Чтение онлайн

– А если она скажет, что ничего ко мне не… чув-вст…ет?

– Ну так хотя бы знать будете, - снова пожимает плечами бородач.
– Другую найдете рано или поздно.

– Не будет никаких друг-гих, - морщусь, сглатывая тошноту.
– Она такая… единственная….

– Да это понятно, конечно, - мужчина хмыкает.
– Все они единственные в своем роде.

– Ей нравится другой, - выдыхаю, опрокинув в себя очередной стакан.

– С чего взяли? Они и сами иногда не знают, кто им нравится. Пока не спросите, не узнаете, - бармен приподнимает бутылку.
– Еще?

– Н-нет, - мотаю головой.
– По-моему… хватит.

– Мудрое решение. Сразу только к ней не тащитесь, протрезвейте сначала, - советует, покачав головой.
– И не звоните! Нет ничего хуже пьяных звонков от бывших… точно говорю, прям вот инфа сотка, у меня три старших сестры!

Какой я бывший… я нынешний… начальник. Мужчина с кучей проблем. Нахрена я ей, если есть вполне адекватный и здоровый Адам?!

Хочется застонать и побиться головой о стойку.

– Такси помочь вызвать?

– Угу, - киваю, слезая с высокого барного стула и проверяя, получится ли у меня удержать равновесие.

На удивление, получается. Значит, не так уж я и напился.

Просто привычки нет.

В такси откидываюсь на сиденье и закрываю глаза.

Где сейчас Ева? С Адамом? Или они поговорили, и она вернулась в номер? Или… уехала с ним? Нет, она бы так не поступила…

Ева. Перекатываю гласные на языке, повторяя на все лады. Это имя стало воплощением всего. Эмоции, радость, доброта… Тепло. Дурацкая метафора. Но я рядом с ней чувствовал себя куском льда из вечной мерзлоты, который внезапно оказался на ярком южном солнце. Только оно не обжигает, а греет - так, как когда в мороз пьешь горячий глинтвейн, согреваясь изнутри.

Вихрь, взметнувший все в моей жизни и поставивший реальность с ног на голову.

Я привык жить, зная, что из-за своей особенности останусь один. И не жалел.

До того, как встретил ее.

А теперь… как, черт подери, мне теперь жить дальше?!

Вылезаю из такси у отеля, стою несколько минут, вдыхая свежий ночной воздух. В голове немного проясняется, и я заставляю себя зайти внутрь.

Ева

Я провожаю взглядом Марка, который стремительно выходит из ресторана, и обессиленно опускаюсь обратно за стол. Ноги не держат.

Я должна была сказать ему сама. Нельзя было скрывать.

А теперь все это выглядит, как… боже, ужасно выглядит!

Как будто я играю в какую-то игру, пытаясь усидеть на двух стульях! Одновременно встречаюсь с его братом и веду себя по отношению к Марку так, словно на что-то рассчитываю!

Просто не представляю, как я упала сейчас в его глазах. И от этого хочется расплакаться.

– Ева!
– доносится до меня, и я, моргнув, перевожу взгляд на Адама.

Видимо, он уже не первый раз пытался меня дозваться.

– Если у тебя ко мне осталась хоть капля человеческого отношения, - произношу медленно и тихо, - ты сейчас встанешь и оставишь меня одну. А когда выйдешь из зала ресторана, заблокируешь мой номер телефона и забудешь, как меня зовут.

– Ева, ты нормальная вообще?!
– взрывается Адам.
– Ты хоть понимаешь, что я испугался за тебя?! Какого черта ты не сказала, что Марк потащил тебя в эту командировку с собой?! Почему не отказалась?

– Наверное, потому что у меня были причины согласиться?
– качаю головой.

– Ты что…. ты… с ним?! Серьезно?!
– он в ярости смотрит на меня, сузив глаза.

– Я не понимаю, о чем ты сейчас говоришь, - цежу сквозь зубы.
– Не знаю, какую чушь ты там придумал у себя в голове! Но я просто поехала в командировку со своим начальником, Адам! Работать! Предваряя твои вопросы, этот «один номер на двоих», - язвительно показываю кавычки в воздухе пальцами, - нам достался только потому, что свободных номеров в отеле не было! Марк не хотел этого, это я его уговорила, чтобы не искать какой-то другой выход!

– Марк, вот как! Уже по имени его зовешь?
– кажется, он только это и понял из моих слов.

Давлю вспыхнувшее раздражение.

Я ведь тоже не до конца с ним сейчас откровенна. Но тот факт, что я отношусь к его брату совсем не как к начальнику, его не касается. Потому что это мои личные проблемы. Марк всегда, без исключения, вел себя по отношению ко мне корректно.

– Адам, - беру себя в руки, расправляю плечи, глядя на мужчину, - ты не имеешь никакого права предъявлять мне претензии. Мы с тобой друг другу никто. Один совместный ужин и короткая переписка ничего не значат! И твое появление и выступление сегодня вечером только осложнили мне жизнь… и работу. А теперь извини, но… раз ты не собираешься уходить, уйду я.

– И куда ты пойдешь?!

– В номер, - отрезаю, поднимаясь.
– Ждать Марка Давидовича.

– Интересные дела, - он откидывается на спинку стула.
– Значит, его выбираешь?

– Я никого не выбираю, - устало качаю головой.
– Это моя работа.

– Ева, ты ничего не понимаешь!
– мужчина подается вперед.
– Считаешь, ты ему нужна?! Ему никто не нужен!

– Это ты не понимаешь…

– Думаешь, я не знаю собственного брата?
– Адам прищуривается.
– Он же больной! На всю голову, и не только!

Смотрю на него и неожиданно даже для себя самой мрачно усмехаюсь.

– Вся проблема в том, что… я-то тоже больная, - говорю равнодушно.

Мужчина меняется в лице, в глазах мелькает растерянность, а я разворачиваюсь и выхожу из зала ресторана.

К счастью, Адам за мной не идет.

Вот только номер, естественно, пуст. И я понятия не имею, что делать дальше! Где сейчас Марк? Где мне его искать? И где гарантия, что у меня вообще получится его найти?

Наворачиваю круги по комнатам, ломая руки. Но, подумав, решаю, что бегать по городу - абсолютно бессмысленная затея. Он… все равно рано или поздно должен вернуться. Значит, нужно просто дождаться.

Легко сказать.

Спустя несколько часов я успеваю три раза безрезультатно попробовать позвонить Резанову, все-таки разреветься, дважды сбегать в душ и обойти весь номер по периметру раз пятьсот.

И только ближе к двенадцати ночи, когда уже просто не знаю, за что хвататься, и склоняюсь к тому, чтобы начать названивать своему начальнику, как какая-то истеричка, слышу странный шорох за дверью.

Рысью несусь в коридор и торможу на полушаге, глаза у меня лезут из орбит.

Он… что с ним такое?!