Чтение онлайн

Сегодня, правда, стул был занят. На нем восседал Брайс Харриман.

Смитбек так и замер на пороге. Рука, которой он намеревался постучать в дверь, тоже застыла на полпути.

— А, Билл, — кивнул ему Дэйвис. — Ты как раз вовремя. Заходи, пожалуйста.

Смит сделал шаг, затем другой. Он изо всех сил старался не встретиться глазами с Харриманом.

— Планируешь заняться убийством Дучэмпа? — спросил Дэйвис.

Смитбек кивнул. Он находился в сумеречном состоянии, словно кто-то ударил его в солнечное сплетение. Надеялся лишь, что никто этого не заметит.

Дэйвис провел кончиками пальцев по кромке стола.

— С какой стороны думаешь подступиться?

Ответ у Смитбека был заготовлен заранее. Это был любимый риторический вопрос Дэйвиса. Им он давал понять, что репортеры должны рыть когтями землю.

— Я собираюсь разузнать все местные обстоятельства, поискать столкновение интересов, — сказал он. — Опрошу соседей, друзей и родственников жертвы. Учту, разумеется, наработки полиции. Следователь, ответственный за ведение дела, — самый молодой капитан на участке — Хейворд, к тому же это женщина.

Дэйвис, задумчиво кивнув, хмыкнул. Такой ответ, как и всегда, не дал понять, о чем он думает в данный момент. Смитбек занервничал еще больше.

— Вы знаете, как это бывает: насильственная смерть в Верхнем Манхэттене приведет к тому, что дамы станут бояться выводить своих пуделей на вечернюю прогулку. Я выясню образ жизни жертвы, узнаю о его работе и привычках. Возможно, посижу за барной стойкой с капитаном Хейворд.

Дэйвис снова кивнул, взял ручку, медленно покатал ее между ладонями.

— Знаете, с таким материалом мы можем выйти на первую страницу раздела «Метро», — храбро сказал Смитбек.

Дэйвис отложил ручку.

— Билл, такая история стоит больше, чем публикация в разделе «Метро». Со времен убийства Катфорта — о нем писал Брайс, когда работал в «Пост», — это самое громкое преступление, когда-либо совершенное на Манхэттене.

Вот, значит, как: Брайс. Смитбек постарался придать лицу приятное выражение.

— В этом преступлении много неясностей. Дело здесь не только в сенсационном способе убийства, но и в том — как ты сам отметил, — что произошло оно в шикарном районе. Необычна и сама жертва. Художник. К тому же дело передано женщине-следователю. — Дэйвис сделал паузу. — Не хочешь ли ты откусить больше, чем сможешь проглотить? Не слишком ли много для одного дела?

— Я могу написать о нем две, а то и три статьи. Без проблем.

— Не сомневаюсь, что сможешь, однако время ограничено.

Смитбек облизнул губы, почувствовав вдруг, что он стоит, а Харриман сидит.

Дэйвис продолжил:

— Лично я понятия не имел, что Дучэмп был известным в своих кругах художником. У населения Сохо он особой популярностью не пользовался. Мы с Брайсом как раз говорили об этом вчера вечером.

— С Брайсом, — повторил Смитбек. Произнеся это имя, он почувствовал, как к горлу подступает желчь. — Вчера вечером?

Дэйвис с деланной небрежностью взмахнул рукой.

— Да, выпивали немножко в «Метрополитен клаб».

Смитбек задеревенел. Так вот как этот льстивый мошенник обделывает свои делишки. Пригласил Дэйвиса в модный клуб своего отца. Оказывается, Дэйвис, как и многие другие знакомые Смитбеку редакторы, падок до такого рода вещей. Редакторы редко поднимались по социальной лестнице, вечно околачивались на задворках у богатых и знаменитых в надежде ухватить свалившиеся со стола крошки. Смитбек представил себе, как Дэйвис входит в закрытую цитадель клуба «Метрополитен», садится в роскошное кресло в раззолоченном салоне, вышколенные официанты, облаченные в ливреи, подносят ему напитки, а сам он почтительно приветствует разных там Рокфеллеров и Вандербильтов. Было с чего закружиться голове.

Смитбек посмотрел наконец в сторону Харримана. Подонок сидел, чинно положив одну ногу на другую, и вид у него был такой небрежный, словно он всегда был завсегдатаем редакторского кабинета. Смитбека он и взглядом не удостоил. К чему?

— Мы потеряли не только гражданина, — продолжил Дэйвис. — Мы потеряли художника. И после этой потери Нью-Йорк стал беднее. Знаешь, Билл, порой мы не знаем, кто живет в соседней квартире. Это может быть продавец хот-догов или мусорщик. А может быть и хороший художник, картины которого висят в половине квартир Ривер Хаус.

Смитбек снова кивнул. На губах застыла улыбка.

Дэйвис разгладил галстук.

— Это серьезное преступление. Им займется мой друг Брайс.

О боже! В этот ужасный момент Смитбек подумал, что ему собираются поручить дело Хулигана.

— Он займется светской стороной этого дела. Брайс знает нескольких важных клиентов Дучэмпа. У него есть семейные связи. С ним будут разговаривать, в то время как…

Он примолк, но Смитбек понял, что тот имел в виду: «в то время как с тобой они говорить не станут».

— Короче, Брайс выдаст нам гламурную сторону дела. Читателям «Таймс» она придется по вкусу. Я рад, что ты займешься полицейской и уличной стороной преступления. Думаю, ты с этим справишься.

«Полицейская и уличная сторона». Смитбек почувствовал, как непроизвольно дернулись желваки.

— Само собой разумеется, вы будете делиться информацией. Я предлагаю вам устраивать регулярные встречи. Поддерживайте друг с другом связь. Преступление нешуточное, и вряд ли вы скоро с ним сладите.

В кабинете стало тихо.

— Что-нибудь еще, Билл? — мягко осведомился Дэйвис.

— Что? А, нет. Ничего.

— Тогда не стану тебя задерживать.

— Да-да, конечно, — сказал Смитбек.

От унижения и ярости он чуть было не начал заикаться.

— Спасибо.

И повернулся к дверям. Харриман наконец-то посмотрел в его сторону. На подлом лице играла довольная улыбочка. Выражение его лица, казалось, говорило: «Скоро увидимся, партнер. И будь осторожен».

— Ну, как прошел первый день на работе? — спросила Хейворд, разрезая куриную грудку.

— Хорошо, — ответил Д'Агоста.

— Синглтон не обидел?

— Нет.

— Тебя не было всего два дня. Возможно, он успокоился. Он страшный трудоголик, но превосходный коп. И ты не хуже. Вот почему я знаю, что вы друг с другом поладите.

Д'Агоста кивнул, поводил куском помидора по тарелке и поднес ко рту. Курица по-охотничьи — это то блюдо, которое он мог приготовить не напрягаясь.