Чтение онлайн

Святые Отцы говорят, что только те дела и делания угодны Богу, которые проходятся в покаянном духе и целью своею имеют стяжание смирения. Между тем, многие новоначальные, не понимая этой единственно спасительной цели, стремятся к немедленному стяжанию святости. Святость они представляют не как совершенную покорность и преданность воле Божией, а как обилие высоких духовных дарований: прозорливости, чудотворения, предвидения будущего, исцелений, изгнания бесов и т. д. Намереваются они достичь этих дарований с помощью усиленных телесных подвигов, не ведая ни роли правильного духовного руководства в деле спасения, ни значения святоотеческих творений, фактически отвращаясь от единственного указанного Святыми Отцами пути к стяжанию святости – богоподобного смирения: «Евангельские заповеди научают инока смирению, а крест совершенствует его в смирении (слова преп. Марка Подвижника). Смирение истребляет из души и тела все греховные страсти и привлекает в нее благодать Божию» (свт. Игнатий Ставропольский).. Покоряя себя евангельским заповедям, человек показывает свое произволение ко спасению. Господь, видя это произволение, таинственно научает человека евангельским заповедям и помогает в их исполнении. Евангельские заповеди меняют сердце человека, делают его смиренным и тем самым приближают к Богу.

Настрой, противоположный этому, обличает в имеющем его погибельную гордость. Прохождение аскетического подвига в ложном духе приводит к удалению от правильного понимания смысла монашеской жизни, в конечном итоге – к прелести. Несомненно способствует этому отсутствие в большинстве монастырей – а в женских монастырях повсеместное отсутствие – правильного духовного руководства и подмена его лжедуховным. Но, говоря словами свт. Игнатия, «если новоначальный сколько-нибудь умен и занимается святым чтением с прямым намерением спасения»..,– он рано или поздно сумеет распознать лжедуховность. На самом деле, все очень просто. Достаточно внимательно читать творения свт. Игнатия (Брянчанинова), кои можно сейчас найти в любом монастыре, чтобы избежать подводных камней и водоворотов, которые встретят новоначального в современной обители.

Нельзя не заметить, что современные иноки крайне немощны. С большим трудом сейчас можно найти среди них такого, кто во времена Отцов был бы достоин назваться послушником. Несмотря на это, воздадим глубокое уважение тем, кто, зная свои немощи, видя свое недостоинство, неспособность в полной мере исполнить монашеские обеты, понимая, что его ждут неминуемые скорби, тем не менее, решается за послушание вступить в обитель и принять постриг.

Что же теперь делать,– спросят боголюбивые юноши и девушки, которые все же, несмотря ни на какие препятствия, пожелают проводить монашескую жизнь? Хотя мы и сами не знаем удовлетворительного ответа, однако попробуем поделиться некоторыми соображениями.

Прежде всего нужно обратиться к Святоотеческим писаниям и по ним изучить, что такое монашество в представлении об этом Святых Отцов Православной Церкви. Должно приобрести спасительный навык постоянного чтения Святых Отцов, постоянного обращения к их творениям, поверки ими своих чувств, мыслей, представлений о духовной жизни. Читая Святых Отцов, увидишь удивительную, чудную их связь со Священным Писанием. Как плодоносное дерево вырастает из корня, а полноводная река вытекает из источника, учение Отцов вытекает из Священного Писания и разъясняет Священное Писание. Бог многократно и многообразно издревле говоривший отцам в пророках (Евр. 1; 1), ныне говорит с нами через Святых Отцов.

Наибольшее внимание нужно обратить на Отцов, которые жили в близкие к нам времена, т. е. в XIX-XX вв., и были знакомы с проблемами современного иночества. Особое значение приобрели в наше время писания свт. Игнатия Ставропольского. Почти все сколько-нибудь выдающиеся подвижники XX века почитали святителя Игнатия и говорили о его исключительном значении для современного христианства. Игумен Никон (Воробьев), безусловно, почитая и свт. Феофана Затворника, и других близких нам по времени писателей-подвижников, ставил, тем не менее, свт. Игнатия на совершенно особое место, будучи как бы его духовным учеником. Он пишет: «Учиться надо и молитве, и вообще христианству у еп. Игнатия (Брянчанинова). Лучшего учителя для нас нет».. По-видимому, свт. Игнатий для нашего времени является тем, чем свт. Василий Великий являлся для своего. По крайней мере, никто из духовных писателей не отвечает так полно, удовлетворительно и даже пророчески на вопросы, которые ставит современность.

