Чтение онлайн

Вечером Круз сидел с Брэндоном. Его сердце сжималось от боли, когда он смотрел на беспомощного ребенка. В руках у Круза была тарелка, полная ароматных спагетти. Брэндон судорожно вдыхал воздух, крылья его носа поднимались, а Круз уговаривал Брэндона есть.

— Это ничего, что у тебя нет аппетита, Брэндон, нужно заставить себя есть. Ты только посмотри, какие вкусные эти спагетти, я приготовил их тебе сам, с базиликом. А ты знаешь, что такое базилик?

Брэндон еле заметно покачал головой. Но Круз уже научился понимать его с полуслова, с полудвижения.

— Базилик — это королевская трава, — и Круз, накрутив на вилку спагетти, подносил их ко рту мальчика.

Бледные губы Брэндона вздрагивали, и он с трудом проглатывал пищу.

— Это королевская трава, — приговаривал Круз, — вот видишь, ты у нас окружен такой же заботой, как принц.

Слова Круза явно нравились Брэндону. Он немного криво улыбался и старался как можно меньше показывать свою беспомощность.

Вновь зазвонил телефон. Сантана рванулась к аппарату.

— Миссис Кастильо?

— Да, это я.

— Я звоню из химической корпорации, я кое-что нашел в архивах.

— Ну как, это будет возможно?

— Да, мы занимались производством олеиновой кислоты, но в чисто технических целях.

— Говорите, мне это очень важно.

— Какая кислота именно вас интересует?

— Экстрагированная олеиновая кислота. Понимаете, мой ребенок болен лейкодистрофией и это единственное, что может ему помочь.

— Я не знаю насчет фармакологических свойств нашего продукта, но вроде бы, на складах должно было остаться немного экстрагированной олеиновой кислоты после экспериментов. Я дал распоряжение и сейчас пытаются выяснить, осталось ли хоть немного. Я вам обязательно перезвоню, когда выясню что-нибудь более конкретное.

В трубке раздались короткие гудки.

Сантана устало опустилась прямо на пол возле телефонного аппарата.

Круз застыл с вилкой в руке и пристально смотрел на жену.

— Ну что? — выдохнул он.

— По–моему, нам повезло, — прошептала Сантана и, молитвенно сложив перед собой руки, зашептала беззвучную молитву.

А Брэндон, не понимая в чем дело, улыбался. Он почувствовал, как оживился Круз, как просветлели его глаза.

После окончания симпозиума у Брэндона дела пошли совсем плохо. Сантана каждый день звонила в химическую корпорацию, ей отвечали, что ничего конкретного пока сообщить не могут. Но просили не терять надежду.

Однажды вечером Брэндону сделалось совсем плохо. Прибывший по вызову врач, установил прибор для откачивания слюны. Брэндон лежал на кровати и тяжело дышал. Сантана и Круз не отходили от него ни на минуту, а сестра милосердия объясняла им как пользоваться аппаратом.

— Вы должны быть очень внимательны, — говорила она, — мальчик постепенно теряет естественную способность сглатывать слюну, которая постоянно выделяется. И еще вы должны быть очень осторожны когда он ест. Ведь кусок пищи, попавший в дыхательные пути, может привести к удушью. Вы ни на минуту не должны покидать его одного. Прибор должен быть в постоянной готовности, иначе… — Сестра замолчала, поскольку послышался телефонный звонок.

Сантана сорвалась с места и бросилась к аппарату.

— Алло! Миссис Кастильо вас слушает, — сразу же закричала она в трубку.

— Вас беспокоят с химической корпорации, сейчас я передаю трубку нашему технологу.

Сантана застыла в ожидании. Ей показалось, что прошло не менее четверти часа, пока трубка вновь не ожила.

— Насколько я понимаю вас, миссис Кастильо, вы ищете экстрагированную олеиновую кислоту.

— Да, именно она мне нужна. Вы нашли ее?

— Да, вам повезло. У нас есть это вещество, но мы проводили экстрагирование, чтобы получить ее в качестве машинной смазки. Я не знаю, устроит ли это вас, но ничего иного предложить не могу.

— Мне нужно оливковое масло, из которого исключены С 24 и С 26.

— Именно такое масло мы им производили.

— У вас оно есть?

— Да, единственный флакон, он стоит сейчас передо мной.

— Как я могу получить его?

— Завтра же вы сможете его получить.

Доктор Людвиг Хайвер, стоя в холле центра диетологии, с удивлением рассматривал литровую бутыль экстрагированного оливкового масла, привезенную ему для анализов Крузом.

— Но вы понимаете, мистер Кастильо, что это может быть вредно?

— Но это же совсем безобидный продукт, это то же самое оливковое масло, но из него удалены С 24 и С 26. Я бы понимал, если бы в него было что-то добавлено, вот это могло бы нанести вред.

— Да, это совсем безобидный продукт, как сахар, — немного иронично произнес доктор Хайвер, — но ведь вы прекрасно понимаете — сахар смертелен для диабетика. И я, если честно признаться, не могу рекомендовать вам его к употреблению.

— Но доктор Хайвер, ведь уже прошло много времени с того момента, как Брэндону поставили диагноз, и у нас не осталось времени на раздумье, нужно действовать. Тем более, ему с каждым днем становится все хуже и хуже.

— Я, конечно, как человек, вас понимаю, но и вы должны понять меня. Я как ученый не могу позволить себе терять объективность суждений.

— Но Брэндон уже не может ходить, я вам говорю это как отец ребенка.

Круз скорбно опустил голову. Доктор Хайвер чувствовал себя не лучшим образом. Ему было очень жаль этого сильного человека, который сейчас выглядел таким беспомощным.

— Я приехал к вам за советом, — произнес Круз, — и я его получил. Поймите меня, доктор Хайвер, никто — ни один врач, ни один диетолог не может указывать мне, какую заправку я должен лить в салат, подавая его на обед своему сыну. Поэтому не стоит вам бояться, всю ответственность я беру на себя, считайте, что разговора между нами не было.

Круз уже собрался уходить, но доктор Хайвер остановил его.

— Подождите, мистер Кастильо, я хочу вас предупредить.

— О чем? — недовольно спросил Круз.

— Вы должны себе уяснить одну вещь: ведь медицина — это не математика и тут не может существовать точных решений. Все построено на интуиции и на опыте. Мы имеем дело с людьми, которые страдают и в глазах их родственников мы можем показаться бессердечными.

— Да, я знаю, — сказал Круз. — Извините, доктор Хайвер, если я заставил вас так подумать.

— Мистер Кастильо, я не отказываюсь участвовать в эксперименте по употреблению экстрагированного оливкового масла, но хочу предупредить: наше сотрудничество должно быть абсолютно неофициальным.

— Конечно, — согласился Круз, — мы будем давать Брэндону олеиновую кислоту по сорок граммов в день.

— Это слишком много, — доктор Хайвер предупредительно поднял указательный палец, — слишком много, мистер Кастильо.

— Но ведь иначе мы не добьемся снижения уровня длинноцепных жиров в крови, — возразил Круз.