Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:

1 марта 1995

К Весне-6

Чтобы заживо сгнить не успеть От щедрот Твоих, от щедрот —Ты пошли мне когда-нибудь быструю смерть, От щедрот своих, от щедрот. Чтоб в прыжке, чертыхаясь навзрыд, В высшей точке, паденья до, До минуты, которой прыжок перекрыт, Мне текущей застыть водой. Как гордыня больная поет: Вон из кучи, из ряда вон! От Твоей ли игры, от Твоих ли щедрот Мой — минутой застывший — стон?

6 марта

К Весне-7

Мне жить и жить, Все потому лишь —Со мной Ты шутишь, Меня обжулишь, Со мной шалишь —Не отмеряешь (Так обмираю, Как чуть ужалишь), Как чуть кольнешь —Щенком виляю, Все представляю, Что обновляю, Но чуть блеснешь —И снова блекну, И солнцу меркнуть, Что светит мелко, И меры сверх Жестокосердый —По мелким меркам, Высокомерно Сердит и сер —Чуть отмеряешь, Дразнишь-играешь, Я ж — обмираю.

10 апреля 1995

Мало

Неотвратимо — необратимо, Как холод снизу до поясницы, До рези в горле, песка в ресницах —Когда бы только — когда бы мимо! С какой бесовкой хожу в обнимку, С какого сглаза едала хлеба, Чего-то ради — какого неба —По дну царапаюсь, невидимка? Кусок не к горлу, душа не к месту, Рукам неволя — хороших много, Бери любого — его не трогай, Да все сестренка, а не невеста, Да все чужая, а не сестренка, Кого пригрела — кого украла, Душите, черти! — неужто мало? Давите слева, где бьется тонко, Сама узнала — сама сказала, Душите, черти! — неужто мало? Дерите струнку — рвалась бы звонко —Мол, «душно, няня» и про Тантала, Душите, черти! — неужто мало?

14 марта 1995

Терпеливым

В мире, где всяк сгорблен и взмылен,

Знаю — один мне равносилен.

М. Цветаева
С моей — ни одна душа Не ведала равноценность. Не тронута. Чуть дыша —Терплю неприкосновенность. Безжалобна и жадна —Чувствительная бесплотность —Беззвучно терпеть вольна Житейскую непригодность. Смертелен любой исход (По смерти в году, не реже), Исчисленный — новый — год, Зубовный скрывая скрежет, Стерплю. Терпеливым — пост, Изветренность, сушь, измена... Как жаден, изветрен, прост —Ты — что неприкосновенен.

10 апреля 1995

Беглянка

Краткосрочно затишье у смуты, Жизни час — тем цветам на столе, Ежезимне — вздыхать по кому-то, Ежевесно — изменой болеть... Впрочем, кто говорит про измену? Неизменно творя произвол, Я вдыхаю разреженный воздух — подменный! —В нем дыхания нет твоего. Одиночество небезысходно —Ни печали, ни гнева, ни зла. Только даже у самых свободных В мире делится все пополам! Впрочем, верую — верят же дети —В нахождение двух половин... Вероятно, в каком-нибудь прошлом столетьи Задыхался и ты без любви. Знаю, скоро ты сгинешь в пустыне, Если так — я сильнее тебя. За беспечную эту гордыню Все задетые мною скорбят, Впрочем, страшно ли быть неугодной? Слишком поздно — себе изменять, Я дышу этим воздухом — резким, холодным —Значит, время не судит меня. Тишина — только смуты изнанка, Жизни час — тем цветам на столе, Называют отныне беглянкой —А беглянок не чтут на земле... Впрочем, кто говорит про измену? Неизменно творя произвол, Я вдыхаю разреженный воздух — подменный! —В нем дыхания нет твоего.

14 апреля 1995

Рана-1

В рыке рыси раненой Нет нытья — житья осколок: Быть тебе украденной, Дольний твой недолог Путь — вокруг да около, Пуще майся — пообтешут, Уж тебя потрогают, Уж тебя почешут, По рукам, да по глазам Прутья хлестче, да с оттяжкой, По следам — по полосам —Не тебя, бродяжку, Прочитают голосом Светлым, будто и нездешним... Что ж, кудрявым волосом, Жалобой потешной Умилила — досыта? Рыка моего не слышно! —Пропадет ведь пропадом Мой осколок лишний.

5 июня 1995

Рана-2

Живая — открытая рана, Живая — измученный бес, Глядящий отчаянно-странно Из тела, бескровного, бес-телесного даже, немого, Беспомощного, все в обрез Дано. Но живого, живого! —Как мой кровоточащий бес. Живая — без сна и молитвы, Живая — за шаг до любви, Как будто грядущие битвы Знакомы до боли — зови: Я нежностью все затопила, Я ровня, я злая оса Твоей ностальгии, я сила... Живая — за шаг до конца.

5 июня 1995

* * *

Так осторожна, чтоб самой До времени не пробудиться —Не прикоснусь живой рукой: Сорваться — только опалиться. Так терпелива, чтоб самой До времени не закружиться —Еще не грежу высотой: Сорваться — только расшибиться. Так иронична, чтоб самим Терпением не возгордиться —Томлюсь над родником сухим: Сорваться — только утолиться. Так невесома, чтобы мной, Нелегковесной, не прельститься —Мне узелок нести одной: Сорваться — только разлучиться.

16 июня 1995

Другая

Случайные, нелепые слова Лепечутся вошедшими в немилость: Топор. Приговоренной, голова Должна была скатиться. И скатилась. Но я-то до сих пор еще жива? Предсказанное впрок — осуществилось —А я-то до сих пор еще жива! Так дышится теперь, как отжила Та женщина, терзаемая мною —Печальна, беззащитна и мила... – Земная ты, и я тебя не стою —Твой взгляд уже теряют зеркала, А я не пожалею, не прикрою Кусками ткани мертвого стекла. Лукавить не посмею — не со зла Не прячу — потому, что замечаю, Что снова разбиваюсь пополам, И в новом отраженьи оживает Бесстрашна, горделива и светла —Другая. Я почти ее не знаю, И в новом отражении — светла.

18 июня 1995

Дорожное

Лица не помню: разные черты, Как близишься, на свете проступают. Я вижу новый сон — в беспамятстве, как ты, —И каждый предыдущий забываю. Избавленной от прошлого вполне Мерещится при соприкосновеньи: Две тени в пустоте, в дорожном полусне —Нездешнее бездомное мгновенье. Тогда иду, не ведая пути, Попутчика в лицо не узнавая, И новые слова хочу произнести, Но каждое до времени растает. Напомнишь ли: предчувствием беды Еще вчера мне виделось сближенье? Но ты забыл мои вчерашние черты, Насмешливостью пряча удивленье.

21-22 июля 1995

* * *

Из сна в другой — а снится, что проснулся, —Запутались волокна тонкой пряжи, Забылся, заблудился, не вернулся —Твой ангел ничего тебе не скажет. Урывки сна — растерзанные клочья, Бессонница: на лбу и пальцах сажа... Ты можешь спать спокойно этой ночью —Твой ангел ничего тебе не скажет. Держите чутко ушки на макушке: Такие откровения — не лажа, Храните просветленных под подушкой... Но ангел ничего тебе не скажет.
Поделиться с друзьями: