Чтение онлайн

— Привет, красотка! — Воскликнул он. — Как жизнь?

— Привет, Дерек! — Радостно отозвалась Клер. Видимо, эту встречу ей сам Бог послал, потому что в голове у нее тотчас начал созревать некий план. — Все просто отлично, спасибо. А у тебя?

— Более или менее, — уклончиво ответил он. — Слышал, наш Аполлон тебя бросил… Ищешь себе нового?

— Надо же, как быстро распространяются слухи, — спокойно заметила Клер, хотя внутри у нее все кипело и клокотало от гнева, — да к тому же слухи неверные.

— Вот как? — Спросил Дерек, и брови его насмешливо поползли вверх.

На какое-то мгновение у Клер появилось невыносимое желание расцарапать в кровь его наглую ухмыляющуюся рожу. Ведь это отчасти по его вине Дэн бросил ее, но она взяла себя в руки и решила продолжить свою невинную ложь не в пользу Дэна:

— Да, — подтвердила Клер. — Это я сама бросила его. Он мне надоел со своими нравоучениями. Я их наслушалась еще в колледже. Вдобавок он такой же зануда, как его отец.

— Знаешь, — ухмыльнулся Дерек, — я полностью разделяю твою точку зрения. Что если мы обсудим это сегодня за ужином? — Предложил он, потому что бесконечная пробка, наконец, рассосалась, и машины начали постепенно трогаться с места.

— Согласна. Где?

— Как насчет итальянского ресторана, что на Риджент-Холл Стрит?

Сзади им уже сигналили нетерпеливые водители.

— Ладно. Заедешь за мной в восемь? — Спросила Клер. — Знаешь квартиру Дэна на Хайд-Стрит. — Дерек кивнул. — Я живу в том же подъезде и на этом же этаже… Буду ждать.

И они разъехались каждый по своим делам, чтобы потом встретиться и объединить свои усилия против Дэна Уайтхорна и его отца.

Дэн решил, что до конца недели не стоит больше испытывать терпение Джессики, иначе она, чего доброго, вообще не подпустит его к себе. В довершение всего, до юбилея "Уайтхорн Интерпрайзис" оставалось полторы недели, а его отец мудро захотел соединить в этот день два праздника: модели "Афродиты" покажут коллекцию одежды Джессики в украшениях от их компании. Он радостно усмехнулся, подумав, что для нее этого шока будет вполне достаточно — провести целый вечер с ним в обществе, в котором им будет уделено внимания не меньше, чем принцу Уэльскому и его избраннице. Счастливая улыбка осветила лицо мужчины, когда он представил себе выражение ее глаз, едва она поймет, что ей некуда деться от него. Но это будет потом — через полторы недели. И там уж точно не будет под боком Максвелла или Клер. Он об этом позаботится. А пока ему предстояла недельная поездка в Оклахому в компании Макса и Бена, и он почти ненавидел думать о том, что, сидя за штурвалом самолета, придется в течение нескольких часов слушать его навязчивую болтовню, превозносящую достоинства Джес. Дэн и так их отлично знал, может, даже и лучше, чем сам Макс. Тем не менее слушать все это было выше его сил. Иногда так и подмывало сказать ему все, что он чувствует и, увидев, как он прозреет, получить поистине свинское удовлетворение.

Этих мыслей оказалось вполне достаточно, чтобы вернуть его с небес на землю. Еще слишком рано говорить о том, что между ним и Джессикой происходит что-то конкретное. Вернее, он-то точно знает, что безрассудно любит ее, но она ведь не говорит ему ни "да", ни "нет". Мучает его и мучается сама. Они нужны друг другу — разве можно это отрицать? И разве в любви можно рассуждать о каких-то моральных принципах, которые сейчас кажутся просто нелепыми предрассудками, мешающими счастью? Влюбленных нельзя судить, ибо они подвластны только Богу и судьбе. Потому что если так получилось, что он бросил свою девушку, ради ее лучшей подруги и готов поступиться с чувствами своего друга, чтобы быть счастливым, значит, все это происходит с ними не просто так. Значит, все это кому-то нужно. И если он в свои тридцать без памяти влюбился в женщину на семь лет младше, значит, так должно быть. Значит, он и дальше будет слепо следовать своим чувствам, упорно добиваясь своего места рядом с любимой женщиной.

