Чтение онлайн

— Всё, Энн, достаточно! Я не знаю, что ты пытаешься в себе заглушить, но мне надоело смотреть, как ты изматываешь себя. Может уже хватит?! Даже я, боевой офицер устал от такой нагрузки, если тебе наплевать на себя, то мне нет! Мы возвращаемся! — напряженно, произнес он, внимательно всматриваясь в её сияющие глаза.

— Подожди, ещё один разочек, я хочу заказать любовное приключение! — настойчиво заявила Энн, с хитрым видом.

Опешив, Илай растеряно усмехнулся:

— Ну, знаешь, это уже не смешно! Начинаю думать, что ты мне за что-то мстишь! Я возвращаюсь на побережье, надеюсь, до истечения моих увольнительных ты переберешь все любовные романы!

— Подожди, я с тобой! — Энн резко соскочила с кресла, осознавая, что перегнула палку. — Ну, не сердись! И не надо ничего придумывать на свой счет, ничего я не мщу! Ты здесь абсолютно не причём! — горячо возразила она.

— О, …я догадываюсь, кто причём! — буркнул Илай, садясь в буфер. — Великий правитель Зур должен был быть рядом!

— Ты даже не понимаешь, о чём ты сейчас говоришь! — обижено бросила Энн, умостившись возле него. Всю обратную дорогу, оба сердито молчали, отвернувшись друг от друга.

Но, спрыгнув с подножки буфера, и протянув ей руку, Илай всё же заговорил первым:

— Ну что, репетиция первой ссоры окончена? Мир? — перед этой открытой и милой улыбкой устоять всё равно было невозможно, Энн тут же согласно кивнула, улыбнувшись одними глазами. — Насколько я помню, ты не спишь уже вторые сутки, отдых не должен приводить к изнеможению, Энн. В бунгало твоего брата есть отличная спальня, эти темные круги под глазами до его приезда должны обязательно исчезнуть. Кажется, он серьёзно решил взяться за твою опёку.

— Если к удобной кровати ты предложишь мне ещё и снотворное, я согласна.

— Ты так спокойно об этом говоришь. И давно ты присела на таблетки? Это ведь ненормально бодрствовать тридцать часов, не имея сил уснуть без пилюли.

— А с чего ты взял, что я нормальная?! — с вдруг нахлынувшей агрессией, выпалила Энн. — Мой образ жизни в твоём понимании, солдат, никогда не был нормальным! И не нужно меня поучать, перевоспитывать и опекать, лучше тратьте свою энергию на благо вашей Империи!!!

— Лекарство ты найдешь в спальне, в нижнем ящике в последней нише справа, — сухо и сдержано ответил Илай, разворачиваясь в сторону бунгало.

Гнев медленно отступил, давая место её собственному отчаянью и горечи. Она не хотела обижать Илая, не хотела говорить ему этих слов, но почему-то сказала, с такой злостью, с таким ненавидящим выражением глаз. …

И ей по-настоящему стало страшно! Энн испугалась, что теряет свою суть, свои чувства, собственное «я», свою волю. Теперь она уже злилась на себя, оттого что не могла защититься и противостоять вмешательству эмоций химера, который умышленно оставил её мучиться с этой зависимостью, а сам покинул пределы Империи, умчавшись за сотни тысяч парсеков.

После того, как она всё же приняла снотворное, Энн отправилась на поиски Илая. Ведь уснуть, когда тебя мучает совесть — значит, мучаться от кошмаров на протяжении всего времени сна. Извинившись, Энн надеялась избавиться хотя бы от малой частицы тяжести, лежавшей теперь у неё на сердце, словно навязчивый злой рок.

Илай, закинув обе руки за голову, лежал в ароматной плетущейся траве, под небольшим пригорком, откуда хорошо было видно море, в котором, отражаясь на воде, покачивались облака.

— Я снова пришла извиняться перед тобой за свою резкость. Не воспринимай это слишком серьёзно, эти эмоции …не мои. Саму себя я теперь даже боюсь показать. Я так запуталась и издергалась, но если ещё ты будешь обижаться на меня — это меня совсем доконает, — тихо произнесла Энн, опускаясь рядом в траву на колени.

Еле заметная трогательная усмешка, коснулась его полураскрытых губ. Илай повернулся к ней лицом, и в его глазах она уж точно не заметила никакой обиды и злости.

— Я не маленький мальчик, Энн, чтобы дуться в расстроенных чувствах. Я очень переживаю за тебя, малыш, потому что не понимаю, что с тобой происходит. Ты закрылась от меня, не подпускаешь к себе. Мне тяжело без тебя, особенно когда ты такая. Развернуться и уйти, я тоже не смогу, потому что моя жизнь без тебя уже будет пустой, потому что я люблю.

— Илай, … ты просто … такой невероятный, — разволновавшись, шепнула она, — таких как ты, …я уверенна, точно не бывает. И, наверняка, я не заслуживаю на такую любовь. Я просто ума не приложу, что тебя держит возле меня! Ты … ты … переворачиваешь мой мир! — Энн опустилась ближе, обнимая его, и кладя свою голову ему на плечо. — Я пока не готова объяснить тебе причины моего поведения, но ты должен знать, что мне очень хорошо с тобой. Если бы я могла — я бы продлила это мгновение в целую жизнь, но наши дороги не соединятся в одну, я принадлежу другому парню, а он принадлежит мне, — её веки опустились, проваливаясь в сон, Энн слушала его четкое убаюкивающее сердцебиение.

Высвободив одну руку, Илай покрепче прижал к себе спящую девушку, следуя за ней даже во сне. На его спокойном, умиротворенном лице, застыла блаженная улыбка, всё чего он хотел — было уже рядом с ним.

Распахнув глаза, Энн обнаружила над собой упавшую, в звёздных россыпях теплую ночь. Её голова покоилась на груди спящего Илая, рядом томно вздыхало море, и в пряной траве ненавязчиво трещали насекомые. Она даже боялась дышать, чтобы не спугнуть это прекрасное мгновение мироздания.

Автоматически, её взгляд переместился туда, где далёкой, еле заметной точкой, ниже созвездия Змеелова, светился Химер, моментально связывая его с её душой. Импульсивно, её душа послала ему всё своё восхищение и всколыхнувшуюся нежность, а мысли о Зуре, ещё добавили и тоску.

Энн позвала его, как он звал её когда-то. В ответ … пульсирующая тишина внутри, но уже через какую-то минуту её обдало жаром, напоминая ей то состояние, когда он прикасался к ней. И в шуме волн, ей уже слышалось дыхание Зура, а в ночном небе она видела его чёрные глаза, поблескивающие от радости. Она словно сидела в кресле нейроптси, реально ощущая его присутствие. Его странная власть над ней распространялась даже невзирая на время и расстояние, даже на то, что рядом с ней лежал другой человек, которого она тоже по-своему любила. Зур смотрел на неё с далёких небес и шептал: «ты моя, Энн».

Представив перед собой его человеческий облик, она печально улыбнулась ему, посылая воздушный поцелуй. Он уже знал, что она простила, она всегда ему всё прощала, потому что это было выше её сил. А Энн почувствовала, что по-прежнему нужна ему, но расстояние пока будет оставаться для них преградой, Зур пока ничего не собирался менять.

Илай шелохнулся, и видение развеялось. Виновато улыбнувшись, Энн ласково погладила его по щеке, наблюдая, как он просыпается.

— Энн, поцелуй меня, … пожалуйста, — прошептал он. И склонившись над ним, она нежно поцеловала его только в лоб.