Чтение онлайн

— Арахнида Тарантуловна, можно? — осторожно спросила я, сунувшись в приоткрытую дверь. — Я к вам новенького привела.

— Метафизика? — сурово вопросила тучная замша, не отрываясь от бумаг. Она была настоящим виртуозом кадровой работы: знала всё и обо всех. — Давай его сюда. Оформим в лучшем виде.

Я подтолкнула Антона вперёд.

— Здра… — начал он и запнулся. Замер истуканом. Побледнел и выдавил: — с-сьте…

— Здрасьте-мордасти, — буркнула Арахнида Тарантуловна и протянула к нему одну из восьми своих лап. — Ты всегда такой красноречивый?

— Я-я-я… — выдавил парень. — Я-я-я…

— Давай сюда папку, чего обмер! — скомандовала кадровичка, а другие её руки уже шустрили на полках, перебирая размещённые в алфавитном порядке дела. — Громов… Громов… Фамилия грозная, а сам малахольный!

Антон вспыхнул. Я уже подметила, что он частенько краснеет. Интересно, от чего это зависит? Возможно, какая-то генетическая предрасположенность…

— Я не малахольный! — заявил он, и я дёрнулась. Почему-то совершенно не ожидала от него такого взбрыка. — И меня возмущает подобное отношение! С какой такой стати вы меня оскорбляете? Сначала там, теперь тут… Безобразие!

Он набычился и выступил вперёд. Однако! Я-то думала, Антон человек мягкий, тихий и не особо конфликтный. В общем, типичный ботаник. А тут такой поворот. Интересно!

Арахнида Тарантуловна застыла, недоумённо уставившись на новобранца. Одна из многочисленных ладоней разжалась, и папка с тихим «плюх» шлёпнулась на пол. Я бросилась поднимать документы. Не знаю, что там Антон себе удумал, а мне здесь ещё работать. Ну, по крайней мере, ближайшие полгода точно, пока аккредитацию не пройдём. К тому же, портить отношения с Отделом Кадров додумается только законченный имбецил.

— Лукьянова! — паучиха выхватила бумаги из моих рук. — Ты где такого дерзкого откопала?

— Он к нам на замену приехал, — сообщила я. — Из Томска.

— А-а-а! — протянула Арахнида, и румяное лицо её озарилось улыбкой. — Ну, тогда всё ясно. Характер сибирский сразу видать, это тебе не Москва всякая. Что ж, добро пожаловать в команду, земляк!

Метафизик удивлённо уставился на неё.

— Я из Красноярска, — пояснила паучиха и, подмигнув, добавила: — Всё лучшее в мире сделано в Сибири!

— С этим не поспоришь, — согласился Антон и улыбнулся. Добродушно и на редкость обаятельно.

Похоже, не такой уж нерд этот физик. Ну, то есть, метафизик.

— Что, даже не спросишь, откуда у меня столько рук? — Арахнида Тарантуловна лукаво вскинула бровь.

— Предполагаю, со временем всё прояснится само собой, — пожал плечами новобранец, и кадровичка хмыкнула, обращаясь уже ко мне.

— А парень-то не промах. С начальством виделся уже?

— Виделся.

— И?

Я бросила взгляд на Антона, прикидывая, как бы ответить так, чтобы никоим образом не принизить его достоинство.

— Антон Сергеевич был слегка обескуражен пламенным приёмом, — подыскала, наконец, нужный эпитет.

— Обескуражен, значит, — фыркнула Арахнида Тарантуловна. Две её руки стремительно набирали что-то на клавиатуре, третья рылась в сейфе, четвёртая и пятая ставили на документах размашистые автографы, а остальные с бешеной скоростью заверяли копии разнокалиберными печатями. — Хорошо, если так. Обычно от её вида люди в обморок падают.

Антон выразительно посмотрел на меня. Я ответила едва заметной полуулыбкой.

— Что ж, поздравляю вас, Антон Сергеевич! — паучиха с торжественным видом протянула новобранцу синюю корочку. — Вот ваш пропуск. Теперь вы полноправный член нашего замечательного дружного коллектива. Уже завтра вас подключат к программе Замедления Старения, а сегодня до пяти надо успеть оформиться в Каке.

— Где?!

— В корпоративном комплексе, — спешно разъяснила я. Аббревиатуру «КК» каждый коверкал на свой лад, однако чаще всего выходила чудесным образом склоняемая «КаКа». — ЗГУ предоставляет жильё иногородним сотрудникам.

— А-а-а… — протянул Антон, засовывая пропуск во внутренний карман. — Очередной местный бонус?

Я кивнула.

— Проводишь?

— Разумеется.

— Только поторопитесь, — напутствовала Арахнида, вскинув три руки. На каждом запястье красовались часы, причём все показывали разное время. — Комендант комплекса — настоящий зверь. Опоздаете хоть на минуту — ночевать придётся на улице.

Если обойти Центральный корпус с юга, можно пролезть через пространственную щель во внутренний двор. А оттуда до Корпоративного комплекса рукой подать. Особенно, если срезать по тренировочному кладбищу Прикладных некромантов.

В этом направлении я и дёрнула, едва мы покинули обитель наших начальников-небожителей.

— Постой! — Антон схватил меня заруку. — Мне на вокзал надо.

— Куда? — пришлось притормозить. — На вокзал? Зачем это ещё?

— Я там вещи свои оставил.

— Какие ещё вещи? — нахмурилась я.

— Обычные! — Метафизик поправил очки. Он явно вымотался: вид у него был неважный: лицо осунулось, под глазами залегли круги, а морщины на лбу обозначились резче. — Чемодан, а в нём одежда. Джинсы, свитер, носки и… ещё кое-что. Или, может, ЗГУ и бельё сотрудникам предоставляет?

— Предоставит, если возникнет нужда. — Я посмотрела на часы. До пяти оставалось почти два часа, а до вокзала — около десяти километров. И это только в одну сторону! Кошмар кошмарский. Хотя… всё решаемо. Особенно когда ты — секретарь директора.

Я поглядела на Антона.

— Тебе действительно так нужны те свитера с носками?

Физик уверенно кивнул.

— Ладно, — выдохнула я и внимательно поглядела на своего подопечного. — Ты высоты боишься?

— Не забывайте о правилах безопасности, — напомнил инструктор, выдавая нам шлемы. Инструктора звали Русланом, его жену — Людмилой, и она считалась лучшим мастером по маникюру во всём кампусе. Ну а я была её постоянной клиенткой, так что проблем со ступами не возникло. Да-да, всё в нашем мире решают связи. И ноготочки. — Никаких резких движений, прыжков и пируэтов. Подниматься выше тридцати метров запрещено. Разгоняться быстрее сорока километров в час — тоже. Заклятье движения произносится не позднее тридцати секунд после подъёма. Управление стандартное двухвзмаховое: метла справа — поворот налево, метла слева — поворот направо. Заклятье торможения размещено на внутренней стороне ступы прямо перед вами. Всё понятно?

— Да!

— Нет!

Выпалили мы в один голос.

Инструктор смухордился. Посмотрел на меня, на Антона, потом снова на меня и сказал:

— Ну, раз всё понятно, жду вас через час. Сдадите ступы, заберёте паспорта.

Он ушёл, а новобранец уставился на меня квадратными глазами.

— Я не полечу!

— Тебе же нужны твои чемоданы, разве нет? — бросила я, застёгивая шлем.

— Нужны, но я не полечу, — Антон вцепился в края ступы. — Это… Это противоречит законам физики! Это невозможно! Нина! Оно не взлетит!