Чтение онлайн

— Ничего подобного. Тебе нужно было сделать это еще вчера.

— Вчера у меня не было сил.

— Зачем было тогда так напиваться?

Вопрос прозвучал спокойно, словно Дэн не предъявлял никаких претензий, но намек был понятен, и Клер так недобро посмотрела на него, что он предупредительно замолчал.

— Садись завтракать.

Она послушно села за стол, но вид еды вызывал у нее тошноту, и она лишь вежливо покачала головой в знак отказа.

— Выпей хотя бы кофе. Он тебе необходим, — повелительно сказал Дэн.

Клер неторопливо размешала сахар в чашке с кофе и сделала пару глотков.

— Ты ведь не просто так пришел? — Вдруг произнесла она.

Он вскинул на нее восхитительные голубые глаза, и она сначала было пожалела, что затеяла этот разговор первой. Возможно, ему надо было сделать это первым, чтобы потом она могла проанализировать его вопросы и упреки и вовремя отразить их. Но ей ни за что не хотелось быть жертвой его нареканий, не хотелось чувствовать себя виноватой, хотя она прекрасно знала, что была очень виновата. И в то же время, Клер отчетливо осознавала, что причиной ее вчерашнего поведения стал сам Дэн. Да, он пришел с ней на прием. Да, он был предупредительно вежлив с ней и не оставлял ее ни на минуту. Пока не пришла Джессика. Клер и понятия не имела, что ее подруга будет там. Сначала это открытие повергло ее в шок, и она попросту растерялась, но когда поняла, что кроме Дэна ее пригласить было не кому, это взбесило ее до невозможности. Она заметила, что Дэн все больше и больше уделяет внимание Джессике, и если бы не Максвелл, он бы вообще не отходил от нее.

Дэн долго молчал, прежде чем ответить, но молчание это не могло длиться вечно. Когда-нибудь надо было начать этот неприятный разговор.

— Ты права, — со вздохом сказал мужчина. — Я хотел поговорить с тобой. О вчерашнем вечере. В принципе, этот разговор назревал давно, а мой день рожденья просто дал очередной повод для разговора.

— Хорошо, что ты так откровенен. Я надеюсь, что ты будешь таким откровенным и дальше, — проговорила она, отпивая кофе.

— Да, — подтвердил Дэн, глядя ей в глаза.

Взгляд его был жестким и не сулил ничего хорошего. Клер моментально поняла, о чем пойдет речь и вся внутренне ощетинилась, готовясь обороняться. В конце концов, это ее право, такое же, как его право — обвинять ее.

— Можно я сначала допью кофе? — Холодно спросила она.

— Конечно, — также не тепло ответил он.

Они оба знали, о чем будут говорить. Клер нужна была эта отсрочка, чтобы найти способ удержать Дэна, и пока она медленно пила кофе, мозг ее лихорадочно работал, ища причины, по которым Дэн должен остаться с ней. На мгновение ей в голову пришла безумная идея — сказать ему, что у них будет ребенок. Она на сто процентов знала, что Дэн не из тех мужчин, которые отказываются от своих детей, от каких бы женщин они ни были. Но когда она подумала о том, что будет, когда ее ложь раскроется, ей стало не по себе. Она еще ни разу не видела Дэна в гневе, но была почти уверена в том, что он никогда не простит ее. А потому ей придется отложить спектакль с беременностью до лучших времен.

Дэн спокойно размышлял над тем, как сказать ей, что уходит. Он был уверен, что она не станет плакать и кричать, не станет устраивать истерик, не станет допытываться, ради кого он ее бросает. Клер не такая. Но Дэн знал, что она мертвой хваткой вцепится в него и приведет десятки доводов в пользу того, почему он должен быть с ней. Она могла пойти на все: солгать, что беременна, пригрозить самоубийством, придумать любой другой способ шантажа, но просто так она его не отпустит. И все же Клер должна его отпустить. По крайней мере, если хочет в дальнейшем оставаться его другом, если хочет сохранить те последние капли уважения, которые остались у него к ней.

