Чтение онлайн

— Нет. Думаю, нам нужно создать видимость отношений.

— В смысле?

— Я уже сегодня прервала любовное свидании, поэтому представляю, как должны выглядеть люди, если их неожиданно оторвали от важных дел.

— Объясни.

— Я лучше покажу.

Положив плакат с автографом на кресло, Мэри-Бет шагнула к Винченцо и, привстав на цыпочки, прижалась к его губам. Он не реагировал — не отталкивал, но и не целовал ее. Мэри-Бет смущенно отступила.

— Что это было?

Она не распознала, что прозвучало в голосе Винченцо — недовольство или любопытство. А что касается вопроса, не могла же она признаться, что ей захотелось узнать, каковы на вкус его губы. И пришлось в срочном порядке придумывать правдоподобное объяснение.

— По легенде, мы увлечены друг другом. Странно выглядело бы, если бы мы, оказавшись в уединении твоего номера, не воспользовались представившейся возможностью.

— Логично, — он задумчиво потер подбородок. — Что ж, добавим реалистичности.

Мэри-Бет и ахнуть не успела, как Винченцо стремительно поддался вперед и заключил ее в объятия. Его губы легко прикоснулись к ее губам, словно пробуя на вкус. Язык медленно прошелся по нижней губе и скользнул внутрь ее рта. Это был удивительный поцелуй, и ощущения оказались потрясающими.

Сначала Мэри-Бет боялась сделать что-то не так, а потом и сама не заметила, как расслабилась. Обняв Винченцо за шею, она запустила пальцы другой руки в его волосы. Перебирая короткие локоны, она упивалась их мягкостью и шелковистостью.

Ощутив давление чего-то твердого и горячего, Мэри-Бет блаженно вздохнула. А в том месте, куда упиралась его возбужденная плоть, вдруг вспыхнул самый настоящий пожар.

Ее кровь начала закипать.

Мэри-Бет не могла понять, как подобное вообще возможно. Не говоря уже о том, что причиной этих невероятных ощущений стал простой поцелуй. Но для нее он не был простым. Это была магия, волшебство.

Когда Винченцо неожиданно отстранился от нее, Мэри-Бет недовольно застонала. Она потянулась за его губами, а в ответ услышала:

— Стучат.

Мэри-Бет тряхнула головой, пытаясь прогнать туман страсти, окутавший ее мозг, и услышала громкий стук. Вся эта ситуация вполне подходила под описание «дежавю», разве что в первый раз она находилась по другую сторону двери. Тряхнув головой, Мэри-Бет попыталась прийти в себя.

— Снимай пиджак, — приказала она, — и галстук. Не забудь расстегнуть рубашку и туфли сними.

Пока мужчина торопливо снимал одежду, Мэри-Бет, не удержавшись, снова запустила пальцы ему в волосы, желая создать более реалистичную картину.

— Спальня там? — Винченцо кивнул, и она заявила: — Мой выход через три минуты.

Подхватив его пиджак и галстук, Мэри-Бет скрылась в спальне.

Гл. 3

Винченцо стоял посредине гостиной и пытался понять, во что он, собственно говоря, ввязался. Да только это оказалось не так легко сделать.

Мужчина вздохнул. Он никак не мог разобраться со своими желаниями. Разыграть этот спектакль, чтобы Колетт, наконец, успокоилась? Или пусть невестка уйдет прямо сейчас, а он отправится к Лайзе и закончит начатое?

Реакция собственного тела на тот короткий поцелуй удивила Винченцо, а желания, всколыхнувшие кровь, немного испугали. В прошлом он уже один раз позволил вожделению управлять своей жизнью, и это не принесло ничего хорошего — лишь разочарование и боль.

По его теперешней философии женщины нужны для удовлетворения физической потребности — ни для чего большего. Но даже при этом он старался не связываться с ними без лишней потребности. И вот уже полгода Винченцо успешно удавалось избегать подобных ситуаций.

Когда становилось особенно тяжело удерживаться от соблазна, спасала музыка. В данный момент рояля под рукой не было, зато его окружили женщины.

Одна — пробуждающая чувственный голод — сейчас находилась в его спальне, готовая изображать его любовницу, а другая — с недавних пор вызывающая неприязнь — ломится в дверь его номера. Винченцо чувствовал себя словно между молотом и наковальней. И совсем без защиты, в его случае без одежды. Почти.

Чего нечего искать виноватых, он сам заварил эту кашу. Однако у Винченцо не осталось времени на самоанализ — в дверь снова постучали, и голос с едва заметным французским акцентом приказал:

— Энцо, открывай! Я знаю, ты здесь.

Винченцо, прогнав мысли о Лайзе, открыл дверь. Злая, как сто чертей, Колетт Бальдуччи влетела в номер. Конечно, у нее была причина для злости: ее почти десять минут продержали перед закрытой дверью.

Но его не волновали переживания невестки. Не получив ответа, она могла и уйти. И тогда, возможно, его «общение» с Лайзой перешло бы на следующий уровень. Винченцо нахмурился, несмотря на все его старания, соблазнительные мысли о новой знакомой вновь вышли на первый план.

— Почему ты так долго не открывал?

Колетт скрестила руки на груди и с подозрением взирала на деверя. Винченцо чувствовал силу ее взгляда, который шарил по его груди, едва прикрытой расстегнутой рубашкой.

Глаза Колетт ярко вспыхнули, стоило взгляду опуститься еще ниже.

Да, он возбужден. И что с того?

Винченцо нисколько не смущала подобная реакция своего тела, но плотоядный взгляд невестки был ему противен.

— Энцо! — воскликнула Колетт, даже не пытаясь отвести взгляд.

— Колетт, ты пришла не вовремя. Если бы ты хоть раз удосужилась дослушать меня до конца, то поняла бы, что твой визит нежелателен.

— А, может быть, это именно то, что тебе сейчас нужно, mon cher? — промурлыкала она.

Винченцо едва не поморщился. Тембр голоса Колетт так походил на голос его жены, но это и не удивительно, они — кузины. Объяснение было логичным, но от этого сходство не ставало менее жутким.