Чтение онлайн

Девятнадцатого мая день выдался солнечным, теплым, и у всех ребят было веселое, праздничное настроение.

Построившись в колонну, ребята направились к лесу. Там ребята должны были принять участие в конкурсе маршевой подготовки, участвовать в разных соревнованиях.

Речевку начали учить еще загодя. Выучили слова, учились ходить строем, нога в ногу, и при этом громко выкрикивать слова речевки:

Раз – два.

Три – четыре!

Три – четыре

Раз – два!

Кто шагает дружно в ряд?

Пионерский наш отряд.

Кто устал?

Не уставать!

Кто отстал?

Не отставать,

Настроение на пять,

Все законы выполнять

Песню-ю запе-е-вай.

Некоторые никак не могли приноровиться, сбивались, путали слова, и Аня, командир отряда, недовольно хмурила брови. А учительница, молодая, красивая, Елена Баировна, ласково журила:

– Ребята, постарайтесь не сбиваться, слушайте команду.

Когда пришли на место, все отряды начали располагаться. Разбили костры, повесили закопченный котелок для чая, ведро для супа, и принялись вынимать из сумок свои запасы, кто что принес. И вот уже весело свистит чайник с чаем, а суп, сваренный из мяса нескольких сортов, принесенных ребятами, источает неповторимый аромат, дразня проголодавшихся ребятишек.

Что может быть вкуснее еды, приготовленной на костре, всегда говорили взрослые, а Аня сейчас только поняла, как они были правы. Суп был отменный, жирный, припахивающий дымком от костра. Хотелось хлебать и хлебать, но уже не лезет, уже живот стал тугой, как мячик, а глаза все не могут наесться.

После обеда начались конкурсы. Отряд под командованием Ани успешно справился с речевкой, никто не сбился, все звонко и задорно отвечали на вопросы командира. А песню спели на одном дыхании:

–Взвейтесь кострами, синие ночи,

Мы – пионеры, дети рабочих.

Близится эра светлых годов,

Клич пионера: “Всегда будь готов!”

Елена Баировна стояла счастливая, потому что видела, как директор школы, Цырен Иванович, одобрительно качал головой во время выступления Анниного класса.

Затем начались соревнования, все, кто мог, приняли участие в разных видах соревнований.

Вечером Аня с друзьями, усталые, но веселые, полные впечатлений, шли гурьбой домой, а счастливая Анечка крепко прижимала к груди грамоту за первое место в конкурсе речевок, а также две грамоты, которые завоевала Аня в личном первенстве, кинув дальше всех мяч в соревнованиях по метанию мяча и прыгнув дальше всех в соревнованиях по прыжкам в длину. Девочка была счастлива, ведь не только она заняла первые места, но и весь ее дружный веселый класс тоже стал победителем.

Домой Аня влетела буквально на крыльях. Ее радость усилилась вдвойне, когда она увидела, какие гости к ним приехали. Бабушка, дедушка, любимый дядя Доржо и двое его сыновей, мальчишек-близнецов, Баир и Баин. Аня радостно взвизгнула и бросилась обнимать все поочередно. Она их так любила, всех-всех, и так ей было хорошо, что она невольно воскликнула:

– Какой хороший день, какой счастливый день!!!

Все, глядя на веселую и раскрасневшуюся Анечку, невольно рассмеялись, у всех еще больше поднялось настроение, начали шутить, шумно поздравили Аню за ее награды, а Баин и Баир кинулись обнимать Анечку. Аня давно знала, что дядя Доржо – не родной ей дядя, но никогда не считала это таким на самом деле. Да они роднее всех родных, ее дядечка и братики. Она их любила также, как и родителей, Юрку, бабушек и дедушку.

Увидев, как близнецы льнут к сестре, неловко сполз с колен матери пузан Юрка, подошел к сестре и недовольно бурча, начал отталкивать братьев, как бы говоря, что это его сестра. В свои четыре года Юрка еще плохо говорил, в отличие от своих братьев, которые были чуть старше его, поэтому у него получилось только сказать:

– Уйи, эя ая Ая, – что означало, – уйди, это моя Аня.

Но близнецы, всегда стойко державшиеся друг за друга, не захотели сдаваться и общими усилиями вытеснили братика.

Взрослые с интересом смотрели и ожидали, что же дальше будет.

Юрка, поневоле уступив братьям, минуту стоял и смотрел на них исподлобья, затем, что-то решив, побежал в комнату и принес автомат, который ему подарили сами же братья.

– Тра-та-та, тра-та-та, – пустил автоматную очередь мальчик, целясь в братьев. И тут мальчишки, а мальчишки есть мальчишки, мгновенно позабыв, с чего все началось, начали картинно падать, изображая подстреленных солдат:

– Ох, убили, спасай, братик, – вскричал Баин, и, взявшись за грудь, упал навзничь. Видимо, ему выстрелили в сердце.

На крик брата Баир, который тоже лежал, изображая ранение в ногу, пополз по направлению к брату, крича:

– Держись, братик, я иду, держись.

Но, приблизившись к брату, он положил голову на грудь брата и затих, изображая мертвого.

А в это время Юрка, нисколько не обращая внимания на спектакль, устроенным им же самим и умело подхваченный братьями, уже взгромоздился на колени сестры и сидел с довольным-предовольным видом.

В доме стоял такой хохот, что казалось, целый товарняк проносится мимо дома. Хохотали до слез, до боли в животе, смешливый дядя Доржо даже упал на диван и кричал:

– Ох, артисты, ох, уморили.

Смеялась даже бабушка Дыжид, которая сидела, по обыкновению, чем-то недовольная.

И тут мама, которая тоже смеялась вместе со всеми, сидя за столом, вдруг вскрикнула:

– Упаай, буузы, время давно закончилось, перевариваются.

С этими словами она подскочила, как-то резко взмахнула рукой и задела рукой хлебницу с тонко нарезанным кусочками хлеба. Та взлетела высоко в воздух, к потолку, перевернулась, весь хлеб посыпался на голову папы, который сидел рядом, и, вдобавок, пустая берестяная хлебница ловко опустилась ему на голову, как шапка.

Что уж и говорить, хохот грянул еще сильнее, взрослые просто сгибались от смеха, слезы так и катились из глаз, дети показывали пальцами и кричали:

– Шляпа, вот так шляпа.

Римма подскочила было к мужу, но Миша, снимая хлебницу с головы, лишь смог простонать:

– Буузы, буузы.

Римма поняла и ринулась на кухню. Вслед побежали обе бабушки, и все трое захлопотали, вытаскивая горячие, сочные, ароматные буузы, наливая густой зеленый чай, а остальные еще долго смеялись и убирались в гостиной. Естественно, малыши успели забыть, из-за чего все началось, все трое мирно сели за детский столик. Аня, как взрослая, уже занимала место за общим столом, что ей очень нравилось.

Тут появились женщины с большими тарелками в руках, в которых благоухали вкуснейшие в мире буузы, и все дружно принялись за трапезу.

…Прошло два года, на улице стояло жаркое лето. Этим летом Анечке пришлось нянчиться с тремя братиками, так как дядя Доржо уехал в командировку в Красноярск на три-четыре месяца, и оставить мальчишек было не с кем. Дядя и раньше часто ездил в командировки, но мальчишки всегда оставались на попечении бабушки и дедушки, но нынче бабушка начала часто прихварывать. Дедушка был очень обеспокоен состоянием ее здоровья, да и Римма тоже, поэтому решили бабушку не беспокоить, пусть она подлечится хорошенько, съездит на курорт, попьет аршан, наберется сил.