Чтение онлайн

Вмешался новый голос:

–  Я думаю, это преждевременно. Удивленный Холкар повернулся от окна.

–  Преждевременно? Почему, Кунгас?

Кушан сидел на подушках справа от Шакунталы. До этого он молчал.

–  Потому что я не думаю, что нам следует хвататься за первое предложение. Поступят и другие. Определенно из Чолы - теперь, после того как Шакунтала показала, что она - сила, с которой следует считаться. И, я думаю, в их предложении будет меньше оговорок и условий.

Он махнул рукой, словно отмахиваясь от вопроса. Почти презрительно.

–  Тамрапарни - остров. Чола же делит материк со зверем малва. У них меньше места для игры словами и увиливаний. Их предложение будет более существенным.

Холкар сдержался.

–  Если от них поступит предложение! Я не разделяю твоего безграничного оптимизма, Кунгас. Да, малва подошли к ним близко. Но также вероятно - а по-моему, даже и более - что они будут колебаться перед тем, как устроить малва какую-либо провокацию. Керала также делит материк с малва, и мы все знаем, как этот факт привел к предательству деда Шакунталы...

–  Я согласна с Кунгасом, - твердо перебила Шакунтала.
– Нам следует подождать. Не принимать первое предложение. Нам следует подождать. Подольше.

Холкар выдохнул воздух. Он знал этот тон Шакунталы. Прекрасно знал.

Нет смысла в дальнейших спорах. Не сейчас. Поэтому он не стал настаивать и уступил. Хотя не мог не бросить злобный взгляд на Кунгаса.

Конечно, в этом тоже не было смысла.

С таким же успехом можно гневно смотреть на железную маску.

* * *

–  Что за игру ты ведешь?
– спросил Холкар после того, как они с Кунгасом покинули покои Шакунталы.
– Ты знаешь, насколько важен этот вопрос! Он критический! Мы с тобой говорили об этом раньше. Многократно.

Кунгас резко остановился. Дададжи сделал то же самое. Двое мужчин какое-то время стояли в коридоре, уставившись друг на друга. Пешва был зол. Бхатасвапати, возможно, весел и доволен.

–  Не совсем так, Дададжи, - ответил он мягко.
– Это ты говорил со мной об этом. Много раз. Но я всегда отвечал только одно: согласен, что брак Шакунталы - когда бы он ни состоялся и каким образом - будет решающим моментом в нашей борьбе.

Холкар нахмурился.

–  Да. И что?

Плечи Кунгаса слегка шевельнулись. Возможно, он так пожимал ими.

–  Это значит, что в данном случае я не согласен. Ей не следует выходить замуж за младшего сына короля Тамрапарни. Я думаю, она может найти более выгодную партию.

Холкар нахмурился.

–  С кем? С Чолой? Если, конечно, Чола даже...

–  Как знать? Как знать?
– перебил Кунгас. Он снова изобразил некое подобие пожимания плечами. Бхатасвапати взял друга под руку.
– Ты должен больше верить в императрицу, Дададжи. Когда время придет, она будет знать, что делать. Я в этом уверен.

Последовало молчание.

Двое мужчин снова шли по коридору. Со стороны Кунгаса это было непроницаемое молчание. Со стороны Холкара - раздраженное.

Если бы пешва знал мысли бхатасвапати в этот момент, то был бы раздражен гораздо сильнее.

"Воткни каблуки в землю, девочка, упрись ими. Оттягивай время. Находи объяснения. Приводи всех в смятение. Я помогу. Я помогу! Когда наконец вопрос брака встанет, ты будешь знать, что делать. Тогда ты будешь знать".

Бхатасвапати покачал головой - слегка, - думая о странной слепоте людей вокруг себя. "Так очевидно!"

Полководец и его офицер

Через минуту после его появления в комнате Агафия Велисарий знал, что покалеченного офицера что-то беспокоит. Катафракт то и дело сжимал простыню на постели, словно находился где-то далеко в мыслях. Казалось, движение заставляет его жену нервничать. Или, возможно, молодая женщина просто беспокоилась о раненом муже - судя по тому, как поправляла подушки и гладила его по волосам.

Велисарий решил, что ему следует перейти к сути. Он стал вытаскивать свиток из туники.

Однако в этот момент Агафий повернулся к жене.

–  Ты не оставишь нас ненадолго, Судаба?
– попросил он.
– Мне нужно кое-что обсудить с полководцем с глазу на глаз.

Судаба кивнула. Затем, в последний раз поправив подушки и быстро улыбнувшись Велисарию, поспешила из комнаты. Велисария поразило, как Агафий смотрел ей вслед. На самом деле странно. Он казался человеком, старающимся навсегда запечатлеть образ в памяти.

После того как персиянка ушла, Агафий сделал глубокий вдох и посмотрел на полководца.

–  Мне нужен твой совет, - сказал он резко.
– Теперь мне придется развестись с Судабой и я хочу удостовериться - если это вообще можно сделать, - что развод не принесет тебе проблем. Я имею в виду твой союз с персами.

Он быстро произносил слова, но четко - так, как сильный человек объявляет о решении, которое ему не нравится, но которое он должен принять и которому следовать.

Челюсть Велисария отвисла. Это было последним, что он ожидал услышать.

–  Развестись с Судабой?
– Он обвел взглядом комнату, словно искал объяснений, которые могли быть спрятаны в каком-то уголке.
– Но почему?

Лицо Агафия исказила боль. Внезапным быстрым движением мускулистой руки катафракт откинул одеяло, покрывавшее его тело. От бедер и выше это все еще было то тело, которое раньше видел Велисарий - широкие плечи, такая же массивная бочкообразная грудь. Может, мышцы немного опали, и Агафий похудел за долгие недели лежания в постели, но не сильно.

Однако его ноги - даже та часть ног, которая осталась - были лишь жалкими остатками мощных конечностей, которые когда-то сжимали бока коня в яростной схватке на поле брани.

–  Посмотри на меня, - сказал он. Не столько со злостью, сколько со смирением с судьбой.

Велисарий нахмурился. Почесал подбородок.

–  Как мне показалось, для Судабы это не играет роли, Агафий. Судя по тому, что я вижу, ее совершенно не отталкивает...

–  Не это, - проворчал Агафий. На короткое мгновение обычное чувство юмора парня вернулось.
– Она даже счастливее, чем когда-либо.
– Он рассмеялся.
– Теперь я все время здесь, и она может до меня добраться. И на мои... возможности случившееся никак не повлияло.