Счет
Шрифт:
Но не Кэл. Он понял меня. Может быть, его отец – мудак поступал таким же образом. Я хотела спросить его об этом. Узнать больше о нем, его жизни и семье.
Но я не имела права. Если бы он хотел, чтобы я знала, то рассказал. А он не хотел, потому что неважно, что произошло здесь сегодня, но я ему не подружка и никогда не буду.
– Это всего одна общая вещь. Вряд ли это - достаточно прочный фундамент для строительства фальшивых отношений, - пошутила я, играя со своими шнурками и проглатывая внезапно возникший комок в горле.
Он скомкал фантик в руках и бросил его в мусорную корзину через всю комнату.
– Нам обоим нравится сникерс. И Поп-Тартс.
Я улыбнулась. Ненавистно было признавать, но мне нравилось проводить время с Кэлом. После вечеринки в субботу, я прокручивала наш поцелуй снова и снова в моей голове. Но это был не просто поцелуй. Я не могла не вспоминать его взгляд на танцполе.
Часть меня хотела бросить кубик. Рискнуть. Сделать что-нибудь дикое и сумасшедшее хоть раз. И это была та часть меня, которая пугает больше всего. Потому что это, может закончиться только болью для меня.
Вдруг, что-то за стенами грохнуло, и свет включился. Репродуктор опять затрещал и раздался громыхающий голос из динамика: «Двери разблокированы. Все линии электропередач починены. Благодарим вас за сотрудничество».
Какая-то печальная, сломанная часть меня думала, что, если Кэл посмотрит на меня при свете, то осознает, какую ужасную ошибку он совершил. Вместо этого, он потер руки, и его глаза засветились от предвкушения.
– Почему бы тебе не встретиться со мной сегодня в «Buddies»? Или, еще лучше, я заберу тебя. Многие из нас смотрят вечерний футбол по понедельникам там. Мы поедим, поиграем в бильярд. Проверим. Посмотрим, сможем ли мы осуществить это.
Я съежилась от мысли о пристальном внимании, обращенном в нашу сторону, его футбольных приятелей. Неделю назад, я могла с уверенностью сказать, что пусть меня лучше расстреляют, чем я буду находиться в комнате, полной спортсменов во время отдыха. Теперь, я могла чувствовать, как слово «да» хочет соскользнуть с моего языка.
– Скажи это, Би. Скажи «да», - потребовал он с серьезным выражением на его красивом лице.
О, Боже, какого черта я делаю? В ужасе, я покачала головой.
– Да. Нет. Подожди. Я имею в виду, что с этого буду иметь я? – сказала я, задерживая время больше чем обычно.
– Если ты решишь быть моей фальшивой девушкой?
– он пожал плечами, насупив брови в раздумье.
– Кроме удовольствия от моей компании? Я не знаю. Ты будешь приглашена на все самые крутые вечеринки в колледже.
Я крутанула пальцем в воздухе и произнесла невозмутимым тоном.
– Ву - хуу.
– Ладно, ладно. Я буду покупать тебе Поп-Тартс целый семестр.
Я улыбнулась, пока не осознала, что он, вероятно, вспомнил, как я шлепнулась на задницу в слякоть с крошками на подбородке. Какой сексуальной тигрицей я была тогда. Я чувствовала, что мое лицо снова краснеет, так что начала собирать свои вещи.
– Ты понимаешь, что я ем Поп-Тартс на завтрак, обед и ужин? Как насчет пятидесяти коробок?
– Принято.
Он протянул мне руку, и мы пожали. Хотя я чувствовала мозоли на его ладонях от тяжелых упражнений, но его рука все равно ощущалась такой приятной и теплой.
– Это свидание. Я заеду за тобой в семь, - сказал он, пока я перекидывала ремешок моей сумки через плечо.
– Увидимся, - сказала я, стараясь выглядеть непринужденно.
Но непринужденный вид работал только до тех пор, пока он не сказал:
– Прощай, Белинда, - с длинным Н.
Все мое тело содрогнулось, как только я вышла на улицу.
Я проверила свой телефон. Было почти пять часов. Он собирался забрать меня из дома всего через пару часов.
На свидание.
Ладно, не на свидание как свидание. Все его друзья, вероятно, как только взглянут на меня, сразу скажут Кэлу валить из города. Как будто они когда-либо поверят, что на скучную, обычную Джейн Би Митчелл может посмотреть такой, как Кэл? Может быть, это будет полное унижение.
Скорее всего, это будет полное унижение.
Но глупая ребяческая часть моего мозга не могла прекратить эти девичьи фантазии о Кэле. Кэл приходит на наше «свидание» с цветами. Кэл предлагает мне руку и прогуливается со мной по улице, возможно, бросая свою толстовку в лужу, чтобы я прошла через нее. Кэл еще раз целует меня.
Кэл еще больше целует меня.
Обратно в общагу я как будто плыла в оцепенении. Я не уверена, потому что был мороз, или потому что мои ноги даже не коснулись земли.
В ту секунду, как я зашла внутрь и посмотрела на моих сестер из сестринства, реальность вернулась ко мне. Они просто зависали в общей комнате, без макияжа, в штанах для йоги и грязных футболках. Половина из них училась, а другая - смотрела «Шестнадцатилетнюю мать».
И каждая из них выглядела великолепно.
Это был тот тип девушек, который бы подошел Кэлу. От этой мысли у меня закрутило в желудке.
Я потянулась к телефону, написать сообщение Кэлу, прежде чем я передумаю. «Извини, кое-что произошло. Если Квазимодо выйдет на улицу, то некому будет звонить в церковные колокола». Мой палец завис над кнопкой отправить, когда кто-то остановил меня бедром, пока я стояла в коридоре.
Я посмотрела вверх. Флора.
– Хей. Что случилось?
– Привет, - я прошмыгнула вперед и схватила ее так, как-будто не видела другого живого человека много лет и обняла ее крепко. Я чувствовала, что я собиралась заплакать. Или блевать. Или и то и другое.
– О, Боже. Ты, должно быть, только что вернулась с физиотерапии. Я права?
Я кивнула и отстранилась.
– Эээ. Как ты догадалась?
– Потому что в последнее время ты всегда выглядишь так, как будто собираешься блевать, когда возвращаешься с занятий с Кэлом.
Замечательно. Мужчинам только это и нравится. Девушка, которая выглядит так, как-будто она собирается угробить свою обувь.
Я повесила голову в страданиях, пока мы поднимались по лестнице в нашу спальню, взявшись за руки. Она закрыла дверь и посмотрела на меня многозначительно.
– Рассказывай.
Я бросила свой рюкзак.
– У меня нет времени для рассказа. Я... святое дерьмо, Флора. Кэл заедет за мной через два часа, если я не струшу.
Ее челюсть отвисла.
– Это не свидание или что-то типа того, - я объяснила быстро.
– Просто посмотреть футбол с его друзьями в «Buddies».