Чтение онлайн

Одной из основных тем в Spec List является восприятие рынков как экосистемы. Эта тема также затрагивается в книге Нидерхоффера «Университеты биржевого спекулянта» (The Education of a Speculator) [18] и его более поздней совместной с Кеннер работе «Практика биржевых спекуляций» (Practical Speculation) [19] . В рамках экосистем существуют пищевые цепи, и у каждого вида есть своя роль. Экосистемы также подвергаются изменениям, и виды или приспосабливаются к ним, или вымирают. Понимание поведения «хищников» и их «добычи» помогло мне окончательно сформировать мои идеи об отслеживании поведения крупнейших участников рынка и разработке основанных на этом методов торговли. Хотя я трачу значительное время, совершенствуя методы с помощью исследований, простая мысль, что в экосистемах доминируют самые сильные виды, позволила мне понять, что я могу отфильтровать более 90% рыночной активности и начать питаться «объедками», оставшимися после «хищников».

В недавней публикации на Daily Speculations Нидерхоффер упоминает, что он и его трейдеры выдвигают и проверяют приблизительно 100 гипотез в день. Представьте себе эффект умножения, производимый такой деятельностью, — рост совокупности знаний о рынках и их тенденциях. Не менее важен, однако, и эффект моделирования. Участники не только многое узнают о рынках, они также учатся думать как дисциплинированные спекулянты.

Работать в среде, где такой объем моделирования является нормой, — огромное благо как в личном, так и в профессиональном плане. А если у нас нет доступа к таким ресурсам? Могут ли трейдеры направлять собственный процесс обучения, быть в состоянии потока, куража и обрести компетентность второго порядка, что дает победу в изменяющихся условиях неопределенности и риска? Ответ — «да». И снова наш путь будут освещать исследования.

В 1940 г. венский психиатр Виктор Франкл начал писать книгу «Доктор и душа». В 1942 г. он женился и в том же году был разлучен с женой, когда их поместили в нацистские концентрационные лагеря. Рукопись его книги, вшитая в пальто, была обнаружена нацистами в Аушвице и уничтожена. В течение трех лет жизни в концентрационном лагере Франкл голодал, болел, видел, как умирают другие, и не был уверен в том, сможет ли сам пережить следующий день. Все это время его поддерживали возрождение его книги, записываемой на клочках бумаги, и надежда на воссоединение с женой. По наблюдениям Франкла, у людей, погибших в лагере, не было ни надежды, ни цели, у него же была причина преодолеть беду. Перефразируя Ницше, это «зачем жить» давало ему мужество, чтобы найти способ, как выжить.

С точки зрения результативности история Франкла имеет еще более потрясающий аспект. Освободившись из лагеря, он был сражен новостью, что его жена не пережила заключение, но не отклонился от цели и закончил книгу. Затем, за девять дней, он написал еще одну книгу — ту, которая стала его самой известной работой: «Человек в поисках смысла» (Man’s Search for Meaning) [20] .

Кто пишет книгу, тем более продуманную и важную, за девять дней? Как такое возможно? Очевидно, Франкл создавал ее в течение трех лет пребывания в лагере. Он не помнил наизусть каждую фразу, но его размышления о пережитом были настолько сильны, что после освобождения они водопадом хлынули с кончика его пера. Невероятно, но Франкл обрел состояние потока, находясь в самых худших, с человеческой точки зрения, условиях. Он оставался психиатром, даже находясь в заключении, — и сделал свою искалеченную жизнь пациентом, которого изучал в течение многих лет. К концу этого тяжелого испытания он стал другим психиатром: логотерапевтом, считающим, что поиск смысла существования является главным условием умственного здоровья.

В главе 3 было описано, как Ланс Армстронг изменил себя, столкнувшись с запущенным раком. Франкл сохранил — и развил — свою личность вопреки голоду и брюшному тифу. Каждый из них увидел в беде достойный вызов; каждый продемонстрировал выдающуюся компетентность второго порядка. Если рак и концентрационные лагеря не могут помешать человеческому духу достичь мастерства, никакие цели, связанные с рынками, карьерой или личными отношениями, не могут быть недостижимыми — пока вы имеете причину.

