Чтение онлайн

Ну как так?

Повод лишь замаячил, а я фантазировать принялась. Ждёт меня он и в объятия заключит. Ага. Конечно. Три раза догонит и пять обнимет. Вот что простой в сексе с человеком делает.

С разнесчастным видом я покрутила телефон и показала Соньке язык. Она может ещё немного подождать, а чай нет. Но на кухне душевного спокойствия я не обрела.

Хочется вернуться, но нельзя. Гордость, слава богу, осталась. Да и явился бы сам! Что он там говорил? «Ты единственная…»

Ага, поверила. Нашёл дуру. Такая единственная, что ни разу не поинтересовался, как я живу. А ещё замуж звал. Правда, красиво всё устроил, чертяга. На секунду возник соблазн согласиться.

Дорогущий ресторан, приглушённый свет, тихая музыка, обворожительный он. Даже бабочку нацепил. Столик в центре и ни единого постороннего шума. Кажется, в тот момент все затаили дыхание, на нас точно пялились.

– Ева, выходи за меня, – держа коробочку с кольцом, сказал Глеб. Голос чуть дрогнул, еле заметно. Разволновался отчего-то, хотя был уверен, что не откажу. На лице лёгкая улыбка, он сжал мою ладонь в ожидании ответа.

А я взяла и удивила.

Замотала головой, хмуро рассматривая несостоявшегося жениха. Он, конечно, не сразу сообразил, почему я головой трясу. Молчал, только пауза затягивалась. Всем требовалась развязка, люди уже перешёптывались, кто-то хихикал. До окружающих быстрее дошло, чем до Глеба. А когда до него стало доходить, тут я подло разулыбалась и закинула ногу на ногу, а он наоборот посуровел. Глаза хоть и голубые, но не сверкали добром. Наверное, всё-таки не стоило мне улыбаться.

– Ты что головой трясёшь?! – зашипел он, а ладонь мою сжал до боли, но я терпела, улыбаясь. – Если это твои шуточки, то прекращай. Иначе я ударю тебя. Поняла? Не хочу, но ты получишь. А теперь повторяю ещё раз. Выйдешь за меня?

Это была не шутка. И причина имелась весомая, не думайте, будто это месть за обезьянку или Соньку. Обидел он меня сильно. Я нарочно потянула с ответом и прошептала, склонившись к нему:

– Не выйду. Можешь не переспрашивать.

После спокойно выпрямилась и высвободила руку.

Отодвинувшись от стола, Рокотов сдержанно покашлял. От моей выходки, конечно, обалдел. Видимо, подразумевалось, что от предложения я запрыгаю, сверкая счастьем, а тут такое. Ко всему прочему я до сих пор наслаждалась его реакцией. Улыбка с лица не стиралась.

Народ вокруг оказался поумнее меня. Все поостереглись повторно хихикать, проблем никому не хотелось, ведь он мог не только их решить, но и предоставить. Уважаемый в городе человек (в определённых кругах), что меня не испугало. Обида затмила всё.

Я поднялась из-за стола, женишок вновь схватил меня за руку.

– Какого хрена происходит? Что ты задумала? И куда, чёрт побери, собралась?

Я села со вздохом.

– Глебушка, вопросов многовато. Ты бы поспрашивал вон ту дылду, – тут я указала на барную стойку, где официантка последние две минуты натирала один бокал, не сводя глаз с моего мужика. Как мне казалось моего. От номерочка он не отказался, когда она любезно написала его на салфеточке. Так что он явно не мой. Вот и причина.

– Ева, ты вроде умная баба.

– Вроде. А может и нет. Мозги меня не очень беспокоят. Удачи тебе.

Я предприняла попытку отцепиться от него, встала, но он тоже поднялся. Взмахнул рукой, посуда со стола полетела на пол, люди заохали. В ту же секунду Глеб дёрнул меня на себя, а я, перепугавшись получить по лицу, успела ухватить букет роз, подаренный мне, и отхлестала его по морде, чтобы быть первой, раз на то пошло.

Оказалось, бить меня он не планировал, но это я поздно поняла. Ойкнула и сжала губы, а вот он покрылся красными пятнами и заорал:

– Какого чёрта?!

Злополучный букет полетел в неповинного мужчину за соседним столиком. Я, приложив ладонь к груди, принялась извиняться. Конечно же не перед Глебом. А он, несмотря на мою занятость, потащил меня прочь от любопытных глаз. Я еле поспевала и по пути потеряла туфлю. Бежала, прихрамывая, била по руке, но он лишь крепче сжимал. В холле встряхнул меня и толкнул на софу с новым ором:

– Что ты вытворяешь?!

Я неуклюже уселась и запечалилась, поправляя платье:

– Ну вот, туфлю потеряла…

Он стоял, сцепив зубы. Глядел на меня так, словно собирался стереть в порошок. Я же с невозмутимым видом сняла вторую туфлю и вертела её в руках, пока он не отобрал.

– Да я тебе этих туфель накуплю!

– А мне не надо других, – бесстрашно заявила я. – Дылде своей купишь. И я, между прочим, красивее этой мадам. Странный у тебя размен.

– Дура ты, Ева. Ревнивая дура!

– Сам такой. У меня даже в мыслях не было тебя ревновать. Мне за себя обидно. А теперь отдай. – Туфлю я забрала, надела и зашмыгала носом. – И дурак из нас – ты. Ясно? Это же надо было додуматься… При мне! Совсем обнаглел. Дурак! – повторила в бессилии и указала на стеклянную дверь: – Вторую туфлю мне принеси.

– Ничего не принесу, пока ответ не дашь.

– Какой ответ?

– Я вообще-то предложение сделал, а ты меня прилюдно отхлестала. Ладно, пусть поржут, но повторять такое не советую.

– Рокотов, ты идиот? – внимательно к нему приглядываясь, спросила я. – И где были мои глаза? Господи…

Я поправила ремешок от сумочки, тут и плащ мне подали.

– Куда ты собралась? – Женишок крутился рядом, пока я одевалась, и потирал лицо. – Послушать меня не хочешь? Устроила балаган.

– Послушать? Не хочу. Пусть дылда слушает и весь ресторан.

Он наблюдал за мной, вздыхая, но не пытаясь оправдаться. Хотя мог, я же молчала.

– Думаю, ты достаточно повеселилась, а теперь пошли, – сказал внезапно, а после также внезапно закинул меня на плечо.

– Что ты делаешь? – кряхтя, я била его по спине, но он хорошенько шлёпнул меня по заднице, отчего я залилась краской. – Глеб, немедленно отпусти! Тут люди. Стыд-то какой. Унижаешь меня.

– А бить по морде не стыдно?

– Стыдно, но самую малость! Это другое.

– Ничего себе… другое.

Стол повторно накрыли, осколки убрали. Ситуация тоже повторилась.

– Выйдешь за меня? – спросил он, только твёрже. Протянул коробочку с кольцом, а я заорала:

– Не выйду!

Заорала, потому что дылда подходила к нашему столику.

– Глебушка, – пропела она сладким голоском, и я начала задыхаться от людской бесстыжести.

– Глебушка значит… Какой ты для неё Глебушка? – И влепила ему пощёчину.

Посуда звякнула, все посетители разом охнули и замолкли. Тишина страшная. Рокотов смотрел на меня таким взглядом, что я поёжилась. Вцепилась в сумочку и решила уйти по-английски. Но он резко поднялся, наклонился ко мне, насколько это было возможно. Наклонился и прошипел, глядя в глаза: