Чтение онлайн

– А как быть с Торанагой, господин Кийяма?
– упорствовал Ишидо, уставившись на него.
– С нашим врагом?

– А как быть с Кванто?
– Кийяма в свою очередь внимательно следил за Ишидо.

– Когда Торанага будет уничтожен, предлагаю отдать Кванто одному из регентов.

– Кому же?

– Вам, - успокоил его Ишидо.
– Или, может быть, Затаки, господину Синано.

Кийяма считал это правильным: Затаки очень нуждается, пока жив Торанага; Ишидо уже говорил ему, что Затаки просит отдать ему Кванто за союз с Ишидо. Вдвоем они пришли к решению пообещать это Затаки, но каждый знал, что это только пустые посулы. Оба согласны: при первом удобном случае Затаки за такую дерзость лишится не только провинции - жизни.

– Вряд ли я заслуживаю такой чести.
– Кийяма пытался потихоньку сообразить, кто здесь за него, а кто против. Оноши не скрыл своего неодобрения:

– Это предложение, конечно, ценно, достойно обсуждения, но на будущее. А вот что собирается делать сегодняшний властелин Кванто?

Ишидо все еще не сводил взора с Кийямы.

– Ваше слово, господин Кийяма.

Кийяма чувствовал враждебность Затаки, хотя лицо его врага ничего не отражало. "Двое против меня, - подумал он.
– И Ошиба, хотя она не голосует. Ито проголосует по указке Ишидо, так что я выигрываю - если Ишидо действительно имеет в виду то, что говорит. А так ли это? " - спросил он себя, всматриваясь в непроницаемое, с жестким выражением лицо сидящего перед ним и пытаясь определить, правду ли он говорит. Наконец он решился:

– Господин Торанага никогда не пойдет на Осаку.

– Тогда он изолирован, объявлен вне закона и для подписи Возвышенного уже заготовлено императорское предложение совершить сеппуку! И это конец Торанага и всей его династии! Навсегда!
– Ишидо, казалось, добился своего.

– Если Сын Неба прибудет в Осаку, - вставил Кийяма.

– Что-о?

Кийяма предпочитал все же иметь Ишидо союзником, а не врагом, но это не значит, что он не предусмотрел всех возможностей...

– Господин Торанага хитрейший из людей. Думаю, он достаточно хитер, даже чтобы расстроить прибытие Возвышенного.

– Это невозможно!

– А что если визит будет отложен?
– Кийяма внезапно обрадовала растерянность Ишидо, - он ненавидел его за неудачу.

– Сын Неба будет здесь, как запланировано!

– А если Сын Неба не приедет?

– Говорю вам - он прибудет!

– А если нет?

– Но как может господин Торанага этого добиться?
– усомнилась Ошиба.

– Не знаю... Но если Возвышенный захочет, к примеру, отложить свой визит на месяц... мы ничего не сможем сделать. Ведь Торанага не последний мастер устраивать всякие такие подрывные штуки... Он на все способен - даже плести интриги против Сына Неба.

Наступило мертвое молчание - всех охватил ужас при мысли об этом и о возможных последствиях...

– Прошу меня простить, но... какой же тогда выход?
– Ошиба ждала ответа от всех этих мужчин.

– Война!
– решительно произнес Кийяма.
– Мы мобилизуемся сегодня тайком! Мы ждем, пока визит будет отложен, - первый сигнал, что Торанага плетет интриги против самого Высочайшего. В тот же день мы выступаем на Кванто - прямо во время сезона дождей.

Внезапно начал дрожать пол. Первый, слабый толчок, всего несколько мгновений - и застонали все балки... Толчки продолжались, все сильнее, сильнее... Трещина в каменной стене поползла вверх... Поднялась пыль, стропила и брусья затрещали, с крыши посыпалась черепица...

Ошиба чувствовала слабость и тошноту... Быть может, ее карма - быть похороненной под камнями?.. Она встала, согнувшись, на дрожащем полу, и ждала... Как и все в замке, в городе, на кораблях в гавани, ждала, когда обрушится удар. Но нет, дрожание прекратилось... Жизнь возобновляется! Радость жизни овладела ими снова, их смех эхом отозвался по всему замку... На этот раз - в это время, в этот час, в этот день - гибель их миновала...

– Сигата га наи...
– Ишидо все еще дрожал.

– О, все кончилось.
– Радость обрушилась на Ошибу.

– Давайте проголосуем, - почти дружески предложил Ишидо, счастливый, что жив.
– Я голосую за войну!

– И я!

– И я!

– И я!

– И я!

