Счастлива без рук. Реальная история любви и зверства
Шрифт:
Может быть, и правда исчезла любовь… Может быть, Дмитрия стало напрягать, что супруга меньше бывает дома, что у нее наметился быстрый карьерный рост… Ведь по сравнению с его должностью – водитель погрузчика на складе – Рита, возглавив отдел рекламы и маркетинга в газете, оказалась более «перспективной».
Возможно, ему не нравилось, что она работает в коллективе, где есть мужчины, и они уделяют ей внимание. Похоже, неприятна была Диме и мысль о том, что в случае чего Рита сама сможет прокормить себя и детей. А может быть, в отношения супругов вмешались какие-то другие обстоятельства?
В последние месяцы совместной жизни Рита пыталась иногда наладить отношения с мужем. Но Дмитрий как будто не замечал ее, старался как можно больше времени проводить на работе или садился за компьютер и не реагировал на обращенные к нему фразы. Напряжение стало еще более ощутимым. В какой-то момент натянутая струна лопнула.
«Все, я больше так не хочу. Со мной так нельзя», – решила Рита и задумалась о разводе. К тому моменту, когда сказала об этом супругу, для себя решение она уже приняла, что-то внутри перегорело.
Информацию о том, что жена собирается с ним развестись, Дмитрий поначалу даже не услышал, не воспринял всерьез. Переспросил: «Подходят мне эти кроссовки под одежду или надо купить другие?»
Только несколько дней спустя, увидев документы, собранные для развода, он стал осознавать, что Рита говорит серьезно. Но принять мысль о том, что она не хочет с ним жить, не смог. Решил, что такого просто не может быть, разве что загуляла и нашла себе другого мужчину.
11.12.2017
БОЛЬНИЦА ИМ. СЕМАШКО
СЕРПУХОВ
15 ЧАСОВ
Врачи отделения микрохирургии московской больницы № 71, признав, что правую кисть спасти невозможно, все же не оставили надежды помочь Маргарите. По их просьбе полицейские нашли в лесу на месте преступления кисть левой руки. Точнее то, что она собой представляла после рубки топором: три разрозненные части с множественными переломами и травмами мышц и сухожилий.
По счастливому стечению обстоятельств на улице в этот пасмурный декабрьский день была нулевая температура, именно она позволила тканям сохраниться в течение нескольких часов. Чуть холоднее, и кисть была бы обморожена, чуть теплее, и за это время начался бы процесс разложения тканей.
Когда полицейские сообщили медикам, что найдены фрагменты левой руки, появилась надежда на реплантацию – операцию, противоположную ампутации, когда хирургическим путем приживляют отделенную от организма конечность или ее части.
Николай Владимирович, главный врач серпуховской больницы им. Семашко, и оперирующие Риту специалисты серпуховской больницы сработали четко и оперативно.
В кратчайшее время в Серпухов был вызван реанимобиль, девушку стали готовить к транспортировке в Москву.
Около машины скорой помощи на улице рядом с мамой стоит ее близкая знакомая: «Инна, этот врач вез моего сына в московскую больницу, когда он был в коме, и доставил благополучно. И Риту довезет, уверена», – говорит она.
Маму на несколько минут пускают к дочери в реанимобиль. Рита лежит на каталке, от перенесенного стресса и наркоза ее лихорадит, трясет. Бледное как полотно лицо, запекшиеся губы, сосредоточенный взгляд, в котором все еще сквозит ужас. Рита говорит протяжно, нараспев, каким-то чужим голосом:
– Мама, я бо-ю-ю-усь, мне страшно, холодно, мама, я боюсь. Так не должно быть, почему? Мне страшно, я боюсь.
– Риточка, ну что ты, не бойся, в Москве хорошие доктора, и возможности в больницах намного больше. (В глубине души мама понимает, что Рита боится мужа-садиста, а не операции, но как будто не может заставить себя говорить о нем.)
– У нас появился маленький шанс спасти ручку, – Инна запнулась и все-таки спросила: – Ты знаешь, что тебе ампутировали кисти рук?
Рита кивает, а потом снова и снова нараспев повторяет:
– Мне страшно, я боюсь…
– Не бойся, – не выдерживает кто-то из медиков, – его арестовали, он больше не причинит тебе вреда.
Мама пытается сказать дочери еще какие-то нужные слова, поддержать, убирает из уха чудом уцелевшую сережку-гвоздик, чтобы она не поцарапала голову. Несколько минут пролетают очень быстро, она выходит из машины. Реанимобиль с мигалками и сиреной, сопровождаемый полицейской машиной, мчит в Москву. Из окон больницы кортеж провожают взглядами и пациенты, и медики. Слух о чудовищном по своей жестокости преступлении уже разлетелся по зданию.
Мама еще несколько секунд остается стоять на улице около приемного покоя, сейчас ей нужно собраться и ехать за внуками. Главный врач тоже тут.
– Николай Владимирович, скажите, какие шансы спасти хотя бы одну кисть?
– Невелики, но будем надеяться. Только надо понимать, что при полном отсечении конечности говорить о ее реплантации и возвращении функций было бы слишком смело. В вашем случае на кисти многочисленные повреждения, она пролежала несколько часов в лесу. Наши врачи уже сформировали культю на руке, то есть перевязали крупные артерии и сосуды, не знали, будет ли найдена кисть. Если ее удастся пришить, даже без возвращения функций, и рука кисть не отторгнет, это уже будет большой удачей.
Позднее, когда уже из московской больницы Инна будет созваниваться с Николаем Ефременковым, он скажет: «Мы старались сделать все возможное. Обстоятельства, если, конечно, можно так выразиться в подобной ситуации, были на вашей стороне. Погода, дорожная обстановка. Если бы вы жили, скажем, во Владимирской области, шансов на спасение руки не осталось бы. Просто потому, что успеть было бы невозможно».
Подмосковный Серпухов находится в ста километрах от столицы. Много людей старалось сделать все, чтобы не было поздно. И чудо случилось.
По просьбе врачей полицейские нашли в лесу на месте преступления кисть левой руки Риты. Точнее то, что она собой представляла после рубки топором.
Меня нельзя разлюбить
В конце октября 2017 года Дмитрий Грачев все-таки понял, что жена действительно собирается с ним развестись, и почувствовал себя уязвленным. Укрепилась мысль о том, что она плохая, неверная, обманывает. Ну а как иначе, рассуждал он. И почему она решила, что может развестись, если я этого не захочу? Найти «доказательства» измены оказалось совсем не сложно. Дмитрий не испытывал никакой неловкости, просматривая телефон и социальные сети жены. Сообщение от водителя редакции, высланное в вечернее время, показалось ему крамольным. Но еще больше разозлило то, что жена осмелилась удалить его из телефона. Это Дмитрий обнаружил примерно в 4 утра, когда Рита и дети уже спали, а телефон он снова забрал на проверку.