Чтение онлайн

– Да перестань, не может такого быть!

– Может! В том случае, если при выстреле ты моргаешь или зажмуриваешься! Если заставляешь себя держать глаза открытыми, то всё нормально. Как тебе такой расклад?

– Бред.

– Вот именно! Поздравляю. Ты только что представил себя на месте учёных, которые тоже стреляют, правда не пулями по мишени, а электронами по проекционному экрану. Вообрази их удивление, когда частицы вдруг начинают раздваиваться и сами себя клонировать. Это можно объяснить только тем, что они начинают вести себя, как волны. Но отдельные частицы не могут обладать свойствами волны! Это же частицы!

– Ну, может, это и странно, но что в этом такого страшного?

– Страшно то, что никто не знает, почему это происходит! Когда учёные захотели разобраться в этой чертовщине и пронаблюдать непосредственно за моментом прохождения частиц сквозь прорези, произошло ещё кое-что… И это кое-что пугает меня больше всего. Итак, у прорезей установили датчики, чтобы зафиксировать то, как же эта частица окажется в двух местах одновременно. И тут началось! Как только за частицами начали подглядывать, их странное поведение тут же прекращалось. Они вели себя так, как им и было положено, – как частицы, но как только убирали датчики, на экране снова волновая картина. Результаты эксперимента менялись одним лишь фактом наблюдения за этим экспериментом.

– И что? – нахмурился он.

– Ну как что, Антон? Мне кажется, даже ты бы испугался, если б до конца понимал, о чём я говорю! Нет никакой материи! Всё это ненастоящее! Всё это – не колонны, не диван, не камин! Всё это дурацкие волны! И только!

– Да успокойся ты, чего кричать-то?

– Смотришь на объект – видишь частицу, не смотришь – он тут же превращается в волну! Стоит тебе отвернуться – всё! Предметов больше нет! Они рассыпаются, растворяются, рассеиваются… Не знаю, как ещё сказать. И ты уже не знаешь, что там! А вдруг там что-то страшное? Какая-то тёмная пустота? Она прямо за твоей спиной, прямо сейчас, и она всегда там! Но сама реальность не позволит тебе увидеть это, она это от тебя прячет! Вот что меня пугает! Я просто не знаю, что находится в том месте, на которое я не смотрю прямо сейчас! Я боюсь темноты, да! И я не представляю, как мне жить дальше, зная, что темнота везде, она меня просто окружает и перестаёт быть темнотой только на том маленьком участке, на который я смотрю прямо сейчас. И стоит мне отвернуться…

– Почему ты думаешь, что там именно темнота?

– Да что угодно! – подскочила я, не в силах усидеть на месте. – Меня пугает, что она умная и знает, когда я за ней наблюдаю, а когда нет. Она играет со мной, она меня обманывает, водит за нос…

– Лизавета, – перебил он меня, – я тебе документы отправлял дней пять назад. Ты их посмотрела?

Под руку мне подвернулась диванная подушка, и я в бешенстве запустила ею в него.

– Откуда эти мельчайшие строительные блоки материи, – кричала я, – эти элементарные частицы, элементарнее которых и быть ничего не может, откуда они могут знать, как они могут определить, что за ними ведётся наблюдение, и мгновенно меняют свою природу?! Какого черта они раздваиваются?!

– Ты не могла бы тоже раздвоиться, пожалуйста, чтобы пока одна ты занимаешься ерундой, другая ты занималась бы делами?

– Антон, ты в своём уме? – зашипела я. – Какие документы?! Я же не фантастику пересказываю, это же наша реальность, то, среди чего ты живёшь! И я тоже! И как мне теперь жить, зная, что всё это ненастоящее?

– Да, это очень интересно, но ты лучше успокойся, пожалуйста. Давай съездим поужинать, раз уж я здесь. Заодно и расскажешь про свой этот дуализм э-э-э… корпусный.

– Корпускулярный. Ты что, издеваешься? Я же говорю, мне страшно, не до еды совершенно!

– Слушай-ка, может, оно всё тут, конечно, волнами нереально, но жрать хочется прям корпускулярно! Ты меня как раз от ужина оторвала, только заказ успел сделать. Давай собирайся.

Вдруг неожиданная мысль ворвалась мне в голову, и хотя до этого я в бешенстве ходила взад-вперёд, от этой догадки я снова опустилась на диван.

– А знаешь, что самое страшное, Антон? – спросила я внезапно севшим голосом.

– Что же? – он и не думал пугаться.

Я ткнула пальцем ему в грудь.

– Ты ведь тоже состоишь из атомов.

Антон быстро осмотрел себя.

– И что в этом страшного?

Я долго смотрела ему в лицо и всё ждала хоть малейшего проблеска сознания, но он так и не понял, к чему я клоню.

– Значит, тебя тоже нет, когда я на тебя не смотрю, – сказала я и сама удивилась тому, как это звучит.

– И где же я? – терпеливо спросил Антон.

– Не знаю, – растерялась я окончательно. – Тебя просто нет. Ты появляешься только тогда, когда я могу тебя увидеть.

– То есть когда ты меня не видишь, я не существую?

– Получается, не существуешь, – я неуверенно развела руками.

– Интересно. Получается, и тебя не существует?

Я вдруг по-настоящему испугалась.

– Как это меня не существует?

– Ты ведь тоже состоишь из атомов? Или нет?

– Состою… – прошептала я, рассматривая почему-то свой маникюр.

– Ну? – добивал он меня. – Следовательно…

– Да нет, – отмахнулась я. – Ну я-то уж точно есть, я это знаю.

– А откуда ты это знаешь? Может, тебя тоже нет, как и меня?

Действительно, откуда я это знаю?

– Ну, Декарт сказал: «Я мыслю, следовательно, существую». Я же мыслю…

– А может, никакого Декарта тоже не существовало?

– Антон! Перестань взрывать мне мозг! Я тебя позвала, чтобы ты меня успокоил, а не доводил до паники!

– Это я тебе мозг взрываю? – снова расхохотался он. – Ты сама себе его взрываешь всякой ерундой!

– Мыслю, значит, существую… Подожди-подожди… – я тёрла глаза, пытаясь уцепить за хвост какую-то призрачную идею. – Что, если единственное, что существует, это мысли? Раз ничего этого нет, – я оттянула кожу у себя на руке, на коленке, – но я всё равно существую, значит… Ты понимаешь, вообще, что это значит?..

Он всё-таки увёз меня к себе в дом до возвращения Марты.

– Мамочка, привет, – говорил он в трубку, открывая передо мной дверцу автомобиля. – Приготовь сегодня на троих, пожалуйста, у нас гости. Да, Лизавета. Хорошо, передам.

– Она рада, что ты приедешь, – говорил он уже в мою сторону.

– Вот, принимай пациентку, – говорил он, передавая матери моё пальто.

– Лизонька, ты заболела? – спрашивала она меня, глядя на меня самыми любящими и самыми беспокойными в мире глазами.

– Заболела, да, – не давал мне вставить слова Антон. – У нашей Лизоньки очередной припадок, переждёт его у нас. Теперь она уверена, что нашего мира просто нет или что-то вроде того.

– Правда, детка? – сочувствующе улыбалась мать. – А как же твои параллельные вселенные? Их теперь тоже нет?

– Не совсем так, – терялась я под их смешливыми взглядами. – Просто оказалось, что предметы существуют, только когда мы смотрим на них.

– Мм, какие ароматы! Что-то вкусненькое, ма? Пойдём в столовую, Лизавета, посмотрим, существует ли там ужин.