Чтение онлайн

Это было дико и уродливо.

Но оно пришло из самого прекрасного места в моем сердце.

Место, которое было создано и заполнено в тот день, когда родился мой маленький мальчик.

Место, которое я не могла забыть, как бы ни старалась за последние десять лет.

Место, которое таило в себе самую мучительную боль, какую только может испытать человек, высвобождая ее, как мерзкое животное, посланное уничтожать меня каждое утро, когда я просыпалась без него.

Место, которое в настоящее время было целым впервые за десять гребаных лет.

Мое лицо задрожало, когда я закричала во всю глотку. – Его зовут Лукас!

В моем взрыве, моя хватка, должно быть, ослабла, потому что внезапно мой сын вырвался из моих рук. Он направился прямо к Портеру, который встал перед ним, словно защищая.

– Нет! – закричала я, ныряя вперед. Рука Портера поднялась и приземлилась в центре моей груди, где он удерживал меня.

А потом вокруг нас разразился настоящий ад.

Том обхватил меня за талию и потащил назад, а Чарли пошел за Портером.

– Заходи внутрь, Трэвис, - проворчал Портер, когда его грубо толкнули лицом в кирпич рядом с дверью.

Мой маленький мальчик застыл на месте, ужас исказил его бледное лицо, когда он посмотрел на Портера. Женщина в дверях быстро двинулась в его сторону. Она схватила его за плечо и притянула к себе, пряча его лицо, когда она заталкивала его в дом.

– Лукас! – закричала я, брыкаясь и вырываясь из объятий Тома.

– Он не Лукас! – Портер выкрикнул в ответ, пока Чарли защелкивал наручники на его запястьях.

Но это был он.

И я только что потеряла его снова.

– Нет. Нет. Нет! – воскликнула я, когда за ним закрылась дверь. – Лукас!

– Шарлотта, посмотри на меня, - позвал Портер, пока Чарли зачитывал ему права. – Это не он. Клянусь Богом, это не он.

– Заткнись, Риз, - прорычал Том, крепко прижимая меня к себе.

Тело Портера изгибалось и напрягалось, пока он пытался добраться до меня. – Шарлотта, пожалуйста, посмотри на меня, дорогая, - взмолился он таким сладким голосом, что, клянусь, я почувствовала, как сердце разрывается у меня в груди.

Не прошло и десяти минут, как я бы с радостью затерялась в море его голубых глаз на целую вечность.

Но это было до того, как мне пришлось за что-то бороться.

– Лукас, - выдохнула я, слезы текли по моему подбородку.

Том заключил меня в медвежьи объятия, прижав руки к бокам, но мои пальцы все еще были вытянуты, как будто они могли дотянуться до двери.

– Пожалуйста, - тихо попросила я. – Пожалуйста, верните его мне.

– Шарлотта! – Портер продолжал реветь, но я не сводила глаз с деревянной двери, отделявшей мой рай от моего ада.

Там был мой сын.

Мой малыш.

И он был жив.

Мои колени внезапно подогнулись, и борьба оставила меня на неровном рыдании. – Боже. Это действительно он.

Том крепко обнял меня. – Нам нужно добраться до участка.

– Как… как это возможно? – запнулась я.

– Понятия не имею, но мне нужно, чтобы ты взяла себя в руки. Чем скорее мы это выясним, тем скорее ты сможешь его вернуть.

Все мое тело дрожало, но с этими словами мое сердце замедлилось, а легкие наполнились воздухом.

Я собиралась вернуть его обратно.

Он собирался вернуться домой.

Он снова будет моим.

У меня не хватало смелости мечтать об этом моменте уже много лет.

И вот она – реальность.

И, по какой-то хреновой причине, я не могла понять, почему моя грудь все еще болит.

Повернувшись, я получила ответ.

Портер сидел на заднем сиденье патрульной машины с закованными за спиной руками, его широко раскрытые глаза смотрели на меня, на лице был написан страх, а губы шевелились в такт моему имени.

И тогда я поняла, что мы только думали, что знаем темноту.

– Шарлотта! – крикнул Брэди, врываясь в конференц-зал, его жена Стефани следовала за ним по пятам.

Я ждала и, таким образом, расхаживала уже больше двух часов. Мое тело онемело, а в голове все перемешалось. Ничто больше не казалось реальным. В течение дня, я проснулась рядом с Портером – человеком, в которого влюбилась – узнала, что мой сын мертв, оплакала его на обочине моста, узнала, что мой сын не мертв, а затем увидела его впервые почти за десять лет. И все это произошло как раз перед тем, как я обнаружила, что человек, рядом с которым я проснулась, знал, где все это время был мой сын.

Да, ничто не могло подготовить меня к такому дню. Я жила этим и все еще не могла понять этого.

Это было похоже на кошмар посреди самого сладкого сна.

Мое сердце разрывалось, одновременно наполняясь до краев.

– Эй, - прошептала я, скрестив руки на груди, чтобы отогнать холод, который обычно сопровождал Брэди.

Он остановился в нескольких футах от меня, схватил себя за шею и опустил глаза в пол. – Том говорит, что ты его видела.

Я с трудом сглотнула и постаралась, чтобы мой голос не дрожал. – Видела.

Он поднял взгляд, и в нем заплясали миллионы противоречивых эмоций. Его обычного смертельного взгляда нигде не было видно, когда он спросил. – На кого он похож?

Мое сердце растаяло. Брэди был мудаком, но его сын тоже был жив, поэтому я на минуту отложила нашу историю в сторону и ответила ему.

– На тебя. На меня. На обоих. – Я замолчала, мой подбородок дрожал. – И одновременно ни на кого.

Через секунду его худощавое тело прижалось к моему. Я не могла вспомнить, когда в последний раз прикасалась к нему. Мы оба любили нашего сына, но Лукас был продуктом одной ночи. Мы с Брэди никогда не были любовниками. Друзьями? Может быть, один раз. Но не в течение долгого времени.

Объятие было в лучшем случае неловким. Никто не мог отрицать, что Брэди был привлекательным мужчиной, и он сильно постарел за эти годы. Но объятия были совсем неправильными.

Его руки были крепкими, но он не был таким теплым, как Портер.

Господи, почему я все еще думаю о Портере?

Ах да, потому что я бы все отдала за то, чтобы он стоял в этой комнате со мной. Его тело покровительственно обнимает меня. Его губы на моем ухе, когда он сказал мне, что все будет хорошо. Его тьма успокаивает мир для меня. Он не имел никакого отношения к исчезновению моего сына.