Так что Дэн не знал, что ему делать дальше, пока сложившиеся определенным образом обстоятельства не подтолкнули его к определенным действиям. Этот день получился у него очень насыщенным важными событиями: вначале признание в любви, потом телефонный звонок, подтолкнувший его к поступкам, которые он, в принципе, и не собирался совершать и которые раньше посчитал бы подлыми, низкими и предательскими. Дело в том, что ему позвонил его шеф — мистер О'Нилл и сказал, что в полетах произошли кое-какие перестановки. Дэн и Максвелл полетят в Оклахому не вместе, как это планировалось изначально, а по отдельности в разное время и на разных самолетах. Колфилд улетает сегодня вечером, и напарником его станет новичок, которому нужно набираться опыта, а Уайтхорн — отправится в полет через два дня тоже вместе с новичком и Беном Спадсом. У них так бывало два раза в год: летом и зимой из летной академии к ним присылали курсантов на стажировку, а опытные летчики практиковали их в пилотировании. Дэн и сам когда-то прошел через это и теперь мог учить молодых парней летать. Как раз на такой стажировке мистер О'Нилл и заметил его и договорился с начальством академии, что Дэна Уайтхорна направят к нему на службу. С тех пор прошло семь лет. И Дэн ни за что не собирался менять место службы, потому что здесь его ценили за его работу, а не за то, что он был сыном миллиардера. Он только удивился, что их с Максом разделили по самолетам. Ведь они с самого начала летали вместе. Потом ему в голову пришла мысль о том, что Максвелл сам попросил об этом в силу известных личных причин. Но мистер О'Нилл спокойно ответил, что просто их самолет сейчас на мелком ремонте. При традиционном осмотре техники обнаружили кое-какие неполадки, а их исправление займет почти неделю.

"Так будет даже лучше, — думал Дэн. — Мне не придется испытывать муки совести и беситься от ревности. И можно будет провести больше времени с Джесси. Возможно, так удастся склонить ее к каким-то определенным чувствам, хоть это будет не очень хорошо по отношению к Максу…"

Настроение у Дэна было превосходное, но где-то в глубине души маленьким злобным зверьком свернулась в клубок совесть и тихонько скреблась, напоминая о себе. Временами она будто просыпалась и недовольно ворчала на него, а он усилием воли заталкивал ее подальше, в самый темный уголок души. Старался чаще быть на людях, потому что совесть когтила его, лишь когда он оставался наедине со своими мыслями и чувствами. Дэн понимал, что то, что он сейчас делает, никак нельзя назвать дружбой, но это было выше его сил. Он любил Джессику до безумия, она стала смыслом его жизни, его миром, его душой. А потому, чтобы хоть как-то жить дальше, ему необходимо было видеть ее, слышать ее голос, чувствовать на себе ее взгляд — неважно, какой — наслаждаться ее мимолетным прикосновением. Единожды ощутив восхитительный вкус ее нежных губ, он уже не мог избавиться от навязчивого желания ощутить его снова, ощущать его всю жизнь до самой старости, ибо эти губы стали для него источником любви, жизни и настоящего счастья. Джессику он искал всю жизнь: она была его половинкой, его судьбой. И у него было два дня, чтобы убедить ее в этом, чтобы сломить ее отчаянное сопротивление. Вероятно, сама судьба в лице мистера О'Нилла отстранила на время Максвелла, потому что Джес вцепилась в него, как утопающий цепляется за свою единственную соломинку. Так она спасалась от Дэна, и пока у нее это неплохо получалось. Она сопротивлялась ему, но судьбе она сопротивляться не сможет. Она никуда от него не сбежит.

Дэн счастливо улыбнулся этим своим мыслям и, взяв ключи от машины, отправился в дом отца.

Было без пятнадцати восемь вечера. Клер спокойно прихорашивалась перед зеркалом в ожидании Дерека. Осталось сделать несколько последних штрихов макияжа, надеть украшения и уложить волосы. Все это она делала не спеша, методичными движениями, точно собиралась не на свидание, а на деловую встречу. В принципе, это так и было. Ужин с Дереком станет ее первым шагом в сторону мести этому семейству. То, что она задумала, будет верхом совершенства. Дэн горько пожалеет о том, что бросил ее…

Когда прическа и макияж были готовы, Клер открыла шкатулку с украшениями. В них она никогда себе не отказывала, с тех пор как у нее появились деньги, и никогда не покупала себе бижутерию, так как считала это верхом безвкусицы. У нее было достаточно золота и серебра, но больше всего она любила украшения, подаренные ей Дэном. Он знал толк в драгоценностях и всегда выбирал их с большой тщательностью. Клер достала ожерелье из золота с рубинами — самое ее любимое. К нему еще прилагались сережки, кольцо и браслет. Это был очень дорогой гарнитур, и при желании она могла бы продать его за огромные деньги и жить безбедно несколько лет. Но она никогда бы этого не сделала, даже если бы в одночасье стала последней из нищих. Ее пальцы любовно прошлись по холодным камням и металлу.

