Чтение онлайн

— Какой еще господин Чжао?

— Господин Чжао с северных земель. Чжао Чжэньшу, — доложил слуга.

Хэлянь Ци наконец пришел в себя. Мгновение спустя сердитое выражение исчезло с его лица, сменившись улыбкой:

— Скорее пригласи их войти.

В ту же секунду слуги семьи Чжао внесли несколько огромных сундуков и опустили их на пол один за другим.

Увидев Хэлянь Ци, они разулыбались во все лицо и поклонились, после чего с почтением произнесли новогодние благословения и открыли сразу все сундуки. Хэлянь Ци, бросив взгляд внутрь, обнаружил несколько тканей и вышивок. На его лице появилась улыбка. Обменявшись с прибывшими парой вежливых слов, он приказал позаботиться об удобстве гостей.

Только когда слуги семьи Чжао покинули поместье, Хэлянь Ци поднялся на ноги и приказал своему доверенному слуге вытащить всю ткань из сундуков. Новогодние дары были лишь первым слоем, а под ними располагались золотые слитки.

Остальные сундуки, скорее всего, тоже были заполнены сокровищами, при виде которых у людей глаза разбегались.

Осмотрев каждый сундук, удовлетворенный Хэлянь Ци позвал слуг и приказал унести их.

Конечно, настолько щедрые «новогодние дары» имелись разве что у знатных министров и глав палат, а вовсе не у каждой семьи.

Приближался конец года, все вокруг суетились: отвечали подарками на подарки, приглашали гостей на обеды, приносили жертвы предкам, кланялись статуями Будды и делали много чего еще. Даже торговля на улицах стала оживленней, чем обычно. Люди, целый год затягивающие пояса потуже, наконец дождались празднования конца года, смогли дать себе волю и побаловать себя хорошей едой и вином, их лица светились от радости.

В княжеской резиденции Наньнин никогда не проживало слишком много людей. За последние годы слуги преклонных лет вернулись в родные края. Цзин Ци чувствовал, что большое количество людей вокруг доставит много хлопот и не позволял Пин Аню покупать новых слуг. Потому в канун Нового года Пин Ань сновал туда-сюда по поместью так быстро, что казалось, ноги достают до его шеи.

Прислонившись к двери библиотеки, Цзин Ци наблюдал за ним, не чувствуя ни малейшего укора совести, а затем вяло протянул:

— Ну, мне здесь делать нечего, так что мое присутствие будет только мешать тебе. Пойду прогуляюсь. Пин Ань, тебе стоит поспешить, ха.

Пин Ань посмотрел на своего господина обиженным взглядом. Цзин Ци улыбнулся ему и развернулся, чтобы уйти.

Пин Ань поспешно спросил:

— Господин, куда вы направляетесь? Вы попросили кого-нибудь сопровождать вас? Ваша лошадь готова?

Цзин Ци лениво махнул рукой:

— Зачем ее готовить? Мне не нужно сопровождение. Я иду к юному шаману, чтобы скоротать время. Это в нескольких шагах — если что-то случится, ты можешь крикнуть мне со двора, и я тебя услышу.

Он шагом незанятого человека вышел на улицу, а Пин Ань бросил свои дела, но стоило ему взять приходно-расходную книгу и последовать за господином, как Цзи Сян немедленно окликнул его:

— Управляющий, пожалуйста, взгляните сюда. Подарки от господина Лу прибыли. Что мы должны отправить в ответ?..

Одно мгновение — а князя уже и след простыл.

После возвращения с торжественного обеда великого ученого Лу, когда У Си решился на откровенные разговор, а Цзин Ци согласился с ним, они поняли, что сидят в одной лодке, и стена отчуждения между ними бесследно исчезла.

У Си заметил, что на самом деле этот человек был проницательнее многих, но не доставлял неприятностей, да и к тому же сердце его переполняло любопытство. В отличие от людей Дацина, каждый вздох которых был посвящен справедливости и добродетели, Цзин Ци был очень честным, вел себя абсолютно непринужденно и без капли лицемерия.

