Чтение онлайн

– Я пить хочу.

– Мы закажем чай, когда я вернусь. Сядь и отдохни, Энн. Привести Эмму, чтобы ты могла поиграть с ней?

– Ты предательница, – слезливо говорит она. – Ты никогда не была мне другом.

Я возвращаюсь в гостиную и выглядываю в окно. Никаких признаков пассажира. Кучер пьет пиво и болтает с конюхами. В экипаж запряжены свежие лошади.

– Я собираюсь спуститься вниз и поговорить с этим мужчиной. Хочу узнать, кто он.

– Зачем? – говорит тетя Ренбурн. – Пусть успокоится, потом он уедет.

– А если нет? Мы здесь завязнем. Я скажу ему, что Энн больше не желает его видеть, что ее муж граф и если он заметит его, то выскочит из гостиницы и наподдаст ему. А заодно я посмотрю, найдется ли в гостинице молоко или каша для ребенка. Пожалуйста, развяжите Энн, как только карета уедет.

Я надеваю шляпу Энн и опускаю вуаль. Ужасно глупо приближаться к возлюбленному Энн. Опасаясь, что это кто-то из знакомых, я не хочу, чтобы он узнал меня. Кроме того, если Энн сказала ему, что на ней будет шляпа с вуалью, он не станет прятаться от меня.

К тому времени, когда я спускаюсь во двор, лошадей уже повернули к арке. Очевидно, возлюбленный Энн готов уехать. Я приближаюсь к карете, но никого не вижу. Словно просто вышла подышать воздухом, я поворачиваю в другую сторону.

Дверца мгновенно распахивается, и пара сильных рук втягивает меня в карету.

– Поехали! – кричит мужчина.

Карета резко трогает, и я лечу на пол. Джентльмену, похоже, не терпится помочь мне, и я как следует пинаю его по голени, чтобы остудить его пыл. Тем временем карета трясется и кренится – мы, кажется, едем очень быстро. Я теряю равновесие и снова падаю.

– Наконец мы снова вместе, моя красавица!

Я сбрасываю его руку со своей талии. Потом смотрю ему в лицо. Нет! Этого не может быть... Тут с меня слетает шляпа.

– Ты! – восклицаем мы в один голос.

Генри в ужасе смотрит на меня и хлопает глазами.

– Что, черт возьми, ты сделала со своими волосами? Что ты сделала с Энн? Что ты затеяла?

– Я должна спросить то же самое у тебя. Ты! Поверить не могу!

Высунувшись в окно, мой непутевый брат велит кучеру немедленно повернуть карету и возвращаться в гостиницу.

Шад

– Держитесь крепче, мэм!

Миссис Хейден хнычет, когда мы слишком быстро проходим очередной поворот. Движение на улице более оживленное, чем я ожидал. Часы на церкви бьют восемь, мы всего в полумиле от гостиницы. Я принимаю немного в сторону, когда под звук рожка навстречу нам катится почтовая карета, отъехавшая от гостиницы, наверное, минуту назад.

– Мы в полной безопасности, – заверяю я свою тещу.

Она мертвой хваткой вцепилась в мой рукав и молится.

Щелкая кнутом, я пускаю лошадей в галоп и замечаю еще одну карету, мчащуюся нам навстречу. Кучер пытается повернуть влево, чтобы избежать столкновения с нами, но ему труднее управлять большим экипажем, чем мне – моим легким фаэтоном. Я, насколько могу, прижимаюсь к краю дороги, пешеходы разбегаются. За нами слышны треск дерева и крики. Не знаю, что случилось: сошла ли карета с дороги или налетела на другую, но меня это не интересует.

Я въезжаю в мощенный булыжником двор гостиницы. Бока лошадей потемнели от пота, из-под копыт летят искры. Конюх спешит к лошадям, я выскакиваю из экипажа и бегу в гостиницу, оставив миссис Хейден в одиночестве.

Владелец гостиницы говорит, что ни леди Ренбурн, ни леди Шаддерли здесь нет, но после дальнейших расспросов выясняется, что комнаты наверху заняли ужасная старая леди, три смазливых юнца, парень в ливрее и несколько леди. И ребенок, добавляет он.

Поднимаясь по лестнице, я слышу заливистый детский плач. Я стучу в дверь, из-за которой доносится крик, и поскольку никто не отвечает – что неудивительно, ребенок кричит еще громче, – я открываю дверь, вхожу и вижу весьма неожиданную картину.

Совершенно голый молодой человек неподвижно стоит в углу, держа в поднятой руке ботинок. Сидящий перед ним с блокнотом и карандашом изящный юноша погружен в работу, другой заглядывает ему через плечо. Я узнаю нахлебников своей тетушки. Тетя Ренбурн, сидя за столом, развлекается вином и игрой в карты с третьим из ее коллекции молодых красавцев.

Мужчины встают и кланяются, за исключением голого, которому велено стоять неподвижно.

– Где Шарлотта?

Не дожидаясь ответа, я прохожу в смежную комнату и вижу там на кровати Энн с ребенком. Оба плачут – Энн тихо, ребенок во всю глотку.

Когда я вхожу, Энн поднимает глаза. Кажется, она не слишком удивлена, увидев меня.

– О, сэр, я не могу успокоить ее! Что мне делать?

– Где Шарлотта?

– Не знаю.

– Ребенок, вероятно, или голоден, или намочил пеленки, мэм. Сожалею, но не могу вам помочь. Я должен найти свою жену.

Я возвращаюсь в гостиную.

– Где Джереми, мой лакей?

– Милорд? – Голый молодой человек опускает ботинок и заливается краской.

– Джереми?! Боже милостивый, я не узнал тебя без ливреи. Ради Бога, оденься. Что ты себе думаешь?

– У него поразительно классические пропорции, сэр, – облизывает губы один из молодых людей леди Ренбурн, никак не могу запомнить их имена.

Я смотрю на его эскиз, в котором ботинок превратился в классическое копье.

– Вы нарисовали ему слишком маленькие ноги. Они совсем не классические. Извините, но мне нужна его помощь. Джереми, где леди Шад?

– Она разговаривает с возлюбленным Энн. Я сказала ей, что это нелепая идея, – сообщает моя тетушка.

– Просите, мэм, думаю, она пошла искать еду для ребенка, – возражает Джереми.

– Почему, черт побери, ты не пошел с ней?

– Джентльмены попросили меня остаться, – ответил Джереми. – Она не позвала меня, милорд.

Как только Джереми оделся, я отправляю его на поиски Шарлотты.

– Где возлюбленный Энн? – спрашиваю я, обращаясь ко всем в комнате.

– Его карета уехала, ну и скатертью дорога. – Тетушка сгребает выигрыш.

Дверь открывается, и появляется миссис Хейден.

– Мадам, вы видели внизу Шарлотту?

Не обращая на меня внимания, она проходит в спальню, и я слышу, как детский плач постепенно стихает, сменяясь сначала редкими всхлипами, а потом счастливым агуканьем.