Пока мысли кружились в голове Дэна, точно ласточки перед дождем, Клер допила свой кофе и ждала, что он скажет хоть слово. Ведь пока он не начал разговор, она не могла обороняться. Почувствовав на себе ее пронизывающий взгляд, Дэн поднял на нее глаза.

— Так о чем конкретно ты хотел со мной поговорить? — Спокойно поинтересовалась она.

— Даже не знаю, с чего начать, — неопределенно проговорил мужчина.

— С самого начала, — потребовала Клер. — И, пожалуйста, не старайся подбирать слова, чтобы не сделать мне больно. Все равно мне будет больно, как бы ты ни старался мягко сказать мне о том, что уходишь.

— А откуда ты знаешь, что я именно об этом хотел поговорить? — Ошарашено произнес Дэн. Пальцы его нервно постукивали по столу, но внутри он, казалось, был спокойнее сфинкса.

— Я поняла это еще вчера, — коротко ответила Клер, пожимая плечами. — Все давно шло к нашему расставанию. Я даже могу точно назвать день и час, когда тебя осенило, что я тебе не подхожу.

— Ну, уж это вряд ли, — возразил он. — Ты не настолько хорошо меня знаешь.

— Ошибаешься. Как раз я настолько хорошо тебя знаю, что могу сказать причину, по которой ты уходишь. Она очень красива и зовут ее Джессика Бичем. Моя единственная и самая лучшая подруга… Не думала, что ты способен на такое предательство. Я могла бы понять тебя и простить, если бы это была любая другая женщина, но не Джес. Только не она.

— Причина не только в ней, Клер, — устало проговорил Дэн. — Их много, и они давно копились, как снежный ком. И если честно, ты сама дала мне много поводов для расставания. А вообще, я полагал, что меня никто толком и не знает, кроме, может, Боба и отца.

— Мы, женщины, очень проницательны, — улыбаясь одними губами отозвалась Клер. — Я почти сразу поняла, что ты не равнодушен к Джессике. Но скажи мне, что ты нашел в ней такого, чего нет во мне? Что, вообще, находят мужчины в таких женщинах, как она? Она же синий чулок, простушка, дурочка!..

— О, нет! — Возразил он. — Ты не права. Мне потребовалось меньше месяца, чтобы понять, что вы с ней очень разные.

— В чем между нами разница? Скажи мне, и я стану такой, как она, и ты не пожалеешь, что остался со мной.

— Ох, Клер! — Вздохнул он. — Тебе еще расти и расти. Ты совсем не знаешь, что значит любить, что это такое, когда тебе нужен только один человек на всем белом свете. И никто его не заменит. Он дороже денег, дороже положения в обществе, дороже всего, что есть в мире. Он дороже жизни, наконец. Это чувство не переписать, как с черновика, не перемотать обратно к началу, как любимую кассету. С каждым днем оно растет в моем сердце, заполняя все пространство, и кажется, что целого мира мало.

— Но ведь я чувствую то же самое к тебе! — Пылко возразила Клер. — И мне очень больно, когда ты с таким восторгом говоришь о моей лучшей подруге.

— Прости, — тихо и виновато произнес он. — Просто очень трудно говорить о расставании и стараться не причинять боль.

— А может, мы не будем пока расставаться? — С надеждой предложила Клер. — Тем более что Джес пока не свободна. К тому же не известно, любит она тебя или нет. Зачем ты будешь лишний раз терзать себя, разочаровываться и мучиться от одиночества? А я буду рядом… Ведь вполне возможно, что это всего лишь мимолетное увлечение. Позже ты узнаешь ее получше и, возможно, все твои представления о ней изменятся…

— В худшую сторону? — Закончил за нее Дэн. — Ты это хотела сказать?.. Нет, Клер. Понимаешь, я чувствую, каков человек на самом деле. Если он хороший, я могу привязаться к нему или просто уважать его, а если нет — ничто не заставит меня изменить мое мнение о нем.

— Но со мной-то у тебя этот номер не прошел…

— О! — Многозначительно произнес Дэн. — Ты очень хитра и коварна; ты соблазнишь и запутаешь любого мужчину, какого только захочешь, хоть самого принца Уэльского.

— Мне не нужен принц Уэльский! Мне нужен ты!