"Черт бы тебя побрал, Дэн Уайтхорн! — Яростно мелькнуло в ее сознании. — Почему ты так поступил со мной? Ведь я люблю тебя… Ты сам вынуждаешь меня мстить тебе".

Зазвонил домофон, и Клер поспешила ответить. А через несколько минут Дерек уже был у нее.

— Привет! — Отсалютовал он, едва она открыла дверь. В руках его был большой букет роз.

— Привет! — Улыбнулась женщина, пропуская его в квартиру. — Ого! — Взгляд ее упал на цветы. — А это еще зачем?

— Ну, я подумал, что раз уж у нас свидание, то нужно подарить тебе цветы. Я не знал, какие ты любишь, и выбрал розы.

— Наверно, галантность у всех членов семьи Уайтхорн в крови, — полушутливо, полусерьезно заметила она и, взяв у него букет, пошла в гостиную за вазой.

Не церемонясь, Дерек пошел за ней. Надо сказать, он был не менее эффектным мужчиной, чем Дэн или любой другой член этой семьи. Так уж повелось в этом клане: мужчины у них были красивыми, сильными, неординарными; и женщин они выбирали себе подстать. Дерек резко отличался от Дэна, как ночь отличается от дня: у него было отличное телосложение, как у Дэна, густые темные волосы, уложенные в стильную стрижку, дерзкий взгляд холодных серо-голубых глаз — в отличие от Дэна. Он проводил много времени в спортзале и на пляже. Орлиный взгляд его глаз возбуждал женское любопытство больше, чем это было необходимо — так что в женщинах он недостатка не испытывал никогда. Когда Клер встречалась с Дэном, он рассказывал ей, что Дерек вел не самый лучший образ жизни. Его троюродный брат состоял в совете директоров, у него было восемь процентов акций компании, но из всего, чем занималась компания, его интересовали только доходы, которые приносили акции. Дерек был завсегдатаем лучших казино, лучших ресторанов, лучших ночных клубов и лучших дискотек. Он носил самую дорогую одежду, ездил на самых шикарных автомобилях, которые менял каждый год, и раз в год в бархатный сезон уезжал в круиз. Иногда он закатывал роскошные вечеринки, на которые собиралось чуть ли не полгорода, так что он даже не знал, как зовут большую половину его гостей. Но иногда его можно было увидеть и в самых злачных местах города, начиная с дешевого стрип-бара и заканчивая подпольным игорным клубом. Да и в женщинах Дерек был не очень разборчив: он мог соблазнить любую. И что самое удивительное — женщины просто падали к его ногам. От него были в восторге все — светские львицы, искушенные в мужчинах, целомудренные девушки, благовоспитанные леди и дешевые шлюхи. И дело было не в деньгах, которыми Дерек сорил направо и налево. Его отличала от всей семьи Уайтхорн какая-то бесшабашная дерзость, словно он бросал вызов их сдержанности, чрезмерной манерности, смахивавшей на чопорность, стремлению во всем соблюдать приличия. В Дэне тоже была эта дерзость, что очень не нравилось его отцу, только в Дереке она проявлялась ярче.

— Одно маленькое "но", — ослепительно улыбаясь, заметил Дерек. — Я не Уайтхорн; я Стефенс.

— Это не имеет особого значения, если ты — член совета директоров "Уайтхорн Интерпрайзис", — отозвалась Клер. — Выпьешь что-нибудь?

— Виски с содовой…

Она налила ему виски, но прежде чем взять у нее бокал, Дерек неожиданно притянул ее к себе и крепко поцеловал. На Клер пахнуло терпким запахом дорогих сигарет, алкоголя и французского одеколона. Она уже давно отвыкла от этого истинно мужского запаха. Время, проведенное рядом с Дэном, было временем утонченности и романтизма; Дерек же был далек от всего этого, но был более близок к действительности — той, которую она хотела бы видеть в Дэне.