Самый мрачный рассвет
Шрифт:
Я удивлённо уставилась на него.
— Что? Куда?
Портер снова поцеловал меня и ушёл, бормоча:
– Кое-куда.
Я немного поплакала про себя, когда он натянул штаны, но потом начала делать то же самое. Когда мы оба оделись, Портер взял меня за руку и повёл через ресторан в ванную. К счастью, мне не пришлось встречаться с кем-либо из его сотрудников, так как, похоже, они закончили подготовку к закрытию во время нашего маленького воссоединения.
После того, как я закончила свои дела в ванной, Портер снова взял меня за руку и повёл к задней двери, где я осталась его ждать, пока он всё запирал и ставил на сигнализацию.
Дождь всё ещё шёл, когда мы подбежали к его чёрному «Chevrolet Tahoe», припаркованному у задней двери. Портер открыл дверь, и я быстро скользнула внутрь. Затем я хихикнула, наблюдая, как он пытается прикрыть голову, пока обходил капот и подходил к водительской двери.
— Завтра я куплю раскладной диван в свой офис и грёбаный зонтик.
Я рассмеялась, и он одарил меня ослепительной улыбкой.
— Итак, куда мы едем? — спросила я, пристёгиваясь и поворачиваясь к нему боком.
Дьявольский блеск появился в его глазах, когда он объявил:
— Мы… собираемся угнать машину.
Я скривила губы, и мои брови сошлись на переносице.
— Хм… зачем?
Поймав мой взгляд, он поставил внедорожник на заднюю передачу и нагло прошептал.
— Потому что мы можем, — он помолчал, — а ещё потому, что я вдруг почувствовал себя не в своей тарелке после того, как увидел твой BMW, припаркованный у входа.
Я расхохоталась и проследила за его взглядом, когда он повернулся на сиденье, чтобы посмотреть в заднее окно.
И тут мой смех оборвался.
В центре заднего сиденья было прикреплено розово-фиолетовое автокресло. Мой желудок сжался, когда я посмотрела на него. Стакан-непроливайка находился в держателе, а одинокая Барби была случайно брошена на сиденье рядом с ним.
Я не сходила с ума, не проживала свою жизнь, притворяясь, что детей не существует. Я видела их каждый день. В продуктовом магазине. В ресторанах. Катающихся на велосипедах в моём жилом комплексе. По большей части я их игнорировала. Самосохранение и всё такое.
Но это автокресло было как слон весом в десять тысяч фунтов в комнате со мной и Портером.
Дочь Портера сидела на этом месте, скорее всего, распевая песни и смеясь над банальными шутками отца. Его сын, вероятно, сидел рядом с ней, закатывая глаза и делая вид, что он слишком крут, чтобы общаться с ними. Всё это время Портер сидел на водительском месте, украдкой поглядывая на своих детей в зеркало заднего вида.
— Шарлотта? — позвал он, отвлекая моё внимание от заднего сиденья.
Я моргнула и поняла, что он остановился на полпути от места парковки. Покачав головой, я попыталась прийти в себя, но мой взгляд всё время возвращался к тому сиденью.
— Посмотри на меня, — настаивал Портер, нежно взяв мою руку в свою, и положив её себе на бедро. — Что случилось?
Я зажмурилась и пискнула.
— Просто здесь действительно ярко, Портер.
Его рука отпустила мою и обвилась вокруг моей шеи, после чего он притянул меня к себе, пока наши лбы не соприкоснулись.
— Хорошо. Ты не против, если я поведу твою машину?
Я кивнула, прижавшись лбом к его лбу.
Его мягкие губы приблизились к моим, сильно прижавшись, прежде чем он сказал.
— Держись крепче, милая.
И я сделала так, как он просил. Ему потребовалось всего пятнадцать секунд, чтобы обогнуть здание и добраться до моей машины, но я вцепилась в его руку, как будто он был единственным, кто не давал мне уплыть. Я старалась не торопиться, как только он припарковал машину, но подозревала, что потерпела неудачу, учитывая, что я уже сидела на пассажирском сиденье, прежде чем Портер выключил зажигание на своём внедорожнике.
Я молча проклинала себя за то, что оказалась такой дурой, когда он забрался внутрь и отодвинул водительское сиденье, чтобы разместить свои длинные ноги.
Меня охватило смущение.
— Мне очень жаль. Я…
Я замолчала, когда моя задница внезапно оторвалась от кожи. Моё бедро отскочило от руля, а ноги запутались в переключателе передач, Портер не прекращал тащить меня, пока моя задница не оказалась у него на коленях.
— Полчаса, — констатировал он, как ни в чем не бывало. — Я каждый день езжу на работу на полчаса дольше, чтобы не ехать через мост.
Моё сердце воспарило, и я подняла на него глаза.
— Я изменяю нашу сделку, Шарлотта. Никаких вопросов. Никакого осуждения. Никакого притворства. — Он поцеловал меня и закончил. — Никаких извинений.
Моё лицо сморщилось, как бывает, когда ты сдерживаешь слезы.
— Ты такой удивительный мужчина.
Портер ухмыльнулся.
— Значит, ты больше не считаешь меня серийным убийцей?
— Не серийным убийцей, но ты предложил грандиозный угон автомобиля, так что думаю, преступный путь всё ещё имеет высокий шанс.
Его ухмылка увеличилась, и он усадил меня обратно на место, приказав.
— Пристегнись, Лютик.
Я последовала его указаниям, и когда он выехал со стоянки, я была той, кто взяла его за руку.
Глава семнадцатая
Шарлотта
У меня отвисла челюсть, когда Портер свернул на длинную, усаженную дубами подъездную дорожку, на горизонте появилась огромная, белая усадьба Старого Юга. У неё были великолепные верхние и нижние витиеватые крылечки, от которых у меня потекли слюнки, и кирпичная подъездная дорожка, которая почти требовала, чтобы вы заполнили её гостями.
— Это твой дом? — выдохнула я, поддавшись вперёд, чтобы лучше видеть плакучие ивы по обе стороны дома.
Он усмехнулся, поднёс мою руку к губам и поцеловал костяшки пальцев.
— Жаль разочаровывать, но нет.
— Тогда, где же мы?
Он ухмыльнулся и отпустил мою руку, чтобы выключить машину.
— Где-то.
— Есть шанс, что меня арестуют за то, что я здесь? — спросила, открывая дверь машины.
По дороге дождь перешёл в мелкую морось. За прошедшие пятнадцать минут мы с Портером почти не разговаривали. Он украдкой поглядывал на меня, и каждый раз на его губах появлялась улыбка. И я вцепилась в его руку, оплакивая тот момент, когда мне пришлось смириться.