Чтение онлайн

Позже, когда она все расскажет ему о себе, он всегда будет сомневаться, не предложила ли она свое тело ради того, чтобы находиться рядом с сыном. Нет, нельзя заниматься любовью с ним, пока он не узнает всю правду.

К тому же, если она займется любовью с Дрю, что потом? Предположим, он победит днем после секса с ней. Он может поблагодарить ее за то, что помогла ему встать на ноги, и весело попрощаться. А если проиграет — может обвинить в том, что она лишила его сил. Как бы то ни было, велика вероятность потерять его. И Мэтта.

Нет. Нет. Нет. Она не готова рискнуть всем, даже учитывая, как отчаянно жаждет его.

— Красавица, — мурлыкал Дрю ей в шею, сдвигая бретельки ночной рубашки. — Засыпая, я мечтал о тебе, и проснулся, желая тебя. И тут вижу, как ты склонилась надо мной и разглядываешь меня сонного. О, Господи, Арден…

— Дрю… нет… ах…

Он добрался до ее груди и заработал языком.

— Нет, пожалуйста.

Арден уперлась руками в его плечи и оттолкнула, но Дрю не сдвинулся с места.

— Такая сладкая, — шептал он, приподняв ее груди и поднося ко рту, губы затеребили соски. — Я знал, что ты прекрасна. Позволь мне увидеть тебя целиком, — прохрипел он, пытаясь сдернуть ночную рубашку.

— Нет, — выдохнула Арден, отодвинулась от него и, вцепившись в скользкий нейлон, постаралась натянуть бретельки на плечи. — Нет, — произнесла она более мягко, настороженно всматриваясь в него.

Судя по дрожи и затуманенным глазам, ее отказ не доходил до него.

— Нет? Что значит — нет?

Арден облизнула губы и выставила руки перед собой. Однажды она уже остановила его, и последствия не были приятными.

— Не думаю, что мы… тебе надо… перед матчем… я слышала, что спортсменам не рекомендуется… м-м… ну, ты понимаешь… перед…

Дрю засмеялся, подвинулся к ней и обвел контур ее щеки.

— Если бы это было так, армия спортсменов значительно поредела бы. Арден…

— Нет, Дрю, пожалуйста, не надо, — попросила она, отстраняясь от настойчивой руки на бедре.

— Да что с тобой?

Впервые она отметила нотку резкости в вибрирующем голосе, повысившимся от нетерпения.

— Только не говори, что ты не в настроении. Я все прекрасно вижу.

Дрю поглядел на ее набухшие соски, и она почувствовала, как красные пятна покрывают грудь и шею, словно разливающиеся чернила.

— Тогда зачем ты прокралась в мою спальню, если не хочешь заняться любовью?

Он самонадеянно вздернул подбородок, надменный тон звенел бешенством.

— Я пошла проведать Мэтта, потому что забеспокоилась, когда проснулась и увидела, что его нет.

— Ты прекрасно знаешь, что он умеет выбираться из кроватки. Кроме того, одного беглого взгляда хватило бы, чтобы убедиться, что он со мной, так что тебе незачем было стоять у моей постели и целых пять минут тяжело дышать, чтобы удостовериться, что с Мэттом все в порядке.

— Дышать… ты… я… — бормотала она.

— Правильно. Признай это. Поверь, если бы я любовался твоим обнаженным телом, то тоже неровно дышал бы. Не думаю, что мы раскроем большую тайну, если признаем, что находим друг друга сексуально привлекательным. Так в чем проблема?

— Я уже объяснила. Не думаю, что это — хорошая идея, ведь тебе предстоит сегодня играть.

— Ну и что? Боишься согласиться, пока не выяснишь, спишь с победителем или проигравшим?

Гнев подхватил ее огненным смерчем такой силы, что волосы на затылке встали дыбом. Арден ударила его ладонью по щеке с оглушительным звуком. Последовавшая за пощечиной тишина потрескивала в комнате, пока Арден не сумела взять себя в руки настолько, чтобы промолвить:

— Ты несправедлив ко мне, Дрю. Жесток, эгоистичен и несправедлив.

— Пусть так, но вы уж точно не играете честно, мисс Джентри, — прошипел он. — Только что ведешь себя, как нимфоманка, а через минуту застываешь, словно оскорбленная девственница, — во второй раз, мог бы я добавить. Я совсем по-другому представляю себе честную игру.

Ее затрясло от ярости.

— Ладно, тогда очевидно, что ни ты, ни я не получили удовольствия от этого.

— Начинаю понимать, как ты все воспринимаешь. Как игру. И что скрывается за шарадой, которую ты затеяла?

Он настолько близко подобрался к истине, что ее охватила паника. Арден уставилась на мужчину, искренне напуганная тем, что он каким-то образом сумел натолкнуться на правду. Потребовалось долгое мгновение, чтобы понять, что стук, эхом разнесшийся по номеру, прогрохотал не в ее сердце, а раздавался от двери.

Дрю отвернулся от нее, сорвал полотенце с сушилки и обернул им талию, потом пошел открывать. Это была миссис Лаани. Арден нырнула в ванную и заперлась, пока экономка не увидела ее.

Через пять минут Арден собрала свои вещи из комнаты Мэтта. Миссис Лаани в одиночестве сидела в гостиной, глядя в телевизор, пока Мэтт не проснулся. Арден услышала шум воды в ванной Дрю.

— Очень рада, что вы поправились, — улыбнулась Арден пластмассовой улыбкой, двигаясь к двери.

Миссис Лаани могла быть очень общительной и обычно приятной собеседницей, но этим утром Арден сомневалась, что в состоянии выдержать праздную болтовню.

— Скажите Дрю, что я желаю ему удачи.

— Но, мисс Джентри, он…

— Увидимся.

Арден улизнула в относительную безопасность своей комнаты, приняла душ, быстро надела сарафан, нацепила соломенную шляпку и солнечные очки, и меньше чем через пятнадцать минут была в пути. Все утро она энергично собирала материалы для статьи, интервьюируя поваров в нескольких намеченных ресторанах. И постоянно поглядывала на наручные часы.

Дрю прав. Сегодня она играла не по правилам. Не следовало расстраивать его перед матчем. Чего он не знал, так это то, что она с самого начала играла нечестно. После их первой встречи стоило довериться ему, признаться, кто она на самом деле. Вместо этого она влезла в его жизнь, личную и профессиональную. Хотя не вписывается ни в ту, ни в другую.

Но просто рухнула в безумную любовь к нему. На что никак не рассчитывала.

«О, Господи, что же мне теперь делать?» — спрашивала она себя.

Арден устроила перерыв, зашла в кафе и заказала бутерброд с салатом и яйцом, к которому не прикоснулась, и стакан ледяного чая, который становился все водянистее по мере таяния ледяных кубиков.

Не было никакого выхода, кроме как уехать. Покинуть Дрю. Оставить сына. Что хорошего она им принесла? Дрю вожделеет ее, но по-прежнему любит жену. С этим невозможно смириться. Она много лет жила с мужчиной, который не любил ее, и если когда-нибудь сойдется с другим, ее любовь не будет безответной. Больше никогда.