Чтение онлайн

–– Наш гость всё ещё пытается убедиться, что он находится во времени, в котором никто не знает, что такое… пистолет, – объяснил он, вставая со стула. – Так что не судите его, пожалуйста, строго, ибо любой из нас на его месте тоже был бы очень смущён.

Арес сунул Глок в кобуру и протянул руку бледному технику, который всё ещё непонимающе моргая растерянно переминался с ноги на ногу.

–– Меня зовут Арес, – представился он.

Техник смотрел на его руку так же непонимающе–простовато, как только что на Глок. Дариос подошёл и пожал Аресу руку.

–– Вот так это делается, – сказал он технику и потряс её несколько церемонно. – Для того, чтобы показать свою дружбу.

–– Нет, не только для этого, – сразу возразил Арес. – Этим жестом издревле показывают, что не имеют в руках оружия.

–– Ну, меня всё равно зовут Дариос Орликон семнадцатый.

–– Арес.

–– Э-э-э, – протянул Дариос, теперь смущённо.

–– После представления говорят: очень приятно, – объяснил Арес.

–– Очень приятно, – сразу же откликнулся Дариос.

Причём довольно старательно. Он выглядел обрадованно, что узнал нечто новое. Он ещё раз потряс Аресу руку и отступил в сторону. Под его взглядом бледный техник повторил рукопожатие чуть неуклюже, но до мельчайших подробностей копируя Дариоса.

–– Бориос, – чопорно назвал он своё имя.

–– Арес.

–– Очень приятно.

Арес кивнул и посмотрел на бородатого техника, который вылез из–под стола и подошёл к нему с уже вытянутой рукой.

–– Ориос, – представился он заметно раскованнее Бориоса.

–– Всё ещё – Арес.

–– Очень приятно.

За обрядом представления последовала довольно тягостная тишина. Прервал её Дариос, приказав техникам заняться запланированными приготовлениями. После этого он вывел Ареса из комнаты.

*****

Освещение длинных серых коридоров, по которым они шли, всё более и более тускнело. В скудном свете Арес не видел абсолютно никаких различий во внутренней архитектуре. Стены одного коридора были такими же идеально однотонными, как и следующего. Несмотря на это, и хотя он и Дариос почти двадцать раз свернули в боковые коридоры и поднялись на несколько этажей, Арес без труда смог бы вернуться в комнату, в которой дрался с ситью. Насколько голо и безотрадно было здание, настолько оно было в совершенстве продуманно, логично и функционально построено.

Ведя его через лабиринт из однотипных стен, Дариос допытывался, что же Арес хотел бы есть. Хотя английский этого времени и звучал странно, всё-таки большинство понятий в нём соответствовали тем из времени Ареса. Несмотря на это, Дариос не мог понять, что такое картофель и стейк. Но в конце концов до него дошло, что Арес хотел мясо и овощи. В комнате, в которую он привёл Ареса, он вставил упаковку с белым порошком в готовившую еду машину.

Не прошло и трёх минут, как перед Аресом стояла тарелка. На ней лежали три разных по размерам поджаристых брикета. Дариос объяснил, что большой представлял собой концентрат белков, средний был насыщен углеводами, а маленький – полной гаммой полезных витаминов. Чисто теоретически Арес получил то, что заказывал – мясо, картошку, овощи и даже хлеб. Величина большого брикета затемняла даже американские и австралийские стейки. На этом какие бы то ни было общности заканчивались. Вкус всех брикетов варьировал только в едва ощутимых нюансах, причём все три имели привкус клубники. Судя по всему, пища этого времени имела лишь одно назначение – дать телу нужную для существования энергию. Много большего Арес вообще-то никогда от пищи не ожидал, но по его мнению она должна была иметь хотя бы свой специфический вкус. Поэтому он терпеливо и детально объяснил Дариосу, что такое пицца. Тот довольно беспомощно передал эту информацию пищевому аппарату. От него Арес получил круглую лепёшку из трёх слоёв с узором на верхнем. Вкус её был таким же как у брикетов, лишь клубничный привкус отдавал лёгким оттенком сыра.

–– Я не уверен, что мир, в котором не существуют пиццы, вообще может быть спасён, – сказал Арес. – У вас есть хотя бы кофе, а?

–– А это что такое? – спросил Дариос.

–– Возбуждающий напиток.

–– У него есть негативные аспекты?

–– Наверное, – ответил Арес. – У чего их нет?

–– У нашей пищи, – язвительно провозгласил Дариос. – Машины сделали её хорошо усваиваемой, полезной и высокоэнергетичной. А вещи с любым побочным действием строго запрещены. – Он чуть пренебрежительно усмехнулся. – Сколько мне лет, как вы думаете?

–– Сорок, – предположил Арес.

–– Мне восемьдесят два, – заявил Дариос. – Теперь все люди живут по сто двадцать лет. Без болезней и недугов. Ну, ежели и без монстров.

–– А почему не дольше? – поинтересовался Арес.

–– Без понятия, – смущённо ответил Дариос. – Мы просто не можем продлить жизнь сверх ста двaдцати лет, несмотря на любые усилия.

–– А вы знаете, что в Библии написано, что Бог ограничил человеческую жизнь ста двадцатью годами? – спросил Арес. – У вас знают Библию?

–– Нет.

–– Ну понятно. – Одно обстоятельство для Ареса тем не менее оставалось загадкой. – Как вам удаётся так жить? Чем вы стимулируете свой дух? Ведь без мышления человек перестаёт быть человеком.

–– Мы культивируем тело, чтобы долго жить, и занимаемся искусством, абстрактной философией и – сексом. – Дариос криво ухмыльнулся. – Чтобы его заполучить, надо иной раз сильно напрячь мозг.

–– Ну это во все времена так было и будет, – согласился Арес не разделяя его иронии. – Знаете, Дариос, даже и без нашествия инопланетян такое будущее вовсе не розовое. Хорошо хоть, что оно не светлое из-за вспышек атомных бомб. – Он покачал головой. – Секс и отсутствие войн – это хорошо. Но это не всё.

–– Именно так, – согласился Дариос. – Человечество стало своей собственной тенью. – Замолчав, он грустно посмотрел Аресу в глаза. – Мы почти разучились самостоятельно и практически думать. – Вздохнув, он стряхнул с себя уныние. – Но с вашей помощью я уничтожу летаргию, в которой человечество погрязло. После уничтожения ситей и гулей я реактивирую так сказать человеческий разум.

–– Психокинезом? – недоверчиво спросил Арес.

–– Причём глобальным, – подтвердил Дариос. – Это возможно. – Он коварно улыбнулся. – Или, как вы думаете, каким образом машины сделали всё человечество таким покладистым?

–– Я думал, они вас сексом закабалили.

Дариос чуть помедлил с ответом.

–– Первой ступенью была ломка психики, – объяснил он. – А секс это второй уровень. И вкупе с ленью всё это сделало людей духовно вялыми.

–– Всё нужно в меру, как учит одна из поговорок моей родины, – ответил на это Арес. – Хотя я тоже предпочёл бы удовольствие всяким научным занятиям. Наверное. – Он помолчал. – Ну ладно. Когда я здесь?

–– Этого я вам даже не могу сказать, – ответил Дариос внезапно смущённо. – Я знаю лишь, что наши времена далеко лежат друг от друга.

Арес удивлённо посмотрел на него. Взгляд учёного был прямым и открытым. Он непоколебимо верил в то, что говорил. И именно это имело для Ареса значение. Дариос приводил в исполнение невероятно сложный план, в который он верил. И который он разработал, когда вокруг него гибло неисчислимое количество людей. Если всё это не было сном.

–– Ну ладно, – решил Арес. – Где я?

–– В Товтонии, – ответил Дариос.

Он нажал кнопку на пульте, похожем на тот, что был в первой комнате, и перед Аресом вспыхнула голограмма карты мира. В чём-то картина материков выглядела иначе, чем её знал Арес. Но прежде, чем до него дошло, в чём заключалась разница, на карте замигала зелёная точка. Арес подался вперёд, чтобы лучше рассмотреть местоположение города. Карта сразу же начала увеличивать масштаб, плавно приближая точку к его глазам. Когда разрешение стало настолько большим, что стали видны прямые улицы города, Арес откинулся на спинку стула. Карта мгновенно перешла обратно в глобальный ракурс.