Чтение онлайн

Абсурд ситуации удивлял, но они ничего не могли поделать с пунктиком Самойлова. Его личная неприязнь сделала работу напарников весьма затруднительной. Что стоило Виталию сложить два и два и перестать оказывать такое внимание Кэро? Но в отличие от Яната, он оказывал птаирианцу беспрецедентное доверие.

Чем активнее Самойлов задействовал Кэро, тем больше у того возникало вопросов о последующих распоряжениях начальства. Отношение Виталия к Янату было общеизвестным. Он бы и слезинки не пролил, случись с заносчивым шантийцем на Нави беда. Легко подписал разрешение на исследование Яном опасной территории, и почему-то совершенно не задумался, что Кэро, являясь его напарником, отправиться следом. Сплошной эмоциональный выброс и никакой логики.

Янат злобно иронизировал, представлял Виталия эдаким злым гением. Себя Ян видел юрким муравьишкой, который стремится провернуть дела под носом у господина «Зло». Текли невыносимо скучные дни, и он находил утешение в деятельности, направленной на разгадку происходящих событий.

И вот, спустя неделю, буря неожиданно кончилась. Она словно разом выдохлась и превратилась в хлещущий сухую землю ливень. Дождь шел сутки, а затем на небе появилось солнце, и установилась великолепная погода. В тот же день все, кого мучили не проходящие головные боли, вздохнули с облегчением. А Кэро получил прямой приказ от Малькома Деше, а не от Самойлова, как обычно, что его неприятно удивило. Ему было предписано собрать спасательно-поисковый отряд и найти Робин Райт, девушку по прозвищу Малиновка, которая по одной ей известным причинам накануне ушла за пределы базы.

Жан готовил оборудование, Янат, Кэро и Матвей увлеченно беседовали, обсуждая маршрут и поведение в условиях похода. Поскольку случилось ЧП, а инспектор был официальным представителем следствия, он претендовал на роль главного, с чем категорически не соглашался Янат. Ссылаясь на особые обстоятельства: знания, опыт и чутье профессионала, Ян заявил, что инспектор осел, поскольку на месте не был, а рвется в командиры. Как он поведет контактеров, если будет ориентироваться на показания приборов и их же собственные записи?»

Намечался грандиозный скандал.

Фафликанец, дважды заглянул в комнату, где происходила «беседа», но так и не получив возможности вставить хоть слово, ушел с концами. Кэро выдержал примерно полчаса криков, после чего мягко заткнул спорщиков, сообщив, что поведет их сам. Правда, смягчил резкое высказывание обещанием, что распоряжаться ситуацией, по прибытии на место, будет Матвей, как представитель закона.

Янат страшно оскорбился на такую несправедливость. Впрочем, обида была показной, он прекрасно знал границы дозволенного и считал, что лишь немного похулиганил в конце унылой недели. Нарываться открыто Ян не захотел, поэтому, после слов Кэро, благоразумно умолк. Матвей же еще долго раздраженно вздыхал и тихонько сыпал угрозами в адрес «поганца».

Договорившись, они, наконец, вспомнили про Жана, но тут выяснилось, что его срочно вызвали в один из лабораторных корпусов, где сломалось какое-то оборудование. Кэро попытался связаться с техником, но фафликанец работал в закрытом биоблоке и был не доступен. Вызвали его напарника, недотепу Алека, который славился забывчивостью и умением портить, а не чинить. Пришлось положиться на его обещание, из-за чего все собирались с нехорошим предчувствием, как-то долго и вяло. Быть может, птаирианец до последнего надеялся на приход Жана, которому доверял куда больше. Если бы время не поджимало, не подстегивал категоричный приказ Деше (читай Самойлова), Кэро и вовсе отменил бы поход. Слишком многое не срасталось с самого утра.

Когда стало понятно, что дальше тянуть некуда, они все-таки выступили. И снова неприятность — силовое поле выпустило Яната лишь со второй попытки. Согласно правилам, теперь он не должен был покидать базу до выяснения причин сбоя. На минуту, Яну даже показалось, что Кэро рад всем этим препятствиям, но Матвей принялся горячо убеждать его в том, что нет ничего страшного в мелких заскоках систем безопасности, особенно после бури. «Суеверность не сочетается с эффективной деятельностью», — давил и давил он на Кэро.

Птаирианец сомневался, они тянули время, и Ян открыто выступил на стороне инспектора, так как ему была невыносима сама мысль отправиться обратно на грядки. На это Кэро сухо заметил, что Янат, похоже, единственный, с кем постоянно случаются неприятности. На это, тот справедливо возразил, что, по крайней мере, жив, в отличие от Робин Райт.

Кэро сдался под их совместным напором. Совпадения не выходили у него из головы, но птаирианец упорно сопротивлялся инстинктам, которым привык доверять. Внутреннее «Я» приказывало поворачивать назад, и это был первый раз, когда Кэро проигнорировал предупреждение.

Никто не верил, что Робин могла выжить в буре. Ее коммутатор еще мог уцелеть, но пластик — не живая плоть. Еще более сомнительным оказалось место, где поисковик засек сигнал. Хотя кое-кто, а точнее Янат, склонен был думать, что это как раз не удивительно. Именно там во время первой вылазки побывали контактеры, там Ян увидел глаза навьи, и по статистике, люди там пропадали чаще, чем где-либо еще.

Они собирались идти к озерам.

Поисковый отряд шел уже знакомой Янату и Кэро дорогой. Сначала по равнине, потом через лес. Солнце стояло в зените. В степи сквозь бурые проплешины мертвой травы еще отчетливее проступили зеленые пятна новой. Дождь эликсиром бессмертия смочил уста земли и вдохнул в нее новую жизнь. Наступала зима.

Лес встретил отряд неприветливо, чавкающей под ногами грязью и ядовитыми красками. Он стремительно просыпался. Деревья выпускали из почек клейкие усы, подвижные и яркие, ветки покрывали пучки круглых листьев вперемешку с тонкими иглами. Распускались цветы, повсюду разрослась плесень, окутывая пушистой ватой стволы и кустарники. Чужеродная флора пугала буйством и причудливостью форм.

Янат удивился встречающимся по пути лужам. Почва запомнилась ему слишком уж сухой, и он считал, что вода должна была мгновенно впитаться. Его настроение менялось с восторженного на унылое, встревоженное. Ян вспомнил о цели путешествия и загрустил. Он не был равнодушным или бесчувственным. И мысли об останках Малиновки наполняли его печалью. Ян помнил ее высокой девушкой с прозрачно голубыми глазами, в которых плескалась детская безмятежность. Больше почти ничего не всплывало в памяти. Кажется, она была ксенобиологом и занималась растениями Нави. Он не помнил подробнее, да и не хотел вспоминать, честно говоря. Смерть редко бывает приятной, тем более для исследователей. Такова их работа. Нужно быть готовым ко всему. Но как ни готовься, в жизни часто происходит непредсказуемое, случайности и трагедии. Другое дело, терять друзей гораздо больнее, чем незнакомцев.

Они подходили к Вырею (так называлось озеро) медленно и осторожно. На берегу могли находиться не только останки человека, но и привлеченные ими хищники. Между деревьями уже виднелся берег, отсвечивала ультрамарином вода, и вдруг Матвей, издав приглушенный писк, хлопнулся на землю. Кэро и Ян немедленно повалились следом, а потом, осторожно и медленно приподняли головы. Матвей молча ткнул пальцем в направлении озера и аккуратно отполз за ствол дерева. Янат прищурился, не очень понимая, куда тычет инспектор, а когда увидел, непроизвольно шарахнулся. Потом тихо-тихо выдохнул и медленно переполз ближе к инспектору, прячась за естественной преградой из толстых, чешуйчатых сиреневых жгутов местных растений.

Они так внимательно искали угрозу в небе, не предполагая, что оттуда она переместится на землю. По берегу, грузно переваливаясь с ноги на ногу, ходил купин.

Янат с жадным интересом, смешанным со страхом, разглядывал птицу. Одно дело видеть такое создание в трехмерной проекции, даже самой великолепной, другое — в двух десятках метров от себя. Купин не спешил. Его явно что-то заинтересовало на земле. С высоты своего немалого роста он внимательно всматривался, склонив большую, лишенную перьев голову набок. Огромный массивный клюв купин примостил на мясистом выступе шеи, лишенной перьев, и мягко переступая тонкими жилистыми ногами, издавал низкие гортанные звуки, похожие то ли на хрип, то ли на храп.