Чтение онлайн

– Ты хотела со мной поговорить?

– Да, – виновато улыбнулась Иден, – знаешь, Лайонел, я уже давно хотела с тобой поговорить, но все как-то немного стеснялась.

– Перестань, Иден, ты могла говорить при Брике.

– Нет, это было не совсем удобно.

– Почему? – улыбнулся Лайонел.

– Знаешь, твой счет уже трижды просрочен. Пора его оплатить, – Иден опустила глаза, потом вскинула их и посмотрела в лицо Лайонелу.

Глаза того холодно блеснули, но на губах была улыбка, улыбка очень учтивая и доброжелательная.

От этого взгляда Иден вздрогнула и какой-то странный холодок пробежал по ее спине, а в душе поселились нехорошие предчувствия.

– А может, мне устроиться в "Ориент-Экспресс" мыть посуду? – глядя на Иден проговорил Лайонел.

– Нет, но если ты не хочешь оплатить счет, то тогда, Лайонел, тебе лучше уйти, – холодно сказала Иден.

– Знаешь, иногда ты мне очень сильно напоминаешь его, – холодно ответил Лайонел.

– Если ты имеешь в виду моего отца, то я воспринимаю твои слова как комплимент, – парировала Иден.

– Навряд ли это комплимент, – процедил сквозь зубы Локридж.

– Знаешь что, Лайонел, давай сделаем так: или ты заплатишь или уйдешь.

– Иден, ты получишь свои деньги, но тогда, когда я этого захочу, когда я этого пожелаю.

Лайонел собрался уже уходить, но Иден сказала ему вслед:

– Думаешь, я не знаю, что вы с дядей Грантом что-то затеяли?

– О! – воскликнул Лайонел и вновь обернулся к Иден.

– И у тебя еще после всего этого хватает наглости появляться здесь? – сказала Иден, – ты оплатишь свой счет немедленно, сегодня же!

– Если так, то считай это уже сделано, – колко прошипел Локридж, – но ты, Иден, в этот момент помогла мне решить одну дилемму…

– Какую? – Иден гордо вскинула голову и на какое-то мгновение стала очень похожа осанкой на своего отца СиСи Кэпвелла, который тоже частенько принимал такую позу, только лицо СиСи всегда выражало куда большее презрение к Лайонелу Локриджу.

– Тебе, Иден, придется немного подождать, но ты даже сама не знаешь, как сильно мне помогла, – Лайонел резко повернулся и вышел из бара.

А Иден еще долго стояла в задумчивости, рассуждая над тем, что же имел в виду Лайонел, произнеся подобные слова.

В двери Лайонел Локридж столкнулся с рабочим, который спешил в бар "Ориент-Экспресс".

– Вы не видели здесь мисс Кэпвелл? – спрашивал он у всех.

– Один из официантов указал рукой рабочему, где можно найти Иден и тот вбежал в бар.

– Мисс Кэпвелл, я говорил этой сумасшедшей, чтобы она не подходила…

– Что? Какой сумасшедшей?

– Да этой… Джине, которая на крыше. Она лезет к вывеске. Я говорю ей, чтобы не подходила, но она меня совершенно не слушает.

Тут же в бар вбежал и Кейт Тиммонс.

– Извините, если я перебью вас. Иден, послушай…

– Что такое, Кейт?

– У меня неотложные дела и я вынужден прервать завтрак. Извини, пожалуйста, встретимся позже и пообедаем, возможно, вместе. А сейчас я должен бежать – неотложные дела, – Кейт кивнул и направился к выходу.

– Я жду твоего звонка, – вдогонку ему бросила Иден.

– Я обязательно позвоню, не беспокойся.

– Мисс Кэпвелл, выслушайте, пожалуйста, меня, – рабочий энергично размахивал руками, – я сейчас вам все объясню, объясню по порядку.

– Пожалуйста, я вас слушаю.

– Она совершенно неуправляема. Я ей говорю, но она меня не слушает.

– Кто? Погодите, рассказывайте все по порядку. Кто неуправляем?

– Да эта… ваша подруга, мисс Кэпвелл, – сказал рабочий.

– А кто ее туда пустил?

– Как кто? Она сказала, что вы не возражаете, если она часок побудет наверху.

– Что? Джина забралась на крышу отеля?

– Да, – рабочий кивнул в ответ. – Я ей говорил, чтобы она не трогала вывеску, но это бесполезно.

– Кто трогает вывеску?

– Да ваша подруга! – воскликнул рабочий, – а мы эту вывеску даже еще не проверили.

– А зачем она это делает? Зачем ей это нужно?

– Она говорит, что хочет зажечь вывеску, хочет чтобы она сверкала, а потом она решила сняться на фоне сверкающей вывески…

– Зачем сняться? – Иден никак не могла взять в толк, зачем Джина забралась на крышу отеля.

А Джина в это время снималась в очередной раз, старательно выговаривая слова незатейливой рекламной песенки, неуклюже дергаясь в такт музыки, постоянно сбиваясь и не попадая в кадр. Режиссер уже вспотел. Он морщился, но запись не останавливал.

– Да черт с ней, – шептал он оператору, – пусть дергается как хочет, деньги уже заплачены и это ее проблемы, а не наши. Ведь я предлагал ей взять профессиональную манекенщицу, чтобы та сделала все как следует, но она хочет красоваться сама. Какая-то безумная.

Оператор нажал на кнопку и махнул рукой. Джина Кэпвелл, которая было приостановилась и выжидала, вновь принялась распевать песенку: "Это печенье – просто прелесть! Аромат и вкус, и свежесть! Оно сделано с любовью – Угощайтесь на здоровье!"

– Когда вы захотите себя немного побаловать, – уже остановившись проговорила Джина, – купите пакетик печенья миссис Кэпвелл! Запомните это название. Оно символ качества и символ успеха!

Джина подняла вверх руку и посмотрела на белые облака. Режиссер в это время понуро отошел к распределительному щиту и положил руку на крышку. Его начало трясти.

– Боже! Что с ним случилось? – первой воскликнула Джина, видя как корчится режиссер.

Огромная вывеска на несколько мгновений вспыхнула, неон в трубках засветился, а во всем отеле погас свет, потом вновь вспыхнул и снова погас.

– Что это? – стоя в баре рядом с рабочим воскликнула Иден.

– Это, наверное, ваша подруга попыталась зажечь вывеску.

– Боже! Она же сейчас сожжет ее и погибнет сама! Быстрее наверх! – Иден и рабочий заспешили на крышу отеля.

Келли робко вошла в кабинет доктора Роулингса и испуганно осмотрелась по сторонам. Выражение ее лица было таким, как будто все в этом кабинете действовало ей на нервы, угнетало, пугало, раздражало.

Садись, пожалуйста, – вежливо предложил доктор Роулингс, отрываясь от небольшого листка бумаги, который он заполнял мелким аккуратным почерком.