Чтение онлайн

Меня тут же ребята приметили. Не мудрено. Меня издалече видно. Два двадцать как-никак. Предложили работу. Ночную. Стал я специалистом по дверям. Открывал любые. Хлипкие они все, какие-то. Разочек пхнешь и готово. А когда стальные попадались, тоже не беда. Вместе с кладкой вылетали. Целехонькие. Их потом опять ставить можно было.

Потом меня арестовали, почему-то. И посадили. Уж не знаю за что. Я на суде пообещал все двери починить. Не помогло. Пять лет отмотал. Зато когда откинулся, меня сразу же старые кореша встретили, приютили. Рассказали, что я оказался офигенным пацаном в натуре. Это потому что на суде ни кого не назвал. А чего называть? Двери-то я ломал.

Опять на работу устроили. Теперь в охранную фирму. Стал я уважаемым человеком без финансовых проблем. Только появимся на рынке с напарником, тут же благодарные торговцы спешат выказать свою несказанную радость по поводу своего спокойствия под нашей охраной. В денежной форме. Новое погоняло мне придумали. До ходки меня все Хренотенью звали, а теперь на иностранный манер кличут. Годзиллой.

Хотел бы я сейчас посмотреть на тех умников из ПТУ. Таблицу умножения им подавай! Да я теперь даже в компьютерах соображаю! Правда, что там куда нажимать и для чего это надо, хрен его знает, но точно в курсах, что когда бейсбольной колотушкой лупишь по компьютерному телевизору, морду надо в сторону отворачивать, чтобы стеклом не пораниться. Приходится и такими вещами заниматься. Чтобы объяснить тем бизнесменам, которые заявили, что не нуждаются в наших охранных услугах, что они не правы.

Ходят слухи, что наш пахан, в смысле директор фирмы, собирается в Думу избираться. Так что скоро буду помощником депутата. А вы говорите, что для того, чтобы в жизни устроиться, блат нужен. Не обязательно. Главное, чтобы голова была на плечах…

УВАЖАЕМЫЙ ГОСПОДИН ПРЕЗИДЕНТ!

Не смотря на Вашу занятость, Вы должны выкроить время и издать Указ о легализации матерных слов и выражений. Не подумайте, что я ратую за загрязнение нашего великого, могучего и немного уже опоганенного языка. Наоборот. Простой народ, как матюкался, так и будет. А, вот, интеллигентно-образованные умники, которые думают, что ненормативная лексика — это плохо, теперь являются настоящей угрозой для нашего великого и могучего. Они стали придумывать заменители словам, которые, по их мнению, являются нецензурными. И по этой причине, некоторые понятия и определения стали иметь абсолютно другой смысл.

Так, например, услышав в ответ на вопрос «Где?» — «В Караганде!», думаете кто-нибудь вспоминает о городе? Отнюдь! На ум сразу же приходят низменные мысли… женского пола. И никто никого не посылает в итальянскую Пизу, что было бы логичней. Опять страдает бедная Караганда! А каково жителям несчастного города? Ведь простой народ как матюгался, так и продолжает. И ему не трудно произвести обратную замену. Подозреваю, что в обиходе этих горожан называют вовсе не карагандинцами, а самым непотребным синонимом врача-гинеколога, заканчивающегося на «дюк».

А вы когда-нибудь слышали, чтобы кого-нибудь посылали на помидор? Нет? Я тоже. А, вот, на хрен посылают сплошь и рядом. А ведь и тот, и другой — овощи.

А почему, думаете, благовоспитанные барышни, посмотрев самый безобидный мультфильм, пристыжено краснеют? Да потому что, увидев в последнем титре слово «конец», вспоминают о назаборном синониме.

А слово «имение»? Оно уже давно не означает большой дом с прилегающими землями. Теперь имение — это процесс. Очень интимного характера.

А что стало с понятием любить? Забыты все духовные составляющие этого действа. Уже стали неоднократно проскальзывать выражения «люб твою мать», «любическая сила», «любись-провались» и пр.

Так что, во имя спасения языка, поспешите, господин Президент! Хотя, с Указом я, наверное переборщил. Памятуя вечное пристрастие к перегибам на местах, смею предположить, что после выхода подобного Указа чиновники перестанут принимать справки, не содержащие матерных слов, а в свидетельстве о рождении появятся новые графы, объясняющие в результате какого действа появился на свет новый человек и откуда конкретно он вылез.

Вы лучше матюгнитесь пару раз по телевизору. Этого будет достаточно.

Ожидаемый эффект огромен. И дело не только в возврате некоторым словам своих первоначальных значений.

В отличие от наших заокеанских партнеров, имеющих лишь одно ругательство «фак ю», которое, в зависимости от обстоятельств, гундосо переводится как «твою мать» или «пошел в задницу», наш лексикон намного шире и разнообразней. Великий и могучий на официальном уровне обогатится многоэтажными композициями, отчего станет еще величественнее и могуче. Примеры, зафиксированные на 500 страницах перешлю Вам сразу после обретения незаслуженно репрессированных слов статуса нормативных.

Не знаю, как назвать то, что произошло. Но без мистики не обошлось. Представьте: я молодая женщина, почти девушка двадцати с небольшим хвостиком лет, а ко мне подходит Димочка, сын мой родной, и говорит:

— Мама, меня в армию забирают. Завтра врачебная комиссия.

— Ты что-то путаешь, — отвечаю, — по самым смелым расчетам, если судить по моему возрасту, тебе сейчас должно быть максимум пять лет, и то, если бы я тебя еще школьницей родила.

А он открыл банку пива, хлебнул и говорит:

— Я то не против, хоть сейчас в детсад, там такие воспиталки! Только, вот.

И протягивает повестку и свой паспорт. По его документам все сходится, а свои я так припрятала, чтобы кто из гостей случайно не полюбопытствовал, что и сама отыскать не могу. Странно как-то все получается. Если бы не сама рожала и не на моих глазах рос, можно было бы подумать, что подменили. Одно точно: без инопланетян с барабашками тут не обошлось. Очевидное и невероятное. Конечно, с этим полтергейстом разбираться нужно, но потом. Тут более важная проблема. Вооруженные силы, служба в которых так нежданно-негаданно подкралась к моему любимому сыночку.

— Сам-то ты хочешь туда идти?

Он подумал немного и отвечает, так нехотя:

— Хочу…

Переспрашиваю:

— Точно хочешь? — Потому как не услышала я в голосе ни малейшего энтузиазма. — Честно?

— Если честно-честно, то кто ж туда хочет?

— Зачем тогда говоришь, что хочешь?

— Так ведь все равно заберут, а раз сказал, что хочу, то получится, что сам пошел, а не как баран на закланье…

— Ну, насчет все равно, мы еще посмотрим. Что думаешь насчет альтернативной службы?

— Это еще что за фигатень?

— Скажешь, что убеждения тебе не позволяют брать в руки оружие и будешь вместо армии в какой-нибудь больнице работать. Санитаром. Утки за больными выносить, да бабушек немощных от пролежней переворачивать.

Он чуть пивом не захлебнулся от неожиданности.

— Не, — говорит, — я уж лучше служить пойду, там хоть какой шанс выжить имеется.

— Если альтернативная служба из-за твоей брезгливости отпадает, остается только признать тебя негодным по состоянию здоровья. Завтра я иду в поликлинику вместе с тобой. И ни каких возражений.