Чтение онлайн

– Привет, - парни наперебой поздоровались с новоприбывшей в их полку и предложили подбросить до дома. Машка согласилась. Вечер казался уже не таким веселым, а идея выбраться куда-то - не такой удачной.

На улице заметно похолодало. Ветер разгонял собравшиеся облака, как мог, но его сил явно не хватало, и тучи заполонили уже все небо.

– Скоро дождик пойдет. По домам надо.
– Гриша, услышав слова друга, поднял голову вверх и нахмурился. Куда-куда, а вот домой точно идти не хотелось.

Слегка пошатывающийся Семен внезапно остановился.

– Я не могу домой. Там мама...Она будет совсем не рада видеть меня...таким. Ик.

– Эх, Семен, прям как маленький...мама то, мама это. Вон даже Машка наклюкалась и в ус не дует. Попадет и попадет, а ты?
– возмутился Гриша.

– Полегче, Грих.
– К компании присоединился Алекс и остановился у входа, прикуривая сигарету.

– Ну а что, Алекс, разве я не прав?

Алекс посмотрел на друзей и направился в сторону машины, припаркованной неподалеку. Семен поспешил следом, думая о том, насколько же все-таки все они разные и о том, что только самой судьбе было выгодно их соединить. Остальным сей союз был слишком непонятен.

Семен. Он вырос на маминых пирожках и заботе, а от того больше напоминал свой любимый пирожок и весил около ста килограммов. Но при этом парень он был хороший, готовый прийти друзьям на выручку и отмутузить приставших в темном переулке хулиганов. Вот только говорить не любил и не умел, предпочитая отмалчиваться или отделываться парой фраз. Друзья - это единственные люди, с которыми он мог чувствовать себя в своей тарелке. С девушками у Семена тоже не ладилось, чаще всего они его просто не замечали, обращая внимание на ярких дружков. Это его вполне устраивало. А вот Ирка, неугомонная, неуверенная в себе, зацепила. И делить ее внимание с друзьями он не желал.

Гриша - это человек противоречивый, как он сам говорил: 'Натура многогранная и непонятная'. Он мог засмеяться на похоронах, сострить на свадьбе, любил устраивать подлянки и подшучивать над всеми подряд. Они с Семеном познакомились после очередной стрелы, где Гришу обвинял какой-то парниша, что он, видите ли, увел у него девушку. Гриша на это ничего не отвечал, лишь пару раз врезал парню и свалил из толпы. Этот парень вообще всегда удивлял Семена своей реакцией, непредсказуемой. Но натурой он все же был приятной и очень верным другом.

С Алексом они познакомились тоже в школе, когда парень перешел в их класс. Он был несколько диким, ни с кем не якшался, хотя желающих заполучить этого богатенького парня себе в друзья хватало. Мальчишка почему-то сторонился людей, предпочитая книги и музыку. Как удалось толстому Семену и странному Грише найти общий язык с молчаливым Алексом? Да очень просто. Они однажды взяли и подсели к нему за столик в столовой, где тот всегда обедал в одиночестве, разговорились, находя много общего, ну а со временем и приручили этого дикого звереныша. Алекс всегда был в их компании чем-то вроде регулировщика: прекращал споры, давал советы, осаждал, если требовалась, и поддерживал добрым словом.

Сейчас все их личности перетерпели огранку. Они уже не шутили над учителями, не дергали понравившихся девчонок за косички и не подкладывали им крыс в сумки. Теперь они учились в высшем заведении, надеясь когда-нибудь выйти оттуда дипломированными специалистами, и увлекались паркуром. Детство слишком быстро прошло, а вот дружба....они все надеялись, что осталась с ними навсегда.

***

– Алло, - хриплый голос ото сна казался резким и неприятным.

– Саш, могу я приехать?
– Но виноватый и немного заплетающийся голос Машки быстро привел в себя и заставил встряхнуться.

– Что-то случилось? Тебя кто-то обидел?
– в трубке послышался громкий вздох, а затем и всхлип.
– Эй, дорогая, не реви, конечно, приезжай. Мы со всем разберемся. Мы же подруги, все будет хорошо, вот увидишь.

– Спасибо тебе, Саш.

Положив телефон на тумбочку, зажгла настольную лампу и осторожно толкнула Ирку. Это она только при других скромная, а вот, если ее не вовремя разбудить, то все, туши свет, кидай гранату. Столько нового в свою сторону ни за что услышишь.

– Ирка, только не ори. Дело серьезное.
– Приложив палец к губам, осторожно показала на телефоне вызов Машки. Ирка похлопала сонными глазами, вглядываясь в расплывающиеся буквы, затем надела очки и снова вгляделась. Подняв на меня испуганные глаза, прошептала.

– Она в порядке?

– Вроде бы. Сейчас приедет. Так что, быстро собираемся и на выход.

В ответ - только кивок. А зачем лишние слова и вопросы? Ясно же, что разберемся на улице, и я сама толком ничего не знала.

Ночь охладила пылающие со сна щеки и заставила нервно поежиться даже в теплых толстовках. Ирка зевнула, переминаясь с ноги на ногу.

– Ну и где она? Я сейчас тут отморожу все...
– новый зевок.

– Понятия не имею.
– Усевшись на скамейку возле подъезда, с пофигизмом воззрилась на фонарь. Он подмигнул мне сгоревшей лампочкой и потух.

Интересно, а в жизни тоже так? Люди тоже, уходя, становятся напоследок счастливыми и мигают, озаряя других? Или, может быть, это как рождение? Огромная волна боли, сопровождаемая криками, а затем, рывок и все, счастье, ожидаемое целых девять месяцев, вываливается наружу?

– О, кажется, едут.
– Возле подъезда остановилась иномарка, абсолютно незнакомая, но очень дорогая. Это видно было даже по значку на капоте, я такого раньше не видела. Вообще, я в машинах фигово разбиралась, но понять, что передо мной, Лада или крутой БМВ, смогла бы.

Двери распахнулись практически одновременно, сразу показывая своих пассажиров. Знакомые лица. Ирка застыла, а затем, судорожно провела по волосам рукой, пытаясь их пригладить. Семена заметила. А я, лишь мельком взглянув на парней, встретилась взглядом с расстроенной Машкой. Она плакала. Подруга осторожно подошла ко мне и села рядом.

– Саш, я такая плохая подруга. Скажи мне, что я дура, обзови...
– я прикрыла глаза и вздохнула. Целая, виноватая, но самое главное, что целая.

– Ты нас напугала.
– С другой стороны снова кто-то сел, откидывается на скамейку и замер. Я даже догадывалась, кто.

– А ты здесь откуда?
– открыла глаза и посмотрела на сидящего рядом Алекса. Он выглядел помятым. Тоже, как Машка, осознал, что козел?

– Ее привез.
– Был ответ.

– А, так это твоя машина.
– Не смогла скрыть недовольство в голосе, ну вот почему, кому-то - все, а кому-то - ничего? Нет, вы не подумайте, я не жаловалась, просто иногда, смотря вот на таких вот пижонов, хотелось возвести глаза к небу и закричать о том, что справедливости не существовало, ни в этом мире, ни в том, нигде. Непонятно только, зачем было придумывать для мифического чувства свое название?