Санта-Барбара 3
Шрифт:
– О, Ридли, а я-то думал, что ты взял на пару дней выходной, – добродушно проворчал бородатый Джулио, подходя к столу.
– Мы с тобой договорим попозже, – все еще глядя в глаза Крузу сказал Ридли и обернулся к вошедшему.
– А, Джулио, мне стало скучно и я решил вернуться. Ну ладно, Круз, договорим попозже. Может быть, завтра я заскочу и тогда мы все с тобой обсудим.
– Договорились, Ридли, я всегда рад встретиться с тобой.
Пронзительно зазвонил телефон. Ридли покинул кабинет, а Круз схватил трубку и поднес ее к уху.
– Кастильо слушает.
– Что? Не будет… Почему?
– Кто это сказал?
– Ага, тогда все понятно.
– Нет-нет, я согласен.
– Завтра, хорошо, я согласен встретиться завтра. После обеда.
Круз бросил трубку и посмотрел на Джулио. Тот добродушно улыбаясь кивал головой на закрытую дверь, за которой исчез Ридли.
– Тебе не кажется, Круз, что наш Ридли стал каким-то дерганным.
Круз вместо ответа неопределенно пожал плечами, а Джулио продолжил:
– Я тоже часто вспоминаю, как в меня в первый раз стреляли, я тогда целую неделю не находил себе места, у меня все дрожало.
– Ничего, Джулио, я думаю с Ридли будет все нормально, – веско заметил Круз.
– Да, мне кажется, из него получится очень даже неплохой полицейский.
– Да, хороший, – согласился Круз. – Знаешь, я сейчас собираюсь уйти. Ты что, хотел мне что-нибудь важное сказать?
– Да нет, я просто так, – Джулио пожал своими
широкими плечами.
– Я через час вернусь.
– О'кей? – ответил Джулио.
– А в чем, собственно, дело? Чего ты зашел?
– Да я хотел поговорить насчет вчерашней ночной облавы. Мне кажется, что больше так прокалываться нам не позволительно. Мы просто не имеем права выпускать преступников из своих рук.
– Я тоже так думаю, – рассудительно ответил Круз и направился к двери.
Джулио пристально посмотрел ему вслед и ехидная улыбка искривила его пухлые губы, прячущиеся в седых усах и бороде.
Джина в новом ослепительно синем платье вошла в "Ориент-Экспресс", за ней проследовали двое мужчин, один помоложе, другой – постарше. Джина расстегнула свою сумочку, украшенную тысячами блесток, покопалась в ней и вытащила несколько купюр, сложенных вдвое.
– Вот это вам, – она подала их седовласому мужчине, – надеюсь хватит, а потом мы с вами разберемся. Ведь это аванс, не так ли?
– Да, мы согласны, – ответил мужчина, – но вы должны быть поосторожнее, ведь там еще не все окончательно смонтировано, не все болты затянуты как следует.
– Не беспокойтесь, я не испорчу вашу бесценную вывеску. Все будет хорошо, – Джина кокетливо улыбнулась, мужчины тоже ответили ей улыбками.
Лайонел Локридж, который стоял у стойки бара, наблюдал за этой сценой. Когда двое мужчин поспешно удалились, он вальяжной походкой подошел к Джине. Та в это время застегивала свою сверкающую сумочку.
– Что это за приятели у тебя такие странные? – спросил Лайонел.
Она смутилась, но быстро оправилась и натянуто улыбнулась. – Да так. А вообще-то, Лайонел, ты меня извини, но мне сейчас некогда, я очень занята.
– А я, Джина, только и хотел тебе сказать, что ты прекрасно выглядишь. На тебе, я смотрю, новое платье, и дорогое…
Джина Кэпвелл, как всякая женщина, услышав комплимент, расцвела. Губы расползлись в радостной улыбке, глаза заискрились.
– Ведь ты же, Лайонел, прекрасно понимаешь, что я глава кампании по выпечке печенья "Кэпвелл". И поэтому я должна выглядеть пристойно. Не могу же я, хозяйка, напоминать какую-нибудь кухарку, – Джина кокетливо улыбнулась и склонила голову набок.
Лайонел слегка улыбнулся уголками рта и спокойно проговорил.
– Так ты и есть кухарка.
На Джину будто бы вылили ведро холодной воды. Она вся подобралась, губы стали тонкими, глаза зло сузились.
– Даже если это и так, Лайонел, то клиенты не должны об этом ничего знать, – процедила она в ответ на язвительное замечание Локриджа.
– Послушай, Джина, я, – Лайонел ударил себя в грудь, – совершенно не намерен оплачивать твой имидж. Этим ты должна заниматься сама, но заем ты должна мне выплатить. Вот это очень существенно и важно. А судя по новому платью, ты вполне можешь это сделать.
– Лайонел, ты что, не представляешь, какие у нас расходы?
Лайонел покачал головой, всем своим видом показывая, что ему наплевать на все расходы компании Джины.
– Мы должны оплатить муку, сахар… – Джина задумалась, что бы еще такое назвать, но больше ничего не вспомнила и закончила свою речь прозаически, – для того, чтобы все это закупить, мне придется ограбить банк.
– Да? Но я видел, что для своих приятелей ты нашла кое-какие деньги, – Лайонел кивнул в сторону ушедших мужчин.
– Лайонел, пойми, ведь я им была должна эти небольшие деньги…
– А мне? Пять тысяч, ты что не должна? – Лайонел ткнул себя большим пальцем в грудь. – Мне, Лайонелу Локриджу ты должна целых пять тысяч долларов, которые я тебе одолжил.
– Лайонел, я помню, у меня отличная память.
– Насчет твоей памяти мы поговорим в следующий раз. Я знаю, какая у тебя память.
– Лайонел, я верну тебе все до последнего цента, даже с процентами. Только не сейчас, подожди немного и ты их получишь.
– А мне деньги нужны именно сейчас. Ведь уже, как ты понимаешь, вышли все сроки.
– Сколько? – засуетилась Джина, расстегнула сумочку и полезла внутрь как будто там лежали пять тысяч долларов. – Так сколько тебе надо, Лайонел?
Голос Джины немного дрожал.
– Мне нужен первый взнос, пятьдесят долларов. Джина отвернулась, выхватила из сумочки толстую пачку банкнот и принялась перебирать купюры.
– О, да я вижу, у тебя много денег. Ты что, все-таки ограбила банк?