ОТ НАХОЖДЕНИЯ НИШИ К РАЗВИТИЮ КОМПЕТЕНТНОСТИ

Надеюсь, что мне удалось разъяснить, почему крайне важно определить свою торговую нишу. Если вы не найдете стиль торговли и рынки, соответствующие вашим способностям и интересам, то не будете проводить в состоянии потока достаточно времени, чтобы добиться максимальной эффективности обучения. Кроме того, вы не сможете развить в себе компетентность второго порядка, которая позволит выдерживать неизбежные торговые штормы. Нахождение ниши означает гораздо больше, чем просто делание денег или получение удовольствия. Это открытие достойной вас цели, которое побуждает к действию.

Что ждет вас, когда вы заряжены на работу таким образом? Вы понимаете, что только начинаете изучать рынки: вы, конечно, мотивированный и талантливый новичок, но все еще новичок. Вам предстоит совершить много ошибок, характерных для новичков. Вы начнете торговать, даже не покрывая свои издержки. Иногда компетентность — не говоря уже о мастерстве — будет казаться ужасающе недостижимой.

Как суметь изучить основы торговли, пройти через разочарования, свойственные новичкам, и при этом сохранить способность работать в состоянии потока? Это главная проблема развития результативности. Вы не сможете стать компетентным, желая делать деньги. Вы обретете компетентность, потому что она станет целью, достойной ваших талантов; деньги играют здесь лишь побочную роль как инструмент измерения успеха. А вот то, как вы структурируете свое обучение, и определит, чем станет для вас торговля — достойной целью или досадной помехой.

Возьмем в качестве примера Ральфа, нового трейдера в некой частной фирме, торгующей отдельными акциями. После приема на работу с Ральфом провели исходный инструктаж по программному обеспечению. Ему велели следить за рынком на экране и открывать сделки в тренировочном режиме. В конце каждого дня он должен был отчитываться перед наставником и обсуждать с ним результаты. Как можно предположить, Ральф день за днем терял «учебные» деньги. Его наставник давал ему общие рекомендации по ограничению убытков, отслеживанию уровней цен и т. д., но Ральф не мог превратить эти советы в пригодные для употребления стратегии. Он не понимал кратких демонстраций своего наставника на экранах маркетмейкеров, как, впрочем, не понимали этого и другие новички. По мере того как увеличивалось разочарование Ральфа, ухудшались и результаты его учебной торговли. И наставник уволил его из фирмы, решив, что он лишен необходимого потенциала.

У Ральфа, казалось, были все слагаемые успеха: мотивация, доступ к реалистичной модели рынка и внимательный наставник. Советы, которые он получал, были разумными, и он начал работать, испытывая подлинный интерес к рынку. Тем не менее обучение не смогло дать ему ни компетентности, ни мастерства. Причина этого очень проста: его обучение не было структурировано для успеха. В некотором смысле оно вообще не было структурировано.

Что означает «структурировать обучение для успеха»? В свой книге «Творчество» (Creativity) Чиксентмихайи указывает несколько предварительных условий для возникновения состояния потока:

• ясные цели на каждом этапе процесса обучения;

• немедленная обратная связь в ответ на действия;

• баланс между задачами и навыками.

Легко понять, почему Ральф не смог достигнуть состояния потока и так и не развил компетентность в торговле. Он получил доступ к рынкам, но не имел ясных целей или немедленной обратной связи. Работая в относительном вакууме, он не мог чувствовать баланса между своими навыками и стоявшими перед ним задачами. Скорее всего, он воспринимал себя как человека, безнадежно подавленного непосильной задачей изучения сложного рынка, находящегося во власти профессионалов.

Вернемся к Зохару Шарону — слепому игроку в гольф, с которым мы познакомились в главе 3. Вспомните, что тренер Шарона Рикардо Кордоба-Коре требовал, чтобы тот в течение многих месяцев отрабатывал замах клюшкой, прежде чем выйти на поле для гольфа. Кордоба сделал упор на координацию и поощрял Шарона восстановить утраченную способность, чтобы мысленно представлять свои удары. Во время одного упражнения Шарон должен был размахивать клюшкой, стоя около столба. Если движение было неточным, он задевал столб. Вот пример немедленной обратной связи!