Чтение онлайн

Ничего, кроме этих двух темных голов, в которых я так отчаянно нуждался.

– Давай, давай, давай, - молился я, подплывая к берегу с тем, что, как я боялся, было безжизненным телом моей девочки.

Я даже не взглянул на человека, которому передал ее, прежде чем поплыл обратно к машине, мое сердце застряло в горле, а на груди лежала тяжесть тысячи кораблей.

Только бампер торчал из воды, и мне казалось, что моя жизнь ускользает вместе с этой машиной.

Где, черт возьми, они были?

Нырнув обратно, я поплыл обратно к машине.

И затем, внезапно, каждый вопрос, на который я никогда не хотел получить ответ, стал ясен, когда я снова нашел их в этой машине.

Я почти ничего не разглядел, но увидел, как ее руки обвились вокруг его плеч, а его руки плавали по бокам. Я схватил его первым, с силой оттолкнувшись от сиденья машины, но он внезапно вырвался из моей хватки. Мои легкие горели, но вытащить их было невозможно. Я собирался умереть в этой машине, прежде чем сдаться.

И пока я боролся с ее хваткой, я боялся, что именно это и произойдет.

Там больше не было воздушного кармана, только тонущая машина, пытающаяся утянуть мою жену и сына в водную могилу.

Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что происходит. Сначала я подумал, что она, должно быть, была дезориентирована, возможно, пострадала от аварии.

Но с каждой секундой истина становилась все более очевидной.

Ее руки вцепились в мои.

Ее ноги пинают меня в живот.

Ее хватка была яростной и инстинктивной.

Это не был несчастный случай; каждое ее движение было стратегическим, чтобы удержать его рядом с собой… и держать их обоих в этой машине. Последней каплей стало то, что я почувствовал, как ремень безопасности обернулся вокруг них двоих, удерживая их на месте. Она не была пристегнута ремнем безопасности, когда я пытался вытащить их в первый раз. Не было никакого способа, который можно было бы принять за что-либо, кроме преднамеренного и рассчитанного движения.

Я замер. День, когда я встретил ее на местном фермерском рынке, промелькнул в моей голове. Я пошел покупать помидоры и вернулся домой с семьей.

Мои глаза расширилось, темнота окружила меня, мое тело кричало о кислороде. Но то, что когда-то было попыткой спасти их обоих, превратилось в сражение эпических масштабов.

Мои руки больше не дрожали, а мои страхи превратились в гнев. Я проклинал и кричал, что ненавижу ее, ничего, кроме нескольких пузырьков, несущих послание. Но я не остановился, пока не смог вырвать своего сына из ее рук.

Я не оглянулся, когда направился к кислороду, оставив ее там умирать.

Только она была не одна. Портер Риз, человек, который поклялся любить ее в болезни и здравии, человек, который обнимал ее, когда она плакала, и улыбался ей, когда она смеялась, человек, который обещал ей вечность – умер в той реке рядом с ней.

И прошло три темных, извращенных и полных ненависти года, прежде чем его нашли.

Шарлотта

Я не могла дышать.

Я не могла говорить.

Я не могла даже сформулировать рациональную мысль.

Чистый инстинкт взял верх.

Кровь в моих жилах воспламенилась, когда я вырвалась из рук Портера. Лукас – мой сын, Лукас – закричал, когда я потащила его за собой. Врожденная потребность сбежать переполняла меня.

Но Портер оказался быстрее. Одна из его рук поймала меня выше локтя, его хватка пересекла границу между грубой и твердой. – Шарлотта, остановись! – прорычал он. – Не делай этого. Он не Лукас.

Я слышала его слова, но они казались пустыми слогами, наполненными неделями обмана.

Том появился рядом со мной, его голос был низким и зловещим. – Отпусти ее, Риз.

– Верни мне моего сына, - прорычал он, впиваясь пальцами в мой бицепс.

Я вызывающе выдержала его взгляд. – Он мой сын.

– Папа! – Воскликнул Лукас, отбиваясь от меня. Но в мире не было силы, которая могла бы отнять его у меня.

Не в этот раз.

Только не снова.

Больше никогда.

Портер опустил руку и взял протянутую руку сына, удерживая ее, пока он замыкал цепь между нами тремя. – Все в порядке, приятель. Это просто большое недоразумение. – Его взгляд снова поднялся на меня, его глаза были жесткими. Он совсем не был похож на человека, в которого я влюбилась.

Возможно, потому что этого человека не существовало. Это был настоящий Портер. Тот, кто скрывал от меня моего сына последние десять лет.

– Назад! – потребовала я, расставив ноги на ширину плеч, обхватив рукой грудь Лукаса, все мое тело ревело и было готово к войне.

– Он не Лукас, - процедил мужчина сквозь стиснутые зубы.

– Наз… - начала я повторять свое требование, но голос застрял у меня в горле.

Его лицо смягчилось, так же как и рука, когда появился обманщик, которого я всегда считал своим Портером. – Отпусти его, и мы во всем разберемся. Все будет хорошо.

Это было безумие, но мое сердце сжалось в ответ на его знакомые слова, даже когда моя голова кричала, чтобы я ненавидела его. – Зачем ты сделал это со мной?

– Зачем мне делать это с тобой? – спросил он, и на его лице появилась странная смесь недоверия и удивления. – Шарлотта, я понятия не имею, что сейчас происходит. Все, что я знаю, это то, что ты держишь в руках моего ребенка и называешь его именем своего мертвого ребенка. Милая, в этом мире нет ничего, чего бы я ни сделал для тебя. Но я подвожу черту, когда речь заходит о моих детях.

Мы уставились друг на друга.

Окончательное противостояние.

Мать против Отца.

Природа против Воспитания.

Сердце против Души.

Никто из нас не хочет отступать.

Не тогда, когда речь шла о том, чтобы держаться за единственный солнечный свет, который мы когда-либо получим.

– Я даю тебе еще один шанс, Риз. Отпусти ее, - прорычал Том позади меня.

Взгляд Портера остановился на мне. – Когда она отпустит Трэвиса, я отпущу ее.

Трэвис.

Его сын.

К черту это. Это был мой сын.

Звук его имени зажег во мне запал. Годы сдерживаемой тоски внезапно взорвались, питая раскаленную добела ярость, которую я никогда раньше не испытывала.