Во время первой прогулки по резиденции юного шамана Цзин Ци увидел множество обитающих там ядовитых существ и стал относиться к поместью, как к охотничьему угодью с огромным количеством любопытных вещей. Едва появлялось свободное время, как он тут же приходил и искал себе новую «игрушку».

По правде говоря, Цзин Ци нельзя было в этом винить. С определенной точки зрения, он мог считаться человеком, который многое повидал и многое познал: оборотней и бесов мира людей, чудищ лесов и гор царства теней, странных, свирепых, несчастных или достойных сожаления существ – он встречал всех. Иногда даже самые новые вещи не могли заинтересовать его.

Однако за все свои жизни он никогда не был в Южном Синьцзяне. Во время того визита в поместье У Си все, что он видел, выглядело свежим и удивительным. В итоге это пробудило в нем желание сбежать в дальние края и скитаться по незнакомым землям.

Так ему не нужно будет больше строить козни и беспокоиться о каких-либо делах. Он размышлял о том, что даже после всех страданий, перенесенных в каждом перерождении, его жизнь продолжала вращаться вокруг одного человека — разве не жаль, что ему не удалось как следует изучить этот огромный мир?

Даже люди Южного Синьцзяна в поместье У Си прищелкнули языком от изумления. Проведя в Дацине несколько лет, они множество раз видели, как избалованные роскошью сановники до смерти пугались ядовитых существ и колдовского искусства, словно это были страшные бедствия и способности нечистой силы. Еще никто не пытался сблизиться с ними с подобной настойчивостью.

Однажды У Си заметил, как невежественный молодой князь сидел на корточках в углу, молча уставившись на пятицветного скорпиона. Мгновение спустя он протянул руку, чтобы схватить скорпиона за хвост и выяснить, сколько у него цветов. После этого случая У Си уже не мог понять, то ли этот человек не ведал страха, то ли просто увлекался настолько, что окружающий мир переставал существовать.

Раньше У Си считал, что этот человек тщательно продумывал каждое свое действие и слово — кроткий и умеющий польстить, злой и коварный. Кто знал, что после более близкого знакомства он будет вести себя столь беспечно, пренебрегая всеми правилами и поступая так, как ему вздумается.

Неудивительно, что люди постоянно говорили, как сильно император Дацина обожал его: этот старик и юноша на самом деле были во многом похожи.

Позже, едва князь Наньнина ступал в резиденцию У Си, все чувствовали напряжение, словно перед лицом сильного врага. В конце концов, этот молодой господин был единственным, с кем их немногословный хозяин общался, как с другом. Они должны были приложить все усилия, чтобы не позволить Цзин Ци умереть от собственного любопытства.

Добравшись до поместья У Си сегодня, Цзин Ци не почувствовал никакой новогодней атмосферы — все осталось таким же, как и в любой другой день. Недалеко от ворот на задних лапках сидел маленький соболь, мордочка которого была ему очень хорошо знакома. Услышав шум, зверек приподнял голову и оглядел гостя своими крошечными глазками. Даже не попытавшись поприветствовать Цзин Ци, соболь повернулся к нему спиной.

Цзин Ци, поддавшись сильному желанию, подобрал палочку с земли, чтобы подразнить его. Маленький соболь помнил, что в прошлый раз, когда он хотел укусить этого человека, хозяин сделал ему выговор, поэтому на сей раз не осмелился разбираться с этой катастрофой. Одарив Цзин Ци презрительным взглядом, соболь повернулся к нему спиной, продемонстрировав свой зад, и отодвинулся в сторону. Цзин Ци не унимался, продолжая легонько тыкать в него. Маленький соболь решил, что раз атаковать этого человека нельзя, то можно хотя бы спрятаться от него. Поэтому он пнул его лапками и тут же сбежал, всего через пару прыжков бросившись в чьи-то объятья, зарывшись мордочкой в грудь и оставив хвост обиженно висеть в воздухе: глаза не видят, так и душа не ведает.