Чтение онлайн

— Без платья я еще наряднее! — дерзко заявила Лулу, шутливо строя глазки Хорхе.

— Никто не спорит, дорогая! — ответила Виктория. — Похоже, больше всего без платья ты нравишься пожилым. Вчера во время твоего выхода один канадский старичок упал со стула и сломал копчик.

— Знала бы ты, что ломают при виде меня молодые! — не задумываясь, парировала шутку Виктории умопомрачительная Лулу.

Хорхе расхохотался. Он встал и, поцеловав Викторию и Лулу, удалился. В дверях он столкнулся с Бласом и Дульсе Марией и дружески кивнул им.

Блас и Дульсе Мария подсели к столику Виктории.

— Завтра улетаем? — спросила Виктория Бласа.

— Похоже, что так, хотя подтверждения из «Аэрофлота» пока нет, — ответил он.

— Надеюсь, все будет в порядке, — озабоченно сказала Дульсе Мария и добавила, понизив голос, чтобы не слышали сидевшие за соседним столом девушки: — Вечером вы с Бласом и я с Хуанитой Толедо приглашены на правительственную яхту.

— А девушки? — спросил Блас.

— Только мы…

— Что, яхта слишком мала? — обиженно спросила Виктория, демонстрируя солидарность с подругами, хотя уже имела возможность убедиться, что яхта далеко не мала. — Блас, может, мне лучше отказаться?

— Не яхта мала, а ум у ответственных работников! — буркнула Дульсе Мария.

— Отказываться не будем, — строго сказал Блас. — А девушкам я оплачу вечерний ресторан… У меня разболелась голова, я поднимусь в номер.

Он встал и по пути к выходу сказал девушкам, завтракавшим за большим круглым столом:

— Оплачиваю всем вечерний ресторан!

Его слова были встречены ликованием.

Войдя в номер, он увидел Хорхе.

— Вы не ошиблись номером? — угрюмо спросил он, поняв, что неспроста этот, как его назвала Виктория, «аргенчилигуаец» увивался за их труппой. — Как вы вошли?

Хорхе усмехнулся.

— Я могу войти к самому Фиделю! А уж в номер отеля, где селят преимущественно иностранцев…

Почему-то голос незнакомца показался Бласу знакомым. У него была цепкая слуховая память, впрочем, с годами он стал догадываться, что порой кажется ему знакомым то, что не является таковым…

Наверно, ошибся…

— Что вас привело ко мне?

— Сначала давайте познакомимся. Меня зовут Хорхе Муньос.

— Как зовут меня, вы, надеюсь, знаете…

— Я? Конечно…

Этот двусмысленный ответ Бласу не понравился. Неужели Дульсе Мария после посещения кладбища «Колон» донесла на него? Но следующая фраза Хорхе развеяла его подозрения.

— Только я и знаю, Алехандро, как тебя сегодня зовут.

— Простите, не понял…

— Это я пригласил тебя на Кубу.

— Та-а-ак! — сказал Блас. — Вот мы и на «ты»…

— Неужели тебе, кубинцу, это странно?

Блас достал из недействующего холодильника початую бутылку относительно старого кубинского рома «Аньехо», налил в два бокала и протянул один из них Хорхе.

Тот взял бокал в руки и, холодно улыбнувшись, кивком предложил Бласу пригубить ром первому.

Тот залпом выпил свою порцию и, не глядя в глаза Хорхе, сказал:

— Неотравленный и по вкусу неплохой…

— Все же не тот, что прежде, — сказал Хорхе, сделав небольшой глоток.

Он поставил бокал на стол и рассмеялся.

— Однажды один молодой администратор, присланный в знаменитые подвалы «Бакарди», наткнулся на бочку с какой-то дурно пахнущей жидкостью. Он велел немедленно вымыть бочку. Наутро Куба узнала, что навсегда лишилась своей знаменитой бесценной ромовой эссенции…

— Мы встречались в Гватемале? — осторожно спросил Блас.

— В Гватемале, в Гватемале… Неплохая память на голоса! У тебя ведь тогда были забинтованы глаза…

Блас упомянул Гватемалу, потому что тогда он еще звался Алехандро. Эпизод в полицейском застенке он бы и не вспомнил, не упомяни о нем Хорхе…

— Ты мне еще рассказал о том, как поджег дом одной доносчицы…

Блас не помнил, чтобы рассказывал тогда кому-то об этом, но возненавидел себя за ту юношескую болтливость. «Не догадался ли он, что это обгоревшая Хуанита Толедо? — опасливо подумал Блас. — Впрочем, она обмолвилась при девушках, что пострадала во время диверсионного поджога крупного универсального магазина. Скорее всего, она всегда пользуется этой версией».

— Я уже тогда занимался наркобизнесом для Кубы. Иногда наши пути пересекались, но ты меня не видел… Помнишь студентку Урсулу? Ту, которую истязали и те, и эти?..

Блас помнил Урсулу, и не только той поры…

Не слишком ли много знает о нем этот Хорхе? Если действительно залучил Бласа на Кубу он — как знать, не следил ли он или его «коллеги» за Бласом в последние недели, когда он провернул похищение Бегонии? Что, если они вышли на Урсулу и та раскололась?

И еще он вспомнил посольского мздоимца Рохелио Набеля. Интересно, он брал взятки для отвода глаз или «подрабатывал» втайне от хозяев? А может быть, как честный «революсионарио», добывал где ни попадя средства на «родину или смерть» и честно сдавал их в кассу посольства? Если они не гнушаются махинациями с наркотиками, что уж стыдиться мелких поборов?

— Да, я помню Урсулу… Знать бы, где она сейчас…

Хорхе расхохотался.

Блас подозрительно покосился на него, чем выдал себя. Хорхе не знал, где обитает несчастная Урсула, но понял, что об этом знает Блас и что ему не хотелось бы афишировать свое нынешнее знакомство с ней.

И Хорхе дал ему понять, что и это ему известно.

— Урсула наш человек…

В глазах Бласа мелькнул испуг загнанного волка.

И тут Хорхе осенило: не мог Блас не быть причастен тем или иным образом к похищению сестры Виктории, к которому она в разговоре все время возвращалась!

Так, по крайней мере, решило совершеннейшее «вычислительное» устройство — его мозг, который еще в студенческие годы отличался недюжинными аналитическими способностями.

— Я хотел бы предложить тебе нечто лучшее, чем похищение младенцев, — пустил он пробный шар и по тому, как Блас выпятил нижнюю челюсть, понял: шар попал в лузу…

Да, Дора никогда прежде не видела Марианну, но лицо ее она знала «наизусть».

Вернее, не целое лицо, а лишь его правую половину. Ибо существовала женщина, как две капли воды похожая на Марианну, да только…