Чтение онлайн

(Статья написана в соавторстве с B.C. ОВЧИНСКИМ.)

Надо отказаться от референдума. Это твердое мнение наших экспертов… У вас на руках прекрасные карты для этого. Вы сами говорите, что в Молдавии начинают привлекать к ответственности за поддержку референдума. Вы говорите и о том, что люди подвергаются террору за то, что голосуют так или иначе. Так что условий для проведения референдума нет.

Сценарий простой. Президент должен выступить на ТВ и сказать: "В сложившихся условиях объявляем, что даем 24 часа для того, чтобы республики подтвердили готовность обеспечить нормальные условия для референдума. Если этого не будет, значит, референдум сорван. Ответственность за это берут на себя те силы, которые по таким-то и таким-то соображениям начали террор против народа, желающего подтвердить свою верность Союзу…"

…Теперь о более фундаментальных вещах. Мы уже давно видим четыре элемента политической структуры в обществе: это – правые, левые, пассивный центр и инициативный центр.

Самая слабовыраженная система сегодня – это инициативный центр. Я могу показать модель по каждому из этих элементов. Пассивный центр – это Горбачев, который играет позиционную игру. С другой стороны, существует понятие "правые". И правильно, что "правые", не надо бояться слов. Правые – это те, кто стоит за coxpaнение государства в существующих формах, т.е. СССР, за возврат к экономике, которая на самом деле была не так уж плоха, но которой изрядно подгадили.

Левые – это те, кто стоит за развал Союза, за переход к капитализму в формах социал-дарвинизма. Это сказано на чешско-американской конференции. Американцы ужаснулись. По сути, выступают левые за капиталистическую диктатуру пиночетовского типа.

Инициативный центр, обеспечением которого мы в какой-то степени заняты, представляет собой следующее. Первое. Никакого движения вперед не произойдет до тех пор, пока КПСС в виде тех или иных достаточно серьезных ее структур не заявит, что ленинская национальная политика есть преходящий момент в истории развитии партии и страны. Это будет первый основополагающий момент, с которого можно начать нормальное построение центризма и единого государства. Это первая декларация, которая должна быть немедленно принята, потому что стоять за возврат Союза в формах союза национальных государств нельзя. Это просто невыполнимо. Процесс пошел нелинейный, восстановить существующее вы не сможете, а восстанавливая, вы зацепитесь еще на более плохих рубежах, нежели Ленин в 1917 году. То есть вы получите полную невозможность развивать страну.

И кроме того, – возврат связан с определенными консервативными синдромами, которые не позволят развивать общество.

Надо использовать нынешний процесс распада, для того чтобы, перехватив распад, начать новое строительство федеративного государства.

Горбачев обязан определиться: что же это будет – Союз суверенных государств или Союз суверенных республик на федеративной основе? Здесь должна быть сделана простая вещь. Вы на Верховном Совете от лица группы должны обратиться к Президенту, чтобы он определил формулу построения государства. Если страна – Союз федеративных республик, то каких республик? В Молдавии есть прекрасный плацдарм – Приднестровская республика… А что стоит, сегодня признав эту республику, завтра получить Нарвскую, Северо-Западную республику… Собирать земли. Заявить, что земли никакого права на самоопределение вплоть до отделения не имеют. Если уж люди так настроены на распад, мы обязаны ответить нормальным демократическим путем.

Второе. Объявление незыблемой союзной собственности. Это обшецивилизационная мера. Ее суть: республики свободны, его собственность – "собственность царской короны". Эту собственность мы будём защищать. Это собственность народа, который заявил о своем желании быть советским народом.

Загонять литовский народ в Союз, как в концлагерь, нельзя. А надо защищать тo, что можно защищать по всем международным нормам. Таких вопросов много. В этом смысле центризм представляет собой именно желание использовать начавшийся разрушительный процесс…

Я давно сказал, что знаю, что "Союз" стоит за Союз, но я не знаю, за какой? А как можно стоять за то, что не знаешь, можно ли сохранить. Это не зависит от "хочется" или "не хочется". Можно цепляться за старое и проиграть, а можно опередить процесс и выиграть.

Центризм в нашем понимании стоит за одно – использовать распад для создания нового: новой конституции, свободной от всех маразмов предшествующих. И как только такое государство будет, будет понятно, что в нем строить. Для этого и партия должна сделать определенные шаги. Тогда ясно будет, что в этом государстве нужна и соответствующая экономическая реформа.

Правые хотят оставить прежнюю экономику. Левые – за развал. Достаточно начать приватизацию от государственной промышленности, не дробя ее. Достаточно, наконец, задать сильную программу модернизации промышленности, чтобы выяснилось, что партия и государство имеют свое место, и т.д.

Левые будут пытаться без государства дикий рынок строить, правые – сохранить то, что уже нельзя сохранить, Горбачев – балансировать, как всегда, а в центре будут стоять люди, которые будут развивать принципиально новую концепцию. И пока вы не выиграете эту войну, ни о чем другом речи быть не может.

…Горбачев сказал о центризме. Я – за… Но, возможно, уже поздно. На это потребуется месяцев шесть. Значит, уже сегодня надо закладывать вторую модель. Это борьба за Россию. Сегодня еще можно сохранить федеративное государство великого типа. Завтра будет поздно. Распад и гниение будут перенесены в Россию. Нужно найти сегодня те формулы, которые этот процесс удержат. А там все другое – социальная база, структуры…

Из стенограммы выступления на встрече координаторов

депутатской группы "Союз" с учеными-экспертами

5 марта 1991г

– Ваш центр существует с 1988 года, однако предметом всеобщего обсуждения он стал совсем недавно. Чем вы это можете объяснить?

– Те модели общественно-политического и научно-технического развития, которые мы разрабатывали, до 1990 года просто никого не интересовали. Все было четко определено. Нам предстояло входить в общеевропейский дом, все знали, что это вот-вот наступит, и какие-либо иные сценарии развития событий в СССР как бы не прорабатывались. А вот уже с 1990 года и особенно в 1991 году стало очевидно, что более или менее благополучные сценарии дальнейшего пути страны оказываются маловероятными. Крайние демократы отстаивают самые плохие варианты – пусть будет все, что угодно, лишь бы влиться в мировую цивилизацию. Хотя бы на положении Судана. Но народу это прямо не скажешь, и появляется ширма из штампов: "демократия", "прогресс", "антикоммунизм". Представьте себе теперь, что в этой ситуации кто-то – в данном случае наш центр – начинает их проект описывать. А поскольку уже нет помидоров, картошки, очень плохо с мясом и совсем не светит мировой цивилизации вкусить – люди могут начать слушать и понимать, что там, за ширмочкой из слов. Это моя первая раздражительная функция – я изучаю внутреннюю структуру того, что лежит за лозунгами.

Второй момент: демократам крайне выгодна ситуация, когда с одной стороны они, а с другой – Нина Александровна Андреева. В этом смысле им очень не нужна какая-либо альтернатива. Можно сказать, что "Экспериментальный творческий центр" посягнул на концептуальную монополию так называемых демократических сил. Между тем мы никоим образом не можем быть приписаны к линейным ортодоксам. Выходит, что мы играем на одном поле с демократами и начинаем их с этого поля понемногу вытеснять, по крайней мере – на него внедряться. Это, естественно, вызывает бешенство.