Не обольщайте себя: без внимательного изучения Святых Отцов монашество в наше время невозможно. Это будет что угодно, только не монашество.

Святитель Игнатий Ставропольский говорит, что Евангелие читается жизнью. Жизнью же читаются писания Отцов. Изучая их, необходимо посильно исполнять их советы и наставления. Если этого не будут делать читающие отеческие книги, их состояние, несмотря на многочисленные теоретические знания, оторванные от жизни, можно справедливо признать лишь состоянием книжников и фарисеев. Нам надлежит стать христианами не только на словах, но и в жизни. Святитель Игнатий говорит, что прежде, чем стать монахом, надо стать совершенным мирянином. При этом необходимо постараться избежать своеобразной игры в монашество, которая порой происходит в миру.

В России XX века появилась идея монашества в миру. Особенно ярко выразил ее исповедник Православия, известный проповедник, белый священник прот. Валентин Свенцицкий (1931). Одна из его книг так и называлась: «Монастырь в миру». В этой книге о. Валентин предлагает мирянам, независимо от того, состоят ли они в супружестве или нет, проводить жизнь, близкую к монашеской.

Позже в восторженных выражениях писал о том же архиеп. Иоанн (Шаховской, 1989): «Параллельно упадку монашеской жизни начало восстанавливаться „белое монашество“ – белое, первовековое, мученическое в мире христианство, подлинное ученичество Христово. Перед всяким горящим сердцем, тоскующим по жизни небесной, теперь открываются три пути: путь черного иночества, облечения себя в одежду внешнего отделения от мира сего; путь белого иночества – облечение своего лишь сердца в одежду этого отделения, при формах жизни всех людей, и, наконец, третий путь – откол, отделение от единства Церкви»..

Идея монастыря в миру, понятная и допустимая в то время, когда монастыри были закрыты, становится небесспорной во времена, когда гонения на Церковь прекратились. Эта, по сути своей и не плохая, идея в жизни, к сожалению, часто принимает уродливые формы.

Одно дело – монашествующие, получившие постриг и монастырское воспитание, вынужденные волею обстоятельств проживать среди мира, и совсем иное явление – странные личности, одетые в черные одежды, наподобие подрясников, с четками в руках, имеющие при этом представление о монашеской жизни весьма поверхностное.

Главная ошибка последователей идеи «монашества в миру» заключается в том, что, не зная внутренней сути монашеской жизни, понимание которой приходит после многих лет подвига под строгим духовным руководством и бывает выстрадано, воспринимая лишь внешние формы, они безрассудно пытаются последовать им в своей жизни. Не ведая, а порой и отвергая отеческие творения, они самочинно начинают изнурять себя безмерными постами и бдениями, многочисленными поклонами и другими бессмысленными самоистязаниями. Лишенные правильного духовного руководства, являющегося основой монашеского подвига, они вскоре неизбежно начинают мнить о себе нечто высокое.

«Невозможно человеку, находящемуся еще в области плотского мудрования, не получившему духовного воззрения на падшее человеческое естество, не давать некоторой цены делам своим и не признавать за собою некоторого достоинства, сколько бы такой человек ни произносил смиренных слов и как бы ни казался смиренным по наружности»,– пишет свт. Игнатий (Брянчанинов)..

«Делающий мнимое добро „из себя“ (блж. Феофилакт Болгарский), из своего падшего естества, по своему разумению, по влечению и указаниям своего сердца, не может не видеть этого добра, не может не удовлетворяться, не восхищаться им; сам тщеславится им и услаждается похвалами человеческими, ищет, требует их, прогневляется и враждует на отказывающих в похвале»... Чаще всего этой духовной болезни подвергаются неофиты, движимые ревностью не по разуму.

Всесвятое смирение – единственная цель, ради которой даются монашеские обеты, остается незамеченной этими несчастными. Вместо монашеского подвига, основанного на смирении, вытекающего из смирения и целью своей имеющего единственно смирение, эти люди воспитывают в себе качества прямо противоположные. Только то, что доставляет душе смирение, ведет душу к видению грехов и покаянию, должно признать духовным. Между тем, неправильно понятая идея монашества в миру доставляет ее последователям пагубное мнение о некоем своем отличии от других мирян, превосходстве пред ними, ощущение своей исключительности, значимости, т. е. развивает в человеке погибельную гордыню.