Придя в сознание, Блэксорн услышал, что Марико мертва, узнал, как она умерла и почему... Он лежал на футонах, охраняемый серыми, над ним нависал бревенчатый потолок. Вдруг в глаза ударил ослепительный солнечный свет, тишина показалась зловещей. Первый из больших страхов покинул его.

– Я вижу!

Доктор улыбнулся и что-то сказал, но Блэксорн его не услышал... Он попробовал встать, но почувствовал такую боль, что сразу ослеп, в ушах зашумело... Во рту все еще стоял кислый вкус пороха, все тело ломило от боли... На мгновение он снова потерял сознание, потом почувствовал, как чьи-то заботливые руки поднимают ему голову, подносят ко рту чашку... горько-сладкий травяной настой с привкусом жасмина устранил неприятное ощущение пороха во рту... Блэксорн заставил себя открыть глаза. Доктор опять что-то сказал, и опять он не услышал... Снова навалился ужас, но он отогнал его... Он вспомнил взрыв, увидел ее мертвой и как он, не имея на то права, давал ей перед смертью отпущение грехов... Усилием воли Блэксорн заставил себя переключиться на другой взрыв - когда он был выброшен за борт, а Альбану Карадоку оторвало ноги... Точно такой же стоял звон в ушах, та же боль и глухота... слух вернулся только через несколько дней...

"Не стоит тревожиться, - успокоил он себя.
– Пока еще рано... " Блэксорн заметил тень от солнца и обратил внимание на характер освещения. "Раннее утро...
– догадался он, - Слава Богу, зрение не пострадало... " Губы у доктора шевелились, но сквозь звон в ушах Блэксорну не пробивалось ни единого слова. Он осторожно ощупал лицо, рот, челюсти... Боли не чувствовалось, ран не было... Проверил шею, руки, грудь... Все в порядке... Заставил руки опуститься ниже, под набедренную повязку, - о счастье: жив, не изуродован! А ведь могло случиться то же, что с бедным Альбаном Карадоком... Мгновение он лежал, собираясь с силами, с ужасной головной болью... Потом ощупал ступни, голени... Целы! Тогда он осторожно положил руки на уши и надавил, приоткрыл рот, сглотнул и слегка зевнул, пытаясь прочистить уши, но боль только увеличилась. "Потерпи дня полтора!
– приказал он себе.
– И в десять раз больше - если потребуется! И потом - пока не перестанешь бояться! Вот доктор, он меня все ощупывает, губы его шевелятся... "

– Прошу прощения, но я не слышу, - спокойно сказал Блэксорн, - только собственные слова раздавались у него в голове.

Доктор кивнул и продолжал что-то говорить. Теперь Блэксорну удалось разобрать по губам: "Я вас понял. Пожалуйста, постарайтесь сейчас уснуть". Но Блэксорн знал, что спать ему не следует, - он должен составить план. Ему надо встать и поехать из Осаки в Нагасаки - набирать там артиллеристов и моряков, чтобы захватить Черный Корабль. Думать больше не о чем, вспоминать нечего... Больше нет причин играть в самурая или вообще в японца... Теперь он освободился, все долги и друзья исчезли - она погибла...

Снова он поднял голову - и снова почувствовал ослепляющую боль. Справился с ней, сел... Комната кружилась... Смутно вспомнился сон: он снова в Анджиро, землетрясение, земля качается... Он бросается в трещину - спасти Торанагу и ее, Марико, прежде чем земля проглотит их. Он все еще чувствует холодную липкую влажность, ощущает запах смерти, струящийся из трещины... А огромный, чудовищный Торанага, до сих пор смеется в его снах...

Блэксорн заставил глаза видеть, комната перестала вращаться, тошнота почти прошла...

– Ча, дозо, - попросил он, снова почувствовав во рту запах пороха.

Чьи-то руки помогли ему напиться... Он вытянул свои руки, и ему помогли встать... Один он бы упал... Тело Блэксорна представляло собой один большой ушиб... Но теперь он удостоверился, что ничего не сломано, нет сильных внутренних повреждений - разве что уши... Отдых, массаж и время вылечат его... Ему повезло, опять повезло - ни слепота, ни уродство не грозят ему, он будет жить! Серые помогли ему снова сесть, потом лечь.,. Он лежал, казалось, так недолго... а солнце за это время успело передвинуться на целых девяносто градусов. "Интересно...
– подумал он, измерив высоту тени и не поняв, что проспал столько времени, - Я мог бы поклясться, что только что рассвело... Глаза сыграли со мной злую шутку. Ведь уже почти полдень... " Он опять вспомнил Альбана Карадока и снова ощупал себя... Кто-то дотронулся до него, Блэксорн поднял глаза: смотрящий на него сверху вниз, что-то говорит...