Чтение онлайн

– Ага, ври больше.

– В отличие от тебя, вру я мало. Если только вынудить.

Удивительно, но ответ я не нашла и надулась.

– Что сидишь как воды в рот набрала? – спросил Глеб минут через пятнадцать. – Рассказывай, с кем успела потрещать? И что наболтала?

– А что я могла наболтать?

– Ничего, – усмехнулся он.

– Вот «ничего» и наболтала.

– А что ты злишься, я не пойму? Не я их натравил на тебя. Злись на свою Соньку.

– Это не Сонька, – заступилась я за подругу. – Она бы так со мной не поступила.

– Ну да. А я бы поступил. Это хочешь сказать?

– Это ты сказал, а я не знаю, – присматриваясь к нему, я пожала плечами. Ухо он с лёгкостью вывернул: оно до сих пор пульсировало, а цвет стал синюшным. Вполне мог разнообразить жизнь, как и обещал.

– Зашибись, – Глеб взглянул на меня, покачал головой и умолк.

Мы выехали за город, а он всё молчал. Я ждала, что не выдержит и заговорит, но он даже не думал нарушать тишину. Пялился неотрывно вперёд, словно позабыл о моём присутствии. Совсем не джентльмен. Мне это надоело, я кашлянула и с неохотой рассказала о беседах. Отчего-то начала с Вадима и закончила типом с газеткой, хотя нужно было наоборот.

Трасса к тому времени сменилась просёлочной дорогой. А Глеб, судя по роже, крепко сцепил зубы. Я забеспокоилась, что у него может что-нибудь лопнуть или треснуть. Он даже немного побагровел. Причин сердиться на себя я вроде бы не создала. Чего пыжится не наорать?

Проехав ещё с километр, мы остановились. Вокруг чистое поле, поблизости ни души. Но если отойти от машины и спуститься по холму, выйдешь к неглубокой речушке. Это навело на кое-какие плохие мысли.

– Утопить меня решил, да? Учти, я сопротивляться буду. Выцарапаю тебе глаза, чтобы Сонька всё поняла по твоей бесстыжей морде.

– Глупости не болтай, – поморщился он. – Утопишь тебя. Ты даже нырять толком не умеешь, сразу всплываешь.

Это такое оскорбление? Ладно. Я посоветовала себе не дурить.

– Хорошо, глупости болтать не буду. Тогда для чего мы здесь?

– Поговорить хочу.

– А у Соньки, к примеру, нельзя?

– Нет. Нам бы в городе пока не появляться.

– Хорошо, – кивнула я. – Давай поговорим. – Но Глеб не торопился. – Ну? Я жду. О чём разговоры будем вести? О погоде или расскажешь о типе с газеткой? – С этим вопросом я лезла в третий раз. – Как его хоть зовут? Или это тайна?

– Не тайна. А зачем тебе имя?

– Просто. Зачем людям знать имена?

– Запала на его смазливую рожу, да?

От такого вопроса я растерялась на секунды. Дурак, что ли? Посмотрела на Рокотова, хлопая ресницами, а он вцепился взглядом в мои глаза.

– Запала? – переспросил.

Дурак. Но, признаться, ход его мыслей мне понравился. Приятно ощущать ревность, а гневается он не впервые. Переживу.

Я потомилась какое-то время, потёрла ухо и вышла из машины, чтобы ненароком не выдать свою радость. Глебушка последовал за мной, что мне тоже пришлось по душе. Я спускалась к реке, ощущая, как он злится позади. Сердце билось часто, я замедлила шаг, зная, что он не обойдёт меня, так и будет плестись. Наверное, это издевательство над собой и над ним. Но так хотелось растянуть момент, и я ничего не могла с собой поделать. Мне это нравилось, и те самые бабочки порхали в животе.

Меня бросило в жар, когда Глеб позвал:

– Ева, ответь мне. Он тебе понравился?

Голос серьёзный, требовательный. Шутить было опасно, но я шла не спеша и улыбалась. Срывала колоски и старалась успокоить дыхание. А ноги были чужими, перед глазами всё расплывалось. Секунда, и вдруг я оказалась прижата спиной к нему. Одной рукой он обнимал меня, а второй полез под подол плаща.

– Запала? – спросил вновь, но уже шёпотом, целуя меня в висок. Его ладонь была на моём бедре, нежно поглаживала и щипала. – Скажи правду. Не шути.

Стыдно, но я немного одурманилась. Откинула голову ему на плечо, закрыла глаза. Он дышал мне в волосы. Казалось, время остановилось.

– Говори.

«Так не должно быть, – думалось мне, но неохотно. – Нельзя нас мучить. Его нужно остановить. Меня нужно остановить. Но так хорошо…»

– Говори, – вновь потребовал он. – Не играй со мной.

Я взялась за ладонь, не позволяя ему последовать выше. Не сейчас и не здесь. Не хочу так. Он тяжко вздохнул, целуя меня в лоб, а я внезапно спросила, но внезапно было для него:

– У тебя есть чистая рубашка в машине? Хочу полежать на берегу. Принесёшь?

– А ты не убежишь?

– Куда я убегу, дурачок. Жду внизу.

– Хорошо, – сказал он и оттолкнул меня, что отрезвило.

Не знаю почему, но этот жест показался грубым. Мне сразу вспомнилось бесконечное число девушек, с которыми он развлекался и будет развлекаться. Я ведь просто очередная в списке. Где-то в середине, после любимой бани. А хотелось быть первой и единственной.

Я глядела на воду, сдерживая слёзы. Будь куда убежать, убежала бы, но некуда.

– Держи, – Глеб протянул мне рубашку, я взяла её, пряча глаза. Отвернулась, скинула плащ. – А ты зачем закрываешься? – усмехнулся он. – Что я там не видел?

«Ты много у кого видел. Наверняка всё смешалось в голове».

– Может, что-то и не видел. Два года прошло. Вдруг я пирсингом увлеклась или татуировками?

– А ты увлеклась?

– А ты не узнаешь.

Застегнув пуговицы, я уселась на траву, сорвала очередной колосок и принялась его пожёвывать. Помедлив, Глеб устроился рядом.

– И что всё это значит?

– Что «это»? – удивилась я. Он погладил меня по колену.

– Мы заигрались. Нет?

– А разве мы играем?

– Опять ты мне мозг выносишь. Знаешь, я пару раз убивал тебя, – вздохнув, очень тихо поделился он. – Во сне. Было ужасно плохо, свет меркнул, но в тоже время спокойно. Нет тебя, и нет других мужчин рядом с тобой. Я бы даже назвал это освобождением.

Его пальцы больно впились в моё бедро.

– И я бы освободилась, – отодвигаясь, согласилась я. – От тебя. Всё же лучше, чем происходящее. И это не игра. Убери руку.

Мы просидели минут пять, пялясь друг на друга, пока я не добавила:

– Ничего не будет. Нас с тобой не будет. Мы не изменились.

– Всё-таки он тебе понравился, – Глеб теперь не спрашивал, он утверждал. Я хихикнула. Мужское самолюбие вещь уязвимая, и мне захотелось его задеть за все свои обиды.

– Да, понравился. А что в этом плохого? Но имя ты не назовёшь, верно? – Я вновь рассмеялась и стала рассуждать вслух: – Номер у меня есть. Мобильный, личный. Я могу просто позвонить. Но сам знаешь, мужчины тоже любят, когда их удивляют. А он скрытный и имя мне бы очень помогло.