Чтение онлайн

В Финляндии ни высокие налоги, ни большой государственный сектор, ни правительственное регулирование почему-то притоку капитала не мешают, а производство при дорогой и социально защищенной рабочей силе как-то растет вдвое быстрее, чем у нас. То, что экономика России, несмотря на три довольно благоприятных года, остается инвестиционно малопривлекательной, - общая вина государства и олигархов. Это как раз и есть неизбежное следствие той отсталой социальной и хозяйственной структуры, которая у нас сложилась, результат щедрых подарков олигархии, сделанных властью.

И все же валютная либерализация - огромный подарок для олигархов. Ибо теперь у них будет меньше головной боли. Все будут жить по-старому, но без проблем. К тому же это гарантия на будущее. Ибо никого задним числом нельзя будет обвинить в незаконном бизнесе.

Противоречия между политическими и экономическими решениями правительства кажутся куда менее странными, если мы осознаем стоящую за ними общую системную логику. Путин пришел к власти для того, чтобы охранять именно нынешнюю систему. И именно систему, а не отдельных людей. В этом единственная принципиальная разница между ельцинской «семьей» и путинской «диктатурой закона». Более того, чтобы система работала, в ней нужно поддерживать дисциплину. А при Ельцине олигархи распустились.

Можно сказать, что у Путина двойная задача. С одной стороны, он должен поддерживать, укреплять и защищать систему, созданную в интересах олигархов. А с другой - он должен дисциплинировать самих олигархов, которые своими интригами, безответственным поведением и склоками дестабилизировали эту самую систему. Он действует, как учитель в школе, который наказывает детей в их собственных интересах.

Березовский и Гусинский не слушали урок, хулиганили. Их выгнали из школы. С Абрамовичем сложнее. Он вроде бы паинька, но под партой что-то крутит. Пришлось вызвать к директору. А господин Вяхирев много списывает и вообще стар для ученика. Он честно отработал свои годы завхозом в школе новой экономики. Без него все давно бы закрылось. Разве не его средствами оплачивали всевозможные реконструкции здания? И разве не к его помощи пришлось прибегнуть, разбираясь с непослушными учениками? Но у кремлевского педагога на примете свои люди. У каждого начальника есть своя кадровая политика, тут ничего не поделаешь. Вяхирев ушел с почетом.

Окажутся ли ученики в школе Путина достаточно понятливыми? Скорее всего - да. Потанин, например, ужасно старается. Но в любом случае у кремлевской власти уже подготовлен следующий призыв. Все-таки ученики ельцинской школы были слишком избалованны, распущенны. С ними трудно справиться, они раздражают учителя. А потому в школу нужно будет набрать новых учеников, уже прошедших подготовишку в Ленинграде. Запомните эти имена - Миллер, Коган, Клебанов. Их будет еще больше, набор только начинается.

Путинский призыв уже строится в правильные колонны, как пионеры на школьном дворе. От имени старого призыва их встретит Анатолий Чубайс и пожелает им продолжать богатые традиции отечественной школы бизнеса. Это тихие и дисциплинированные олигархи-петербуржцы, поработавшие с нынешним президентом в карательных или хозяйственных органах северной столицы. Они прекрасно понимают новые правила игры, а главное - хорошо знают, что такое дисциплина.

Отзвенел последний звонок для выпускников ельцинской школы. Они пошли в большой мир отнюдь не с пустыми руками, но многие все же со слезами на глазах. В сентябре приступит к занятиям новый класс. Это будет не просто буржуазный класс. Но и класс добросовестных учеников.

РОДИНА ТАМ, ГДЕ НЕДВИЖИМОСТЬ

Новые песни о Главном

Казалось бы, все просто и ясно. Политика команды Путина не определилась, она всегда была вполне определенной.

Верхам - продолжение приватизации, отмена прогрессивного налога, либерализация валютного регулирования.

Низам - антирабочее трудовое законодательство, вето, наложенное на закон о полной выплате пенсии работающим старикам, теперь еще и проекты жилищно-коммунальной реформы.

Это бескомпромиссная политика неолиберализма, куда более последовательная, жесткая и лишенная сантиментов, нежели в последние годы Ельцина. Если что-то еще и сдерживает власть, так это смутный страх - а вдруг общество все-таки очнется, вдруг возмутится? Между тем «коммунисты» из партии Зюганова заученно повторяют, что не все окончательно определилось.

Главное оправдание этой политики - «патриотизм». Путин говорит о «сильном государстве», значит, он наш. И в самом деле, патриотическая риторика оппозиции востребована начальством. Правда, сами политики от КПРФ по-прежнему остаются в парламентской ссылке. Ибо в современной России Дума - это такое же кладбище кадров, как профсоюзы - в советские времена.

Лет десять назад лозунг «сильного государства» звучал как призыв сохранить хоть что-то от Советского Союза. Это не помогло. Советское государство было разрушено, точнее, разобрано самой же советской номенклатурой. Именно поэтому спасти или реконструировать его не было никакой возможности. Те, кому по должности положено было его охранять, сами же растащили, распродали, разворовали и распределили охраняемое между своими. Что, в общем, закономерно.

Но, так или иначе, советского государства больше нет. А есть «новая Россия», построенная на его руинах. Есть новый социальный порядок. Его нужно охранять и оправдывать. Лозунг «сильного государства» сегодня однозначен. Он предполагает поддержку социальной несправедливости, бюрократического произвола и олигархических корпораций. Ибо это как раз есть три кита, на которых держится новая российская государственность. Либеральная экономика, как и в других странах капиталистической периферии, освобождается от «излишеств» либеральной политики. Егор Гайдар сформулировал это лучше, чем кто-либо: мы должны защищать не столько свободу, сколько частную собственность. Лучше не скажешь! Идеолог и творец российских реформ выразил их суть и итог. Во имя частной собственности надо пожертвовать свободой.

Увы, в одном Гайдар заблуждается. Классический либерализм уже становится непригоден для такого государства в качестве официальной идеи. Ибо либерализм все-таки обещает свободу. Если не сейчас, то когда-нибудь, в светлом будущем. В этом смысле либерализм как идеология при капитализме сталкивается с теми же проблемами, что и «коммунизм» в советские времена: те, кто его лозунги принимает слишком серьезно, начинают требовать обещанного, предъявлять претензии власти, создавать проблемы.

От «коммунизма» требовали справедливости, причем не на словах, а всерьез.

От либерализма требуют свободы. Для всех. И хуже того - равенства прав.

Русское государство бедное. Оно в отличие от Европы не может позволить себе политического либерализма и корпоративного капитализма одновременно.

Государство и корпорации нуждаются в новой руководящей идее. Ею становится державный патриотизм. Преимущество державного патриотизма в том, что мы должны любить свое государство не за что-то, а просто так. Не требовать перемен, а восхищаться тем, что есть. И очень важно не перепутать. Любить надо не родину, а исключительно государство. Любить их одновременно невозможно никак, поскольку именно государство является главным мучителем родины. Но это противоречие как раз и должно быть устранено, точнее, запрещено идеологией. Державный патриот - это тот, кто готов втоптать собственный народ в лагерную пыль во имя и по приказу государственного начальства. Хотя само это начальство движимо отнюдь не абстрактными идеями, а вполне конкретными интересами. Оно прекрасно умеет считать деньги, а главное - заботиться о прибылях корпораций.

В хорошо устроенном государстве все должно быть на месте. Положено иметь правящую партию, молодежные организации, парламент, суды - короче, весь демократический антураж.

Если «Единство» претендует на роль партии власти, то «Идущие вместе» заявляют о себе как о молодежном резерве власти, о своего рода новом комсомоле, только без коммунистической идеологии.

После нескольких публичных акций «Идущих вместе» либеральная пресса обрушила на них шквал критики. Действительно, организация, главная деятельность которой в том, чтобы маршировать по центральным площадям с портретами президента на груди и бессмысленными лозунгами типа «Все путем!», буквально напрашивается на критику.