им, общее дело только выиграет.

Совещание руководителей Центрального штаба партизанского движения с летчиками тоже дало положительные результаты: вскоре летчики стали доносить о хорошей подготовке посадочных площадок. Усилился контроль за взвешиванием груза перед погрузкой в самолеты. Партизаны делали все, чтобы не дать повода со своей стороны к уменьшению полетов в их интересах. Поломки самолетов по вине партизан в полку почти прекратились.

Активно боролся в защиту полетов к партизанам украинский штаб, особенно его начальник генерал Т. А. Строкач. С просьбой об увеличении числа самолетов для украинских партизан он обратился к командующему АДД Голованову, но ответ получил неутешительный. Тогда Строкач начал действовать через ЦК партии. С помощью первого секретаря ЦК КП(б) Украины члена Политбюро ЦК ВКП(б) Н. С. Хрущева он добился нужного количества самолетов для обеспечения украинских партизан. Генералу Голованову, вероятно, подсказали, что у него нет оснований отказывать партизанам в самолетах.

Генерал Строкач старался морально поддержать летчиков, летавших к партизанам. 6 февраля он попросил меня приехать к нему в штаб. На второй день утром я прибыл в Москву. Строкач был человек очень тактичный, вежливый и внимательный к собеседнику. Но впустую терять время не любил.

— Вот что, Верхозин, мы решили наградить летчиков и вручить им ценные подарки. Как вы считаете, они этого заслужили?

— Вполне, — ответил я. — Летчики будут воодушевлены вниманием к ним и к их нелегкой работе, а значит, и задания будут выполнять еще лучше.

— Мы такого же мнения, — ответил генерал. — Садитесь и пишите список, кто больше помогал украинским партизанам.

Генерал подал лист бумаги. Список я составил, но передать его без утверждения Гризодубовой отказался. Строкач согласился, что награждение личного состава без ведома командира полка нерезонно, поэтому не стал настаивать на немедленном оформлении наградных документов и сделал это на второй день, как только получил нужные сведения за подписью Гризодубовой.

Через три дня генерал Строкач приехал в полк. Перед тем как вручить награды, генерал зачитал письмо ЦК КП(б) Украины, адресованное командующему авиации дальнего действия и командиру 101-го авиационного полка, в котором говорилось:

«Экипажи самолетов, несмотря на неблагоприятные метеорологические условия и сложность посадки в тылу противника, поставленные задачи выполнили отлично… Украинский штаб партизанского движения за отличное выполнение заданий по обеспечению развития партизанского движения на Украине наградил часами тт. капитана Васильченко С. К., капитана Лунца Б. Г., майора Масленникова В. И., капитана Гришакова И. А., капитана Кузнецова А. С., лейтенанта Валухова И. С., капитана Запыленова С. С., лейтенанта Федоренко В. М., ст. лейтенанта Долгих М. М., ст. лейтенанта Зайцева В. Д., мл. лейтенанта Тимофеева А. Т., лейтенанта Фаустова А. Б., майора Каспарова А. Д., мл. лейтенанта Кицина И. П., ст. лейтенанта Козлова К. А., механика Бахчеева И. А., старшину Руденко П. А., бортмеханика Зозулю А. П., лейтенанта Асавина В. Д., капитана Слепова Н. И., радиста Тимошкина Ф. И. и капитана Князева Е. М.

Одновременно ЦК КП(б)У и украинский штаб партизанского движения просят вас представить к правительственной награде особо отличившихся при выполнении заданий товарищей: капитана Васильченко С. К., капитана Лунца Б. Г., капитана Покачалова Н. Н., майора Масленникова В. И., капитана Запыленова С. С., старшего лейтенанта Зайцева В. Д., ст. лейтенанта Долгих М. М., мл. лейтенанта Семенова П. П., капитана Кузнецова А. С., лейтенантов Дмитрова М. С. и Тимошкина Ф. И.

ЦК КП(б) Украины».

В короткой речи генерал Строкач выразил уверенность, что Родина высоко оценит героические подвиги летчиков, проявленные при выполнении задания партии по обеспечению партизанских соединений оружием и спасению раненых и детей.

Но и после такой высокой оценки деятельности полка противники посадок самолетов к партизанам не сдавались. Тогда В. С. Гризодубова поехала в ЦК партии, где рассказала, что каждый самолето-вылет с посадкой к партизанам имеет огромное морально-политическое значение, способствующее развитию партизанского движения. Экипажи, летавшие много раз с посадкой, были очевидцами того, как люди, находящиеся на оккупированной территории, приходили посмотреть на свои советские самолеты за многие десятки километров. Весть о прилетающих из Москвы самолетах распространялась среди населения оккупированных областей. Этим самым разоблачалась ложь врага об уничтожении Советской Армии и прочие измышления захватчиков. В результате тысячи советских патриотов, способных носить оружие, шли в ряды партизан на борьбу с оккупантами. Такие факты наблюдались почти во всех отрядах, куда летали наши самолеты.

В Центральном Комитете сказали Гризодубовой, что командующему авиацией дальнего действия будет незамедлительно дано указание о продолжении полетов к партизанам.

В первых числах марта самолеты 101-го авиационного полка снова стали появляться на партизанских площадках.

В ночь на 10 марта группа из 20 самолетов во главе с заместителем командира полка майором Орловым выбросила на оккупированную территорию Ленинградской области партизанский десант — 206 человек и 12 тонн боеприпасов и оружия. Операция была подготовлена штабом партизанского движения Ленинграда под руководством Ленинградского обкома партии. 11 марта летчикам сообщили, что партизаны приземлились в указанном районе. Всему летному составу, участвовавшему в выброске партизанского десанта, была объявлена благодарность, а майору Орлову вручен ценный подарок.