Чтение онлайн

— Боже. — Что со мной не так?

Это был не первый хороший зад, на который я когда-либо пялилась. И не последний. Почему я не могу перестать думать о нем в таком ключе?

— Что не так? — спросил он.

— Поцарапала ладонь, — солгала я.

Он бросил недоверчивый взгляд в мою сторону и продолжил карабкаться к выступу. Добравшись до вершины, он вытер руки о штаны, а затем протянул руку, чтобы помочь мне подняться на ноги.

Из темного угла донесся вой животного, похожий на мяуканье котенка.

Страж достал нож из ножен на бедре и медленно двинулся на звук.

Я стояла рядом, глядя поверх его руки, когда появилась очертания.

Три крошечных тельца таркинов лежали на боку, из-под ребер торчал мех. Безжизненные глаза смотрели в никуда.

У меня защемило в груди.

— Они умерли от голода.

Страж выдохнул и присел рядом с ними.

— Они, должно быть, умерли пару дней назад. Они молоды. Примерно недельного возраста. Без молока они долго не протянут.

— Но этот шум… — Я обернулась, ища источник. И вот он, сам по себе, на краю выступа. Таркин, чьи глаза не были мертвыми.

Еще.

Я бросилась к нему, собираясь поднять его, но рука Стража сомкнулась на моем локте, удерживая меня.

В другой руке он крепко сжимал нож.

— Отвернись. Не смотри.

— Подожди. — Я уставилась на него, вглядываясь в эти зеленые глаза. — Не убивай его.

— Он умирает. Мой клинок будет милостью по сравнению с голодной смертью.

— Почему он должен голодать? — Я высвободила свою руку из его хватки и наклонилась, подставляя ладони под маленькое существо, затем подняла его и положила на сгиб своей руки.

— Что ты делаешь? — спросил Страж. — Это чудовище.

— Это обязательно?

Слова Эви, сказанные прошлой ночью, звучали у меня в голове.

Когда я вырасту, у меня будет домашнее чудовище.

Люди всегда держали собак и кошек в качестве домашних любимцев. Мы назвали таркинов монстрами. После вчерашнего нападения это название показалось нам правильным. Но что, если их не стоит бояться? Что, если за этими существами скрывается нечто большее?

Что-то сжалось у меня в груди. Что-то странное и незнакомое. Что-то, чего я не могла объяснить. Я просто знала, как знала, что Страж не причинит мне вреда, как знала, что меня зовут Одесса, как знала, что у меня золотые глаза и рыжие волосы, что мы не сможем убить этого монстра сегодня.

— Я хочу оставить его себе.

— Нет. — Он потянулся за ним, но я уклонилась. — В нем может быть Лисса.

— Может быть. Ты можешь проверить, когда он окрепнет.

— А если он тебя укусит за это время?

Я закатила глаза.

— Он не может поднять голову. Думаю, на сегодня я в безопасности.

— Кросс, — предупредил он.

— Смерть — не единственная милость. — Я провела пальцем по лбу таркина. — Когда он станет достаточно взрослым, чтобы выжить самостоятельно, я выпущу его на свободу.

— Нет.

Я подняла глаза и встретилась с его взглядом.

— Да.

— А если он заражен?

— Я убью его сама.

— Я не собираюсь рисковать. — Он вытащил нож и прижал его к бедру таркина.

— Хорошо. — Я придвинулась ближе, и когда он задел лапку малыша, я крепко зажмурилась.

Пожалуйста, будь красной. Пожалуйста, будь красной.

Я приоткрыла глаза.

И увидела на его лезвии блестящую красную кровь.

Уф.

Цвет глаз Стража поменялся, но не на карий, как я ожидала, а на насыщенный лесной зеленый.

— Ты бы действительно убила его?

— Да. — Это отняло бы часть моей души, но я бы это сделала.

— Ты бы убила меня, если бы это было необходимо?

Этот вопрос заставил меня замолчать.

Итак, мы смотрели друг на друга, умирающий монстр у меня на руках, и я поняла, что он просит о том же милосердии. Что если он станет монстром, если потеряет контроль, то захочет быстрой смерти.

— Да, — прошептала я. — Если я буду должна.

— Поклянись в этом, — в его голосе была такая напряженность, что стало трудно дышать.

— Клянусь.

— Я заставлю тебя сдержать эту клятву. — Он опустил взгляд на таркина. — Одесса.

Он так редко называл меня по имени, что я обратила на это внимание.

— Ты спросила, как меня зовут, — сказал он.

— Ты сказал, что я должна заслужить это знание.

Он кивнул.

— Рэнсом. Меня зовут Рэнсом.

Мой таркин издал «рар» из своего ящика.

— Дай мне поспать. — Я зарылась лицом в подушку.

Рар.

— Ты только что поел.

Рар.

— Уф. — Я прикрыла уши подушкой, чтобы насладиться блаженным мгновением тишины. Но чувство вины с таким же успехом могло быть и еще одним «рар».

Я сбросила с себя одеяло, вылезла из кровати и направилась к ящику, чтобы взять своего крошечного монстра. Как только он устроился на сгибе моей руки, его фиалковые глаза закрылись.

— Ты избалован. — Я погладила его по чешуйчатой спине.

На нем была только узкая полоска чешуи, всего в четыре ряда. Это не было полноценной броней, которая была у взрослого. Чешуя была твердой, но гибкой, как ногти. Мех малыша был пушистым и мягким, как перья. У него был не насыщенный рубиново-красный цвет, как у его матери, а более светлый оттенок розового, который когда-нибудь превратится в полосочки. Его живот был таким бледным, что казался почти белым.

Я прошаркала к кровати и плюхнулась на ее край. Затем легла, откинувшись на подушки, положила таркина себе на грудь и закрыла глаза. Он свернулся калачиком и быстро заснул, а его сердцебиение ровно билось у меня на груди.

За последние четыре дня этот маленький зверек заметно окреп. Все, что ему было нужно, — это козье молоко, вода и постоянный уход. Он все еще был слишком худым, но его ребра уже не так сильно выступали под шерстью. Его фиолетовые глаза не были такими мутными.

— Вот так он значит находится в клетке, — раздался от двери голос Рэнсома.

Сколько я его знала, думала о нем как о Страже, мне не потребовалось никаких усилий, чтобы запомнить его имя. Как будто всегда было это пустое место, дыра, и я все это время ждала, когда смогу заполнить ее каким-нибудь именем.