Санта-Барбара 5
Шрифт:
СиСи взмахнул руками, сморщившись при этом так, как будто он вынужден был только что разжевать неспелый лимон.
— Джина, — протянул он, — только, пожалуйста, не надо принимать всех вокруг за дураков. Ты знаешь, что со мной этот номер не пройдет.
Джина поняла, что не стоит сейчас заводить СиСи. Он и без того находится во взвинченном состоянии. Более благоразумно было бы принять примирительную позицию. Она умиротворяюще подняла вверх руки.
— Послушай, СиСи, мне кажется, что было бы глупо сейчас сожалеть о происшедшем. Тэд и Хейли — замечательные молодые люди, но я здесь совершенно не при чем. Я не делала ничего для того, чтобы они сошлись вместе. Мне кажется, что сейчас нам нужно просто посмотреть в глаза фактам и признать, что Тэд и Хейли любят друг друга. Нам нет смысла насильственно прерывать их отношения именно в тот момент, когда они решили пожениться.
СиСи, как будто, этого и ожидал.
— Ах, вот оно в чем дело, — закричал он. — Ну конечно, как же я забыл, ведь они решили пожениться. Джина довольна — дело сделано, теперь можно и умывать руки. Осталось только подождать, пока любвеобильный отец отвалит сыну половину состояния, которым совершенно спокойно сможет пользоваться сваха.
Джина заискивающе улыбнулась.
— Клянусь тебе, я ничего такого не делала. Все произошло само собой, помимо моей воли. Они просто влюбились друг в друга. Кто может запретить им это сделать? Я всего лишь в свое время скрыла тот факт, что она моя родственница и то лишь потому, что девочке нужна была работа. Больше никакой вины за собой я не чувствую.
Эти слова должны были по замыслу Джины успокоить СиСи, однако произошло, как раз, обратное. Он едва не взорвался от гнева:
— А почему ты все это время скрывала, что она твоя племянница? Почему не открыла этой тайны раньше? Почему ты выжидала до сегодняшнего дня?
Джина потупилась.
— Я была в церкви.
СиСи метнул на нее уничтожающий взгляд.
— Я видел это, но я не понимаю, что это должно означать.
Джина прикусила нижнюю губу.
— Понимаешь, я слышала, как ты разговаривал с Софией о том, чтобы нанять частного детектива и узнать обо всем, что касается Хейли.
СиСи плотно сжал губы.
— Ко всем твоим прочим недостаткам, ты еще и подслушиванием занимаешься. Какая низость, — процедил он сквозь зубы.
Джина пропустила это замечание мимо ушей, словно это было для нее столь же естественно, как услышать комплимент о том, что она сегодня хорошо выглядит.
— В любом случае ты бы все узнал о Хейли, — как ни в чем не бывало продолжила она. — А теперь мое признание сэкономило деньги, которые бы ты истратил на частные расследования, — с этими словами она состроила милую улыбочку СиСи, будто призналась в маленькой шалости, которая к тому же оказалась не шалостью, а выгодным деловым предприятием.
СиСи сверкнул глазами.
— Невероятно, — воскликнул он. — Ты еще ожидаешь от меня благодарности за то, что сделала?
Не находя себе места, он снова стал метаться по комнате.
— Прекрасно, великолепно! Меня очень радует твое сообщение.
Джина провожала его умоляющим взглядом.
— Я хотела, как лучше, — бормотала она. — Ведь это так, ведь это правда.
Он рассерженно махнул рукой.
— Ладно, в любом случае у меня другие планы.
Джина озабоченно подскочила к нему.
— О чем ты говоришь, СиСи? Какие другие планы? Ведь я уже все рассказала тебе.
Он смерил ее презрительным взглядом:
— Не торопи события, Джина. Да, кстати говоря…
Она тут же подалась вперед:
— Что, что?
СиСи брезгливо поморщился:
— Мне некогда заниматься такой мелочью, как вышвыривать тебя из дома. Пока не появились слуги, испарись, пожалуйста, сама.
Джина фыркнула:
— Вот как?
Это переполнило чашу терпения Ченнинга-старшего. Забыв о своем статусе, положении в обществе, возрасте, жизненном опыте и правилах приличия, он занес кулак и, едва сдерживаясь, прошипел сквозь зубы:
— Если ты сейчас же не умотаешься отсюда, я тебя убью.
Джина порядком струхнула, но сдержалась, чтобы не закричать от страха. Правда, лицо ее побелело, а губы дрожали мелкой дрожью. Таким она не видела СиСи, наверное, еще никогда — может быть лишь один раз в жизни, когда он узнал правду о самой Джине.
Когда СиСи решительно направился к выходу, Джина почувствовала, что ноги у нее подкашиваются, и она бессильно рухнула на диван. Правда, долго засиживаться ей не пришлось. Когда в коридоре показалась Роза, Джина поспешно вскочила и даже не пошла, а побежала к выходу из дома.
В столовой клиники доктора Роулингса царила мрачная атмосфера. Келли сидела за одним столом вместе Джимми Бейкером и Оуэном Муром. Теребя в руке пластмассовый стаканчик для кофе, она не сводила осуждающего взгляда с Мура.
Тот, понимая свою вину, склонил голову так низко над столом, что казалось, будто он хочет разглядеть ногти на пальцах своих ног.
— Оуэн, — сокрушенно промолвила Келли, — зачем ты сказал им, куда я ушла. Я бы никогда не вернулась сюда, если бы они не знали, где я.
Мур еще больше съежился и густо покраснел от стыда. Келли возбужденно ходила из угла в угол, словно, не находя себе места.
В этот момент дверь в столовую открылась, и на пороге показался доктор Роулингс. Он решительно вошел в комнату и с какой-то садистской уверенностью заявил:
— Сегодня ты будешь послушным, Оуэн.
Мур, казалось, готов был провалиться под землю, только бы не видеть Роулингса. Не осмеливаясь поднять на него взгляда, Мур заламывал пальцы и кусал губы. Роулингс подошел к нему и, остановившись рядом, громко, почти театрально, сказал:
— Я намерен задать тебе несколько вопросов. Надеюсь, ты уже приготовился отвечать?
Мур отвернулся, придерживая дрожащей рукой очки, чтобы они не упали.
— Нет, сэр, — едва слышно прохрипел он. Роулингс, ничуть не смутившись, продолжил:
— Что? Ты что-то ответил? Повтори, пожалуйста, еще раз, я не расслышал. Учти, ты должен отвечать громко, хорошо поставленным голосом.
Келли, исподлобья смотревшая на Роулингса, готова была уничтожить его взглядом. Однако здесь хозяином положения был главный врач.