Чтение онлайн

Грозовая ячейка над Новой Гвинеей в 2005 г.

Самые последние данные об изменении климата показывают, что скорость наступления потепления в Арктике19 заставляет четвертый отчет МГЭИК выглядеть некомпетентным, поскольку он не может вызывать достаточную тревогу. Таяние ледяного покрова Гренландии и отступление морского льда сейчас происходят намного быстрее, чем ожидалось.

Это новое свидетельство было проигнорировано бюрократами IPCC в своих отчетах. Исследование Джеймса Хансена предполагает, что к 2100 году уровень моря может повыситься на 5 метров, а не на 0,5 метра, использованные в четвертом отчете МГЭИК. Это говорит о том, что возникновение серьезных последствий изменения климата сейчас неизбежно, даже если в мире произойдут огромные последствия.

Экономическая рецессия - единственный проверенный механизм быстрого сокращения выбросов парниковых газов при смягчении последствий.

Существует также очень мало свидетельств того, что уменьшение в контексте современного богатого общества в любом случае радикально снизит выбросы парниковых газов.

Повышение эффективности и другие достижения благодаря технологиям удалось противодействовать увеличению выбросов в других местах. Возможно, это связано с небольшим масштабом и разбросом этих достижений, но существует более серьезная проблема, которая известна системным теоретикам как «эффект отскока» или «парадокс Джевонса».

Повышение эффективности использования ресурсов в одной части системы немедленно используется для стимулирования роста в другой части. Например, экономия, связанная с сокращением затрат на отопление дома, обычно расходуется домовладельцем на что-то вроде отпуска за границей. Это говорит о том, что без радикальных изменений в поведении и организации, которые угрожали бы основам нашей экономики роста, выбросы парниковых газов вместе с другими воздействиями на окружающую среду не уменьшатся.

Экономический спад - единственный проверенный механизм быстрого сокращения выбросов парниковых газов, и теперь он может быть единственной реальной надеждой на сохранение Земли в пригодном для жизни состоянии.

Более того, большинство предложений по переходу от Киотского протокола к лихорадочным усилиям по построению посткиотских решений были сформулированы из-за игнорирования Пика нефти. Как недавно утверждал Ричард Хайнберг, 20 предложений по ограничению выбросов углерода в год и разрешению торговли ими основаны на том, что квоты на загрязнение незначительны по сравнению с доступностью топлива. Фактическая нехватка топлива может сделать такие схемы несущественными.

3.2 Запасы энергии и пики добычи

Большинство сравнительных дискуссий об энергетических ресурсах сосредоточено на «Доказанных, Вероятных и возможных резервах». Это экономические концепции о том, что можно выгодно добыть с использованием современных технологий и цен. Банки ссужают большие суммы денег на развитие энергетических проектов в течение длительных периодов времени с риском обвала цен, который может снизить или свести на нет прибыль.

Доказанные запасы представляют собой активы, которые могут рассматриваться кредитором как обеспечение. Речь идет о долгой истории «резерва роста» проверенных месторождений.

Хотя частично это связано с усовершенствованием технологий и недавним повышением цен, очень мало оно связано с обнаружением большего количества руды. Большинство из них просто связано с перемещением резервов из категории «Вероятные» в категорию «Проверенные», что обусловлено политиками и правилами отчетности.

Насос подъемный для нефтяных скважин Куба 2007.

Национализация нефтяных запасов в 1970-х годах позволила странам OPEC отчитываться о росте запасов с меньшим вниманием со стороны западных банков, а в 1980-х годах был произведен радикальный пересмотр показателей запасов в сторону увеличения, не обнаружив больше нефти.

Это безнадежное искажение данных о запасах, возможно, самого важного набора данных в мире, не проявлялось до конца 1990-х годов, когда работа Кэмпбелла и Лахеррера положила начало текущим дебатам о пике добычи нефти.

Он все еще не принят или признан правительствами или межправительственными агентствами, такими как Международное энергетическое агентство, которому поручено предоставлять прозрачную и точную информацию об энергетических ресурсах.

Дискуссия о Peak Oil также высветила путаницу в экономических и политических дискуссиях по поводу важности темпов добычи и их потенциала для дальнейшего роста. Эта коллективная миопия со стороны интеллигенции еще более ошеломляет, потому что именно возрастающие темпы производства энергии (а не рост резервов) лежат в основе экономического роста. Ортодоксальное мнение о том, что здоровые запасы сами по себе могут обеспечить расширение производства, оказалось ложным.

Коллективная близорукость интеллигенции тем более поразительна тем, что рост объемов производства энергии поддерживал экономический рост.

Точно так же широко оспаривается расхожее мнение о том, что запасы угля настолько велики, что мы можем расширять производство электроэнергии на основе угля с или без связывания углерода и получать жидкое топливо из угля23.

Как и в случае с нефтью, мы видим, что показатели запасов сомнительны, и большие запасы не означают, что дебиты могут обязательно увеличиться. Медленные темпы роста добычи нефти из канадских битуминозных песков, несмотря на значительные инвестиции, героическая логистика (и серьезный ущерб окружающей среде) доказывают, что большие запасы не обязательно приводят к высоким темпам добычи.

Тот факт, что Канада в одночасье стала страной с крупнейшими запасами нефти в мире, поскольку ей было разрешено классифицировать свои сланцы как нефть, подчеркивает произвольный характер концепции запасов. Весьма вероятно, что нигде не удастся быстро добыть достаточно ископаемого топлива, чтобы создать наихудшие сценарии выбросов, описанные МГЭИК.

К сожалению, изменение климата, похоже, происходит при гораздо более низких уровнях содержания углекислого газа в атмосфере, чем предсказывалось в этих образцах (или вообще оно не связано с ним, а является его причиной).

Свидетельства о пике добычи нефти собираются так быстро, что теперь очевидно, что мировая добыча дешевой (традиционной) нефти уже достигла пика и что пиковая добыча «сырой нефти с конденсатом» (стандартное измерение нефти) может быть уже прошла, несмотря на энергичное опровержение нефтяного пика, которое продолжается в политических кругах и в СМИ.

Устойчивого роста цен в течение восьми лет должно было хватить, чтобы поднять производство, если бы это было возможно. Последствия пика добычи нефти проявляются повсюду вокруг нас в мире, но они регулярно интерпретируются в СМИ как вызванные более знакомыми (наземными) факторами, такими как терроризм, нефтяной национализм, корпоративная жадность или склочность спекулянтов и т. д.