Чтение онлайн

Джина, почувствовав, что проницательность Мейсона совершенно обезоруживает ее, предпочла сменить тему.

— Ну, что? — с наигранной улыбкой сказала она. — Может быть, приступим к дегустации?

С этими словами она взяла со стола бутылку и продемонстрировала ее Мейсону.

— «Курвуазье»… — прочитал он надпись на этикетке. — Да, очень дорогая вещь… Спасибо, Джина. Я не буду.

Джина едва не уронила стодолларовое украшение стола и изумленно посмотрела на Мейсона.

— Ты что, уже не пьешь? Неужели?

Безразлично отвернувшись от стола, Мейсон сказал:

— Ты, конечно, можешь этому верить или не верить, но я совершенно спокойно обхожусь без алкоголя.

На ее лице можно было без труда угадать глубокое чувство разочарования.

— Мм–да… — многозначительно протянула она. — Может быть, ты и можешь обойтись без спиртного, а я вот не могу.

Джина поставила бутылку французского коньяка на стол и, лихорадочно перебрав в уме все возможные варианты поведения, остановилась на единственно возможном.

Выбив у нее из рук главное оружие, Мейсон не оставил Джине ничего иного, кроме надежды на ее женские чары.

Она подошла к нему поближе и, соблазнительно улыбаясь, заглянула в глаза.

— И от всех прочих удовольствий я не собираюсь отказываться, — откровенно предлагая себя, сказала Джина. Она с нежностью обняла Мейсона за шею и стала нежно ерошить волосы на его голове.

— Ну, что, Мейсон? Как тебе нравится сегодняшний вечер? — елейным голосом произнесла она.

Он очень аккуратно вывернулся и, сделав вид, что ничего не заметил, произнес:

— Какой прекрасный у тебя сегодня ужин на столе. Почему мы ничего не едим?

Она торопливо обернулась к нему.

— Я думала, что ты предпочитаешь смотреть на меня, а не на еду. По–моему, главное украшение сегодняшнего вечера — это я.

Мейсон по–прежнему предпочитал не замечать ее откровенных намеков и непристойных предложений.

— Джина, я восхищаюсь твоим умением делать все таким аппетитным, — подчеркнуто вежливо сказал он.

Она посмотрела на него с сожалением.

— О, Мейсон!.. Разве это не напоминает тебе о наших прежних вечерах?..

Хейли вернулась в редакторскую комнату с папкой в руках. Бросив документы на стол, она застыла на месте и стала подозрительно принюхиваться.

В воздухе совершенно очевидно ощущался запах дорогой косметики.

Хейли показалось, что она случайно угодила не на свое рабочее место, а в гримерную какого-то театра.

Недоуменно повертев головой, Хейли нагнулась и заглянула под стол.

Там стояла большая спортивная сумка.

Хейли поставила ее на стол, открыла замок и от изумления едва не ахнула.

Такого нижнего белья она еще не видела. Кружевные лифчики и трусики, полупрозрачные комбинации и облегающие боди…

Хейли потрясенно перебирала вещи, не понимая, как они могли оказаться под ее столом. Вряд ли это мог забыть кто-то из посетителей. Во–первых, потому что еще полчаса назад, когда Хейли уходила из комнаты, сумки здесь не было, а дверь она за собой закрыла. Значит, это принадлежит кому-то из сотрудников станции. Поскольку, кроме Хейли в этой комнате работала только Джейн Уилсон, девушка совершенно справедливо подумала о ней.

В коридоре послышались чьи-то шаги. Хейли торопливо спрятала белье назад в сумку и сунула ее под стол. Метнувшись в угол, она спряталась за шкафом.

Спустя несколько секунд дверь в редакторскую открылась, и на пороге показалась Джейн Уилсон. Однако, выглядела она так, что даже самая близкая подруга с трудом узнала бы в ней скромницу Джейн.

Прическа в стиле «взрыв на макаронной фабрике», ярко накрашенные губы, полупрозрачная комбинация и короткая юбка, а также туфли на высоком остром каблуке придавали ей сходство с теми дамами, которые обычно стоят на углах и многозначительными взглядами привлекают клиентов…

С куском длинной французской булки в руке Перл подошел к телефону.

— Алло.

В трубке раздался голос Кортни.

— Это я.

Перл тут же заинтересованно спросил:

— Ну что, дорогая? Тебе удалось что-нибудь узнать?

Голос Кортни звучал как-то по–особенному взволнованно.

— Я только что виделась с ассистентом Роулингса, Генри Беллоузом, — сказала она. — Он рассказал мне все, что ему известно об Элис.

Перл улыбнулся.

— Молодец. Надеюсь, что ты сделала все так, что он не понял, почему ты о ней спрашиваешь.

— Конечно, нет, — рассмеялась она. — Ты просил меня взять информацию, а не отдавать ее.

— Ну что ж, отлично! — воскликнул Перл. — И что же ты выяснила?

— Он сказал, что когда ему понадобилось взять данные Элис из медицинской карты для статистики, там ничего не оказалось. Только дата ее поступления в клинику… Это случилось пять лет назад. Он добавил, что Элис никогда не лечили, что она находилась в клинике на положении прислуги или заключенной. Никто и никогда не припоминает, чтобы Роулингс назначал ей какой-то курс лечения или медицинские препараты.

Перл оглянулся на мирно спавшую Элис.

— Да. Великолепно… Вот это информация, Кортни… — скисшим голосом сказал он. — Спасибо, Кортни, я тебе очень обязан.

— Я старалась.

— Я очень тебе обязан… Я… Мы сможем поговорить позже? — он замялся.

Кортни сразу поняла, что он не хочет ее видеть.

— Тебе нужна моя помощь? — нерешительно предложила она. — Я могу приехать прямо сейчас.

— Нет–нет, — торопливо ответил Перл. — Не нужно. Я сам поговорю с Элис, когда она проснется. Так будет лучше. Я сразу же позвоню тебе, как только освобожусь.

— Обещаешь? — упавшим голосом спросила она.

— Да, конечно.

Перл положил трубку и задумчиво подошел к дивану, на котором спала Элис. Точнее, она уже не спала.

Испуганным взглядом она смотрела на Перла из-под одеяла.

Перл присел рядом с ней и обнадеживающе улыбнулся.

— Привет. Ты отдохнула?

Она утвердительно кивнула.

— Теперь ты можешь что-нибудь сообщить о моем брате? Для меня это очень важно, — тихо сказал он. — Я очень любил его.

Элис откинула в сторону одеяло и провела пальцами по щеке Перла.