Чтение онлайн

В начале ноября Дмитрий все же съехал из однокомнатной квартиры, где он жил с Ритой и сыновьями, к своей маме, Ольге. После страшной ночи с избиением желание развестись у Риты только окрепло. Да и ее родные и друзья говорили, что такое нельзя спускать с рук. Замок на входной двери однокомнатной квартиры, где осталась жить Рита и дети, был сменен. Перед тем как уехать, оскорбленный супруг успел порезать Рите пальто, испортить посудомоечную машину, забрал пульт от телевизора и все зарядки и провода. Увез ноутбук, не позволив скачать с него фото и видео детей. Все тюбики с косметикой и баночки с кремом, купленные Ритой на свои деньги, были тщательно выдавлены и уже пустыми поставлены обратно на место в том же порядке. Дмитрий надеялся, что этим выведет жену из себя, когда она все обнаружит. Однако Рита, если и огорчалась, вида не показывала, и это заводило его еще больше.

Грачев уже не жил с Ритой, но продолжал приезжать к подъезду ее дома и часами простаивал у входа, ожидая увидеть, как от той выходят любовники. Если заходил в квартиру, проверял цвет нижнего белья на жене, комплект одного цвета являлся для него доказательством измены в этот день. Один раз, когда Рита вернулась из аптеки, куда ходила за лекарством детям, зашел следом, выхватил у нее чек и стал демонстративно искать графу «презервативы». Однажды вывалил на пол пакет с мусором, чтобы уличить Риту в измене – не досчитался нескольких формочек для выпечки и был уверен, что их вместе с кексами жена отвезла любовнику, не поверил, что они подгорели и Рита их выбросила. На дне пакета с отходами испорченные формочки все же обнаружились.

13.12. 2017

МОСКВА

БОЛЬНИЦА № 71

На третий день после случившегося Риту переводят из реанимации в палату отделения микрохирургии. Первую неделю ей нельзя вставать, можно только лежать, практически не шевелясь.

Врачи несколько раз за день заглядывают в палату, смотрят руку, контролируют температуру и состояние. Ей очень непросто. Риту мучают постоянные боли и ужас пережитого, обременяет беспомощность. Не отпускает и боль в ампутированной руке, которой уже нет и никогда не будет, фантомная боль. Однажды Рита спросила у мамы:

– А что стало с моей правой рукой, которую не удалось спасти, ее что, просто выбросили, да?

Мама не нашлась что сказать, не знала ответа. Перед глазами всплыла фотография правой руки, которую Грачев буквально превратил топором в месиво. Это фото рассылали в клиники Москвы в надежде, что кто-то возьмется спасти руку. Не случилось. К горлу Инны подступает ком – смотреть на руку, которая еще несколько дней назад была абсолютно здоровой, а теперь превратилась в забинтованную кровоточащую культю, невыносимо.

– Мама, так болит правая рука, почему так больно, ведь ее уже нет?

Вопросы наслаиваются один на другой. Как унять боль в пальцах кисти, которой больше нет, или почесать несуществующий палец, если этого очень хочется? Как научиться спать после пережитого кошмара?

– Не знаю, Рита. Я сейчас подойду к медсестре и попрошу сделать обезболивающий укол. Станет немного полегче, держись.

10 ноября, за месяц до трагедии, у Грачева возник план. Необходимо вывезти жену в лес и под угрозой ножа заставить признаться в измене, решает он. Они отвозят детей в садик, и Дмитрий предлагает подвезти жену в салон красоты – Рита собирается сделать маникюр перед своим 25-м днем рождения. Девушка попросила мастера приехать на работу пораньше, чтобы успеть вовремя в редакцию. Но отъехав от детского сада, Грачев сворачивает не в сторону салона, а направляется за город, к лесному массиву. Телефон у жены отбирает, чтобы не вздумала никому звонить и просить о помощи.

Добравшись до работы, мастер Юлия обнаружила, что клиентки нет. Звонка от всегда пунктуальной Риты она не дождалась и написала ей СМС, оставшееся без ответа. Дозвониться до Риты она тоже не смогла, хотя в трубке слышались длинные гудки. Ситуация показалась ей странной. А Рита тем временем против своей воли ехала в лес.

– Куда мы едем? – с тревогой спросила она у супруга. – Скороузнаешь. Апокалучше молчи, ато будет хуже, – ответил Грачев, для устрашения продемонстрировав нож.

В одном из безлюдных мест в лесу он остановился и приставил лезвие к горлу, а затем к боку Риты. Требовал от жены признания в измене. Однако она отрицала, что у нее были близкие отношения с другим мужчиной, просила Грачева одуматься и отвезти ее в город. В какой-то момент он поверил, прекратил издевательства и повез Риту в салон, как и планировалось.

– Что случилось, Рита? – спросила у своей клиентки Юлия. – Ты ничего не сообщаешь, и я не могу тебе дозвониться! Уже девять, мы договаривались на восемь тридцать…

– Извини. Мой муж вывез меня в лес, приставил нож к горлу и требовал признаться в измене. Телефон выхватил, я не смогла предупредить.

– Ты шутишь? Это у вас такие эротические игры? – но улыбка постепенно сползла с губ мастера, когда она пригляделась к лицу Риты. Та явно была сама не своя.

Грачев остался ждать возле салона, даже звонил мастеру, справляясь, как долго еще будет длиться маникюр. А после процедуры Рите опять пришлось ехать на работу в одном автомобиле с Дмитрием. «Почему вы не вызвали полицию в тот момент?» – спросят позднее на суде и у Юлии, и у самой Риты. Возможно, это был испуг или шок, а может быть, Рита все еще отчаянно пыталась сохранить иллюзию цивилизованного развода и не выносить сор из избы? В полицию по настоянию Инны женщины обратились на следующий день после угрозы ножом. Сначала позвонили по телефону дежурной части, а потом Рита сама написала заявление в отделении полиции. Однако помощи не последовало. На место происшествия никто не выехал, заявление, написанное в субботу, несколько раз переходило от одного сотрудника к другому и в результате было положено в долгий ящик одним из участковых. Никаких внятных разъяснений по этому поводу от сотрудников полиции не прозвучало и на суде.

И у Риты, и у Инны сложилось впечатление, что разбираться в семейных ссорах полиция не любит, предпочитает игнорировать подобные обращения. Мол, супруги ведь могут помириться и отозвать заявление. Зачем же напрягаться и заводить дело, да еще и портить статистику? Рите и маме предложили подумать, стоит ли им настаивать на возбуждении дела, ведь у них подрастают мальчики. Вдруг они захотят служить в органах или ФСБ, а биография по линии отца будет подпорчена.

Участковый, которому все-таки было передано заявление Риты, вообще не спешил встречаться с женщинами. С Грачевым страж закона поговорил примерно через 20 дней после обращения в полицию. А тот потом с сарказмом сказал Рите, что ничего ему не будет, с участковым они пообщались по-пацански, без наездов, и все нормально, а ее попытки раздуть дело просто смешны. Рите же участковый позвонил только через две с половиной недели, а с ее мамой встретился почти месяц спустя после обращения, хотя именно она первой позвонила в полицию. Инна приехала к участковому вечером 6 декабря, подтвердила реальность угроз зятя, просила не закрывать дело, рассказала об избиении, отправила на телефон участкового фотографии синяков Риты от ударов Грачева. Это было за 4 дня до трагедии, тогда еще точно можно было помочь. Однако участковый Грузнов закрыл дело и ушел в отпуск.

11 декабря случится непоправимое. Молодая цветущая женщина, мать двоих маленьких сыновей, навсегда станет инвалидом. «Ты никогда больше не сможешь погладить детей, а ведь ты так любила это делать», – говорил муж, кромсая топором ее руки. О том, кто и на какие средства будет в дальнейшем воспитывать их сыновей, по его собственному признанию, он тогда не думал. Ему было плохо, и он мог размышлять только о мести, хотя и осознавал, что Рита станет калекой и надолго попадет в больницу, если вообще выживет, а он сядет в тюрьму. При этом Грачев по сей день считает себя хорошим отцом. Похоже на черный юмор, но, видимо, понятие об ответственности перед детьми у всех разное.

13.12. 2017

МОСКВА

БОЛЬНИЦА № 71

ТРЕТИЙ ДЕНЬ

Врачи и медсестры относятся к Рите внимательно, сочувствуют ей. В палату регулярно заглядывают то лечащий доктор, то дежурный, иногда завотделением или целый консилиум. Перевязки делают прямо на кровати – Рите пока нельзя вставать. Медсестра привозит инструменты и медикаменты, тщательно обрабатывает швы, закрепляет лангету, осматривает и дезинфицирует швы на ноге. Соседей на время перевязки просят погулять в коридоре.

Аппетита у Риты практически нет, но она с удовольствием ест свежую голубику и малину. Хотя на дворе зима, они продаются через дорогу от больницы – в маленьких прозрачных коробочках, довольно приятные на вкус. Мама регулярно ходит за ними в магазин.

Днем к Рите приходит психолог, разговаривает с ней наедине. Потом в коридоре просит Инну, особенно первое время, не оставлять дочку одну в палате: «Рядом окно, а после таких травм люди часто думают о суициде. Рита держится молодцом, но лучше перестраховаться. Да, и еще имейте в виду: самый тяжелый момент с психологической точки зрения будет, когда вас выпишут. Внимания станет меньше, проблем, боли и неудобств – больше. Возможны срывы